Михаил Мишин – Антология Сатиры и Юмора России XX века. Том 27. Михаил Мишин (страница 102)
— Смешно.
— О, у меня в трубке шипеть перестало.
— Это они тут компрессор выключили. Этот парень в будку звонить пошел, мне из окна видно…
— Лишь бы не работать. Интересно, кому он звонит?
— Мало ли. Кому весной можно звонить? Вот вы бы кому звонили весной?
— Я? Тому же, кому зимой. У меня телефона нет.
— Да? Ну вот поставят вам телефон, я на вас посмотрю. Весна — это вам не зима. Это весна…
II
Горячая белая галька шуршит под ногами.
У самой воды — влажная, темная, — блестит. Из-под воды — матово светит, колышется.
А перед глазами прямо — вдаль, вширь, во все стороны, огромное, синее, искрящее! Разлетелось, разнеслось во все стороны — дальше, дальше, далеко, до самого предела, и там вытянулось, окаймилось безупречнейшей горизонталью!
Под ней — синева литая, жарко сверкающая!
А над — тонкое, белесое, голубоватое, встает, поднимается, выгибается синевой во все стороны, плавится, кричит победно, ликует Солнце!
А там, справа, вдали, меж синим морем и синим небом тонкой полоской — город.
А за ним дрожат холмы дымные. А за ними — холмы прозрачные, а там за ними горы — не видны, угадываются нежнейшим силуэтом…
А внизу темной полоской — город…
А от него — сюда, назад, к ногам, подкатывает могучее, нежное, ленивое.
Подкатило — откатило…
И темная галька блестит, шипящей пеной облизанная. И белая галька горит, стучит, шуршит под ногами… И гул этот тихий. И запах.
О, Господи…
III
IV
Когда сыну Александру было четыре года,
мы с ним холодным октябрьским днем долго гуляли.
Он замерз, устал.
Пришли домой. Он съел бутерброд, задумался.
Потом сказал:
Более глубокой мысли не знаю.
* * *
Красавец, выпирающий из компьютера на обложке, — это я, увековеченный сыном Александром. Ему было лет семь. А мне — не помню.
Все остальные рисунки — дочери Екатерины. Датируются 2003 годом, когда ей восемь.
Причем текст она не читала.
Я на пальцах что-то изъяснял, она это «что-то» изображала, а я потом решал, куда и как вставлять. То есть, говоря поэтически, дизайн книги — мой.
Но сами картинки — от первой до последней линии — ее.
* * *
Помотан «дизайнеру» верстальщик Сережа, которому особенная благодарность за мастерство и терпение.
* * *
Благодарен каждому,
кто определял движение —
как на всем пути,
так и на отдельных отрезках.
Маме. Папе.
Женам. Детям.
И тем, кого проморгал.
И кого не учел.
И, конечно, друзьям. И особенно подругам.
Последних скрываю инициалами —
для загадки:
В., Н., Л., Ю., Б., Н.
И др.
Еще раз — спасибо всем.
Живите хорошо.
Фотоархив