Михаил Михеев – Не бесите демона (страница 31)
– Твои предложения?
– Ну… Мы все равно ведь нанесем визит королеве, правда?
– Увы. Неохота, конечно, однако других вариантов я не вижу. Слишком уж много совпадений в этом цирке.
– Так, может, и решим вопрос с ней? Все равно по дороге.
Ух ты, каких слов нахваталась, подумал Яран. Решим вопрос… О том, что синонимом этих слов является свернуть шею женщине, которая Саре не сделала ничего плохого, она, естественно, даже не подумала. А с другой стороны… Как это ничего плохого? А смерть отца? Похищение брата? Совсем ты, Яран, от жизни уходить начал. Да и… Разговор может сложиться по-разному. Не будем ни от чего зарекаться.
– Я подумаю.
– Если вы сделаете это, я не останусь в долгу, – король после этих слов буквально воспрял духом.
– А я не уверен, что мы вообще до нее доберемся, – мрачно отмахнулся Яран. – Впрочем… Будешь должен. Не мне. Ей.
Сара подбоченилась. Выглядело это настолько комично, что Яран на сей раз не удержался и расхохотался, что сразу разрядило царившую в спальне мрачную атмосферу. Воспитанница тут же его поддержала, сейчас ее легкий характер пришелся как нельзя кстати.
– А если обману? – настроение короля тоже улучшалось на глазах.
– Я тебя убью, – пожал плечами разом посерьезневший Яран. Если бы король не задал этого вопроса, он бы ему точно не поверил, но припугнуть, так, во избежание эксцессов, стоило. – Ты к прямой ветви рода ли’Моран отношения не имеешь, так что подумай, стоит ли злить демона.
Когти щелкнули в воздухе. Король инстинктивно отшатнулся. Яран выдал улыбку в сто зубов:
– Ну вот, Карай, теперь ты знаешь мой секрет. И не дай боги разболтаешь его кому-то. Вот тогда я тебя наверняка убью. И ее, – кивок в сторону замершей, как соляный столб, и соответствующим образом побледневшей фаворитки, – тоже.
Фаворитка икнула. Все же оказаться в одной комнате с настоящим демоном чрезмерная нагрузка для нервов любой женщины. Даже гренадерского роста и тренированной в качестве охранницы. Король побледнел, как полотно. Яран усмехнулся:
– Все, не переживай раньше времени. И предупреди своих людей, чтоб не делали глупостей – поверь, вырезать под корень весь дворец не доставит мне никакого удовольствия.
Тут он, конечно, загнул. Если королевская охрана навалится на него разом, то ценой определенных потерь справится. Но вот знать об этом королю совершенно не стоило. Так что дворец Яран и Сара покинули без приключений – им только что честь не отдавали.
– Ну, что делаем дальше? – четверть часа спустя поинтересовалась девушка, ловко, не касаясь ногами стремян, запрыгивая на лошадь. Король расщедрился. Точнее, с готовностью предоставил необходимый транспорт – на улице давно уже день, и летать у всех на глазах было глупостью несусветной.
– Едем в порт, за Матильдой и ковром. К Штраубе возвращаться не вижу смысла, навестим его на обратном пути. Письмо я черканул – передадут. И – к нашей дорогой королеве. Мы немного потеряли темп, но думаю, пока что это не критично.
Сара чуть подумала, а затем, видимо, пришла к каким-то запоздалым выводам и нахмурилась.
– Не любишь ты людей, Яран, – вздохнула она.
– А должен?
– Ну…
– Если да, скажи, в каком официальном документе это написано.
– Хоть посочувствовать ему мог бы?
– Королю-то? Мог. А зачем? Я тебе больше скажу, если б кто-то незнакомый умер, я его родне тоже сочувствовать не стал бы.
– Но почему?!! – взвыла девушка.
– Потому что не обязан – раз. Потому что незнакомые мне люди вообще меня не касаются – два. И потому, что сочувствие в такой ситуации вообще отдает лицемерием – три.
Сара вновь задумалась. И вновь, после короткой паузы, нахмурилась.
– А… мы справимся?
– Об этом надо было спрашивать раньше, – ядовито усмехнулся Яран. Впрочем, без каких-либо ноток злости. Как он успел убедиться за свою долгую жизнь, слабоумие и отвага всегда было девизом молодежи, пускай даже такой вроде бы умненькой, как его нынешняя воспитанница. Обижаться на это столь же бесполезно, как на ветер или дождь. Стихийное бедствие, остается лишь смириться и научиться по возможности получать удовольствие от процесса.
– Ну-у…
Так умильно смотреть в глаза могут только женщины. Да не абы какие, а те, которые твердо знают: их могут выпороть, но все равно сделают так, как они хотят. Яран вздохнул:
– Я не уверен. Но даже если ты слабей, надо постараться напихать врагу полный анус огурцов. Чтоб в другой раз связываться не рисковал.
С этими словами он залез на свое полноприводное транспортное средство, нетерпеливо перебирающее копытами. Садился он, в отличие от воспитанницы, без выпендрежа, неторопливо. Если быть честным, ему порядком надоело происходящее.
А вот Сара, напротив, воспринимала все со свойственным молодости щенячьим восторгом. – Дождавшись, когда наставник устроится в седле, она улыбнулась во весь рот и лихо выдала:
– Тогда вперед!
– Я не против, – усмехнулся Яран. Врезал жеребцу пятками в бока и понесся по улице, да так, что искры полетели из-под подков. Сара, на миг замешкавшись, в точности повторила действия наставника, легко догнала его и пристроилась рядом. Так, плечом к плечу, они и покинули дворец.
Смотритель причала, все тот же плюгавый мужичишко, что и в прошлый раз, встретил их со смешанными чувствами. Они из него так и перли, а мимикой своей этот умник владел так себе, и Ярану не составило труда вычленить из них одновременно злобу и радость. Хорошо еще гадать что почем не потребовалось. Сам рассказал, можно сказать, вывалил, что накопилось сразу после того, как понял: бить не станут. Во всяком случае, просто так.
Как оказалось, больше всего смотрителя бесил лодочный сарай. Точнее, факт того, что ничего больше в него не запихнешь. Проклятие, наложенное Яраном, пугало. А еще больше пугали слова одного из людей графа Штраубе, специально при-ехавших, дабы предупредить: место арендовано его друзьями, и не стоит качать свои предельно сомнительные права.
А позавчера сюда вдобавок пришли двое из Службы внутренней безопасности. Никаких документов, правда, не предъявили, вместо этого сунули под нос смотрителю литой кулак и прошли в сарай. Больше смотритель их не видел.
Ну, что полицейские были ряжеными, Яран понял сразу. И потому, что без ведома министра не пришли бы, и из-за отсутствия документов. Без них полицейские «на дело» не ходят, порядок в этом вопросе навели больше ста лет назад. А вот почему не вышли… Проклятие, наложенное на ковер, было смертельным. Так он объяснил смотрителю, когда парковался. На деле же выглядело оно грозно, однако вызывало лишь паралич на два часа и симптомы одной дурной болезни. Нос там отпадет, к примеру… Но почему они не вышли… Ах да, Матильда!
Матильда развлекалась вовсю. А так как в пределах досягаемости имелись только мыши, то она и занималась их ловлей. Тот факт, что ее габариты оказались больше, чем в прошлой жизни, в сотни раз, а мыши остались прежними, тигрицу не волновал совершенно. Как рассказал смотритель, лодочный сарай ночами ходуном ходил. И вонь стояла неимоверная! Ну да, о питании Яран позаботился, но организм тигрицы функционировал нормально, и кучи у стены наглядно свидетельствовали, что с голоду киса не пухла. К слову, тех двоих она не съела. Просто снесла им головы, да и делу конец.
Зато как обрадовалась! Сару едва не уронила на землю, когда обтиралась о хозяйку и тыкала ее лбом, требуя свою порцию поглаживаний. Яран тоже внес свою лепту… В общем, вылетели они только через час, провожаемые мысленными проклятиями смотрителя – ему же сарай-то отмывать! Впрочем, ничего страшного. Заплатили ему достаточно, пускай теперь отрабатывает.
Когда летучий ковер уже величественно поднимался, Яран замедлил его ход, повернулся к отвесившему челюсть смотрителю и скомандовал:
– Подь сюды!
Когда-то подобное обращение к нижестоящим по социальной лестнице его коробило. Сейчас Яран понимал: в средневековом обществе или ты крут, и пятки лижут тебе, или все с точностью до наоборот. И крутизну свою надо постоянно демонстрировать всеми возможными способами. Избавляет от многих проблем, неоднократно проверено.
Вот и сейчас брезгливо-наглый тон сработал, как нужно. Сообразив, что тот, кто перед ним, стоит неизмеримо выше по социальной лестнице, смотритель подскочил на полусогнутых. Яран брезгливо окинул взглядом его раболепно склонившуюся фигуру и приказал:
– Коней отведешь во дворец. Скажешь, что от виконта ви’Тарро. Потом пойдешь в Службу внутренней безопасности. Скажешь то же самое. Расскажешь все, что видел, не забыв про тех двоих, что в сарае разлагаются. Приведешь их сюда, пускай смотрят. Сделаешь это сейчас же, или завтра все и без тебя выяснят, но ты за медлительность огребешь насмерть. Все понял? Выполнять. Бегом!
Даже не проверяя, насколько верно был понят его приказ, Яран накрыл ковер защитным куполом и направил ковер прочь от берега. Выполнит – молодец, нет – что же, ему и впрямь выдернут гланды через задницу. Процедура, которую еще никто не переживал. Так что – пускай думает, у него на то голова имеется.
Ковер мчался над поверхностью воды, буквально разрывая воздух. Яран был… счастлив. Очень странное ощущение, но именно так он мог его идентифицировать. Столица успела его утомить. Отвык… А вот так, как сейчас, лихо мчаться ему нравилось. В студенчестве, когда было хреново на душе, он, помнится, брал аэробайк и мчался во весь опор, приводя иногда в ужас скучных домохозяек, неспешно летящих по своим делам, и нарываясь иной раз на отповеди матери.