Михаил Михеев – Дилетант галактических войн (страница 83)

Ну а крейсера, которые сейчас были расстреляны главным калибром линкора, мало того, что представляли собой совсем уж древнее барахло, так ещё и были вещью в себе, для их модернизации требовалась полная перестройка. Смысл? «Лучше уж пусть артиллеристы потренируются в условиях, приближенных к боевым», — решило командование и не прогадало.

Крейсеры, красиво взорвавшиеся на орбите и разлетевшиеся в результате на мелкие кусочки, не успели предпринять абсолютно ничего — линкор, пользуясь тем, что его противорадарная маскировка была крайне эффективна, сумел приблизиться к ним практически вплотную. Впрочем, повезло ещё, что рядом нагло и неторопливо пролетал крупный астероид, пристроившись в тени которого линкор и вовсе преодолел часть маршрута в абсолютной невидимости для планетарных средств обнаружения. Образовавшиеся в результате его атаки облака мусора теперь частично продолжали свой полёт по орбите, частично уже сгорали в атмосфере планеты, раскрасив её небо красивым метеоритным дождём, а частично, получив ускорение от взрыва, летели куда-то прочь, в бесконечность. Что же, погибнуть в бою, пусть и таком вот, честь для любого боевого корабля, альтернативой является гнить на корабельном кладбище или пойти «на патефонные иголки».[50] Хотя, возможно, экипажи крейсеров подобную точку зрения и не разделяли.

Однако на этом удачи имперского корабля кончились, на орбите планеты внезапно оказалось десятка два боевых спутников, небольшая, но хорошо вооружённая орбитальная крепость, да и с местной луны поднялись несколько звеньев перехватчиков, очевидно, там у них была база. Ну и понеслось!

Линкору особого вреда, конечно, всё это сборище космического антиквариата причинить не могло. Не особого, если честно, тоже — он прикрылся силовым полем и принялся аккуратно отстреливать элементы планетарной обороны. Проблема была в другом. Задействовать на полную мощность свою артиллерию линкор не мог из опасения отстрелить часть планеты (большую или меньшую — это уж как повезёт). Приходилось работать аккуратно, не торопясь, да ещё и отбиваться от обнаглевших боевых ботов противника. На перехватчиках, впрочем, вовремя сообразили, что для линкора их пушки не страшнее комариного писка, и догадались атаковать транспортные корабли, которые, набитые под завязку десантом, как раз входили в систему.

Вот тут-то имперцы и взвыли. Собственные истребители линкора были сейчас готовы к старту, но комплекс подвесного вооружения был у них ориентирован на подавление наземной планетарной обороны. То есть ракеты, которые могут разнести зарытый на полкилометра в глубь планеты и прикрытый бронеплитами бункер, у них были, а вот ракет, предназначенных для космического боя, — нет. В принципе поменять боевой комплекс — не проблема, но это, во-первых, время, а во-вторых, новые ракеты ещё из арсенала подвезти надо. Арсенал же — один из наиболее защищённых отсеков линкора, и это преимущество порой может превратиться в слабость. Вот как сейчас, например, — лётная палуба расположена на периферии отсеков, под внешней бронёй, что логично. Арсенал расположен в центральном ядре корабля, что тоже логично. Но на линкоре-гиганте расстояние между ними составляет несколько километров, а ракеты, кроме как подвезти, ещё надо из арсенала извлечь, погрузить, а потом и разгрузить. Вроде бы немного времени и надо, но в бою и секунды лишней нет.

Правда, было несколько машин, которые ориентировались на прикрытие штурмующих, но опять же изначально их задача ставилась из расчёта полного господства имперского корабля в космосе. То есть их вооружение предназначалось для боя в атмосфере и сейчас было столь же бесполезно, как если бы его не было вообще. Вот так небольшой тактический просчёт, произошедший из-за традиционно слабой разведки, едва не привёл к срыву всей операции и гибели так тщательно собираемых и лелеемых Ковалёвым десантных подразделений. Достаточно сказать, что из трёх транспортных кораблей один был полностью укомплектован земными десантниками, то есть нёс три четверти всех землян-десантников, бывших в распоряжении адмирала. Сумей перехватчики добраться до них, и им всем был бы подписан смертный приговор. Вооружение, установленное на транспортах, было скорее средством психологической поддержки для их экипажей, чем реальным противодействием вооружённым дальнобойными ракетами истребителям. И пока линкор был связан боем на орбите, перехватчики имели неплохие шансы выполнить свой долг и защитить родную планету, предотвратив высадку имперского десанта. Конечно, это была бы лишь отсрочка, прислали бы другие корабли и других солдат, но всё же, всё же…

Спасли ситуацию пилоты истребителей линкора. Несколько человек, не спрашивая мнения начальства, просто сбросили с подвесок тяжёлые ракеты (техники, убирая их в оружейные боксы, потом долго и изобретательно матерились) и стартовали, имея на вооружении только пушки. Один, правда, был тут же сбит огнём со спутника, но пилот успел катапультироваться и был принят на борт линкора. Остальные бросились в погоню за вражескими машинами и в результате, пользуясь преимуществом в скорости и в манёвренности, смогли настичь перехватчиков. Навязав им манёвренный бой, смельчаки сумели продержаться до подхода наконец-то перевооружившихся товарищей. Несмотря на изначально подавляющее численное превосходство, перехватчики мало что смогли сделать с имперскими истребителями, а когда подоспели их товарищи, то секунды их были сочтены. В результате транспорты уцелели, а имперские истребители отделались неприятными, но не смертельными пробоинами.

Очистивший наконец орбиту линкор принял на борт истребители, а уже пятнадцать минут спустя они, спокойно и обстоятельно перевооружённые, обрушили на слабо вооружённые и не слишком хорошо подготовленные войска обороняющихся шквал огня и стали. Потеряв ещё три машины (опять же без потерь в людях), имперские истребители продавили оборону планеты, и на посадку пошли десантные боты. Высадка десанта прошла строго по плану, хоть и с опозданием на несколько минут. Тяжёлые, маломанёвренные, но отлично защищённые и несущие мощное вооружение, боты высадили десант в ключевых точках планеты. Сражение продолжалось несколько часов, и, будь здесь солдаты только со вновь вошедших в состав реставрируемой империи планет, неизвестно, чем бы оно закончилось, всё-таки численность десанта была невелика. Но против земных десантников, облачённых в имперские боевые скафандры и поддержанных танками имперского производства (их выпуск, равно как и выпуск истребителей по имперским технологиям, был уже неплохо отлажен, что позволяло не скупиться на технику), обороняющиеся были бессильны. Их войска просто раздавили, намотав на гусеницы, а штурмовики, уже традиционно расстреливающие с воздуха всё, что движется, в клочья разнесли уцелевших. Естественно, кое-кто спасся и попал в плен, таких было немало, их быстро согнали в наспех организованные лагеря. Интересно, что охрану для лагерей смогли завербовать из местных, причём моментально, что в очередной раз наталкивало на нехорошие мысли о человеческой природе. Вся операция, включая полную оккупацию планеты и подписание капитуляции, заняла меньше недели, хотя и проводилась неспешно, показательно, чтобы соседи успели узнать и ужаснуться. Однако это была только первая часть операции, а параллельно ей проводилась вторая, которой Ковалёв руководил лично.

Наличие второй системы, подконтрольной местному правительству, действительно беспокоило адмирала. Он совершенно не был склонен наплевательски относиться к тому, чего не понимает, слишком часто подобное отношение приводило к гибели людей и в земной истории, и в истории империи. Поэтому адмирал и решил разобраться сам, здраво рассудив, что если его опасения беспочвенны и ничего особенного им найти не удастся, то и страшного ничего не будет, а если оправданы, то лучше уж ему находиться в центре событий. Именно поэтому, кроме своего флагмана, он прихватил ещё «Удар» и три эсминца сопровождения. В результате его осторожности эскадра, обладающая выдающейся, по местным меркам, огневой мощью, не вломилась в систему, а аккуратненько вошла в неё, прикрывшись силовыми полями и замаскировавшись так, что обнаружение их было бы возможно скорее вследствие какой-то случайности, но уж никак не целенаправленного поиска. Предосторожность, как оказалось, была совершенно не лишней.

Внешнюю границу системы эскадра, правда, прошла без проблем, однако при приближении к единственной здесь планете земного типа начались сюрпризы. Для начала они нарвались на минное поле. Правда, мины были весьма допотопные — несколько тысяч пусковых установок с движками, позволяющими кое-как ползать внутри планетарной системы и, очевидно, стягиваться к месту боя, и с радарами для обнаружения потенциальных целей и простейшими блоками распознавания «свой — чужой». В случае если объект оказывался чужим, по нему выпускались ракеты, заряженные в пусковые установки. Примитивно и относительно дёшево, но для местных флотов весьма труднопреодолимо, а потому оптимально по классическому сочетанию «цена — возможности» — залп нескольких тысяч ракет в упор практически невозможно отразить.