Михаил Михеев – Адмирал галактической империи (страница 13)

Ковалёв послал запрос в информаторий. Ответ пришёл незамедлительно: из восьми построенных броненосцев этого типа к моменту развала империи уцелело всего два – один стоял в консервации где-то в этом районе, второй – прошёл модернизацию, в ходе которой ему поменяли двигатели и обновили вооружение, и был приписан к одной из вспомогательных эскадр на другом конце империи. Остальные корабли или погибли в боях, или были списаны в металлолом и упокоились на корабельных кладбищах после серьёзных повреждений. В любом случае стоило лишний раз подумать, прежде чем лезть в драку. Ковалёв отдал приказ на отход…

Два часа спустя на борту флагмана проводилось совещание по поводу дальнейших действий. Собрались, что называется, в узком кругу – сам Ковалёв, Шурманов, Сотников, а также командиры кораблей. Сидели, пили кто чай, кто кофе, а кто и чего покрепче, думали и обсуждали ситуацию, благо времени было предостаточно.

– Считаю, надо атаковать, – горячился командир монитора. – Смять их – и делу конец. «Латники» там или не «Латники», но любой из наших кораблей сильнее любых двух из них. Справимся.

– Молчи уж, – буркнул в ответ командир «Инквизитора», высокий крепкий мужик по фамилии Белоглазов. – Тебе в атаку идти не надо, будешь издали постреливать, а по нам эти дуры отработают, считай, в упор. И не факт, что не достанут, скорее наоборот.

– Спокойно, Юра, не кипятись, – одёрнул его Шурманов. – Вон, обидел человека ни за что…

Действительно, капитан монитора, поняв, что его фактически обвинили в трусости, надулся и покраснел. Вольно или невольно Белоглазов оскорбил человека – впрочем, несдержанность на язык в прошлом не раз ломала ему карьеру, поэтому ничего неожиданного в ситуации не было.

– Хорош шипеть, горячие финские парни, – фыркнул Ковалёв. – Не о том думаете.

– Извини, Валер, – глухо откликнулся Белоглазов, не поднимая глаз. – Не хотел.

– Ладно, переживу. – Капитан монитора тоже понимал, что Юрий ляпнул не подумавши, и не собирался раздувать скандал. – Так о чём мы думать-то должны?

– О том, с чем мы столкнулись. Перед нами четвёрка броненосцев, похоже, старой имперской постройки. Один удалось точно идентифицировать, мелкие отличия – это, скорее всего, результат ремонтов в походных условиях. Хотя, возможно, всё дело в том, что каждый корабль незначительно отличался от прототипа – при строительстве проект несколько раз слегка видоизменялся.

– И что с того?

– А то, что три остальных корабля также идентифицируются как броненосцы этого же типа. Степень идентичности – восемьдесят девять, восемьдесят и пятьдесят пять процентов. Откуда?

– Что откуда?

– Откуда они взялись? Их было всего два, причём один далеко, да и после модернизации выглядеть он должен был совсем иначе. Ну, один, тот, что увереннее всех идентифицируется, скорее всего, как раз корабль, стоявший в консервации. Я, кстати, так и не нашёл, где находился пункт консервации… Да и пёс с ним, не важно. Но откуда взялись остальные? Вы понимаете, их просто не должно быть в природе! Ну нету их, нету, но они есть. А раз они есть – на что ещё мы можем здесь наткнуться?

– Я бы обратил внимание ещё вот на какой момент, – вмешался Сотников, до того колдовавший с компьютером. – Взгляните…

Над столом засветились голографические изображения всех четырёх вражеских кораблей. Изображения медленно вращались, позволяя рассмотреть их во всех подробностях. Сотников взял карандаш, машинально проверил пальцем его остроту и подошёл к голограмме:

– Вот тот корабль, который мы идентифицировали первым. – Острый кончик карандаша упёрся в изображение. – Как видите, ничего особенного, банальная конструкция в стиле имперских кораблестроительной традиции двухсотлетней… Ну, сейчас уже больше, но я считаю от распада империи, так проще… Так вот, в стиле двухсотлетней давности. Эти два, – карандаш сдвинулся на соседние изображения, – тоже весьма его напоминают. Разница, – карандаш мягко обвёл изображения, задержавшись на интересных, с точки зрения Сергея, точках, – вот здесь, здесь, здесь… Башни другой формы, изменилось их количество, похоже, на этих кораблях установлены более мощные орудия… Интересно, как их смогли сюда впихнуть? Впрочем, не важно. Далее – иная форма ходовой и боевой рубок, иные радарные системы, это невооружённым глазом видно, и ещё более пятидесяти незначительных отличий в первом и около ста во втором случае. Но это не очень важно, поскольку все эти нюансы отлично вписываются и в имперские кораблестроительные традиции, и в концепцию такого корабля. Конечно, явный нестандарт, но притом ничего особенного – подобные переделки можно провести на любом корабле этого типа, используя самый обычный док, даже не такой навороченный, как наш. А теперь обратите внимание на последний броненосец.

Собравшиеся перевели взгляды на четвёртый корабль.

– И что в нём особенного? – спросил Шурманов с неподдельным интересом.

– А взгляните сюда. – Сотников вновь поколдовал над пультом, увеличив изображение корабля и убрав остальные. Потом рядом появился силуэт каплевидного крейсера противника. – Не находите ничего общего?

М-да, уел Серёга, всех уел. Если раньше это не бросалось в глаза, то теперь невооружённым глазом было видно явное сходство в дизайне носовой части. Если рядом с другими броненосцами этот корабль казался слегка странноватым, то сейчас было заметно, что это – странный гибрид имперского броненосца и неизвестного крейсера. Корма человеческая, нос – не пойми какой, и смотрелось все это довольно странно, но вместе с тем весьма органично.

Ковалёв подошёл поближе, с интересом посмотрел на получившийся результат:

– Что думаешь, Сергей?

– А ничего я не думаю. Аналогов этих крейсеров в нашем информационном центре, сам знаешь, нет. Откуда взялись лишние броненосцы – тоже неясно, построить их здесь вряд ли могли – орбитальные верфи Синицын не обнаружил, да и мы тоже… Хотя, если вдуматься, найти космическую станцию, если её расположили где-нибудь на отшибе, довольно сложно, а мы, честно говоря, всерьёз пока и не искали. А что уж там дальше делать, сами думайте – вы начальники, у вас головы большие…

Ковалёв задумчиво кивнул. Его товарищи начали активный мозговой штурм, но толку от него не предвиделось – слишком все были повёрнуты на силовом решении. Но всё же проговорили почти полчаса, правда, без всякого результата. Наконец адмирал, которому надоело бесконечно переливать из пустого в порожнее, хлопнул ладонью по столу:

– Ша, орлы, хватит ерундой заниматься. Сделаем просто: я возьму истребитель и войду в систему. Один, – отрезал он, видя, что Шурманов приподнялся, собираясь что-то то ли возразить, то ли предложить. – Попробую вступить с ними в переговоры. Получится – хорошо, нет – мы ничего не теряем, истребитель – мишень сложная, маленькая и скоростная, так что уйти я всегда успею. Если же переговоры начнутся, то через час после контакта дайте предупредительный выстрел. Помните, как у капитана Блада?[11] Вот так же примерно. Ну, а если через полчаса я не вылечу, начинайте разносить там всё, огневой мощи у вас достаточно. И без обсуждений, это – приказ. Я, если что, и так зажился на этом свете…

– Может, вначале попробуем с ними связаться?

– Пробуем, уже который день пробуем. Бесполезно – игнорируют, гады. Так что пошлём предупреждение об отправке парламентёра – и вперёд!

Примерно два часа спустя линкоры вновь вошли в систему. Противник, как и в прошлый раз, выдвинулся навстречу, но на сей раз имперцы не стали совершать никаких манёвров – просто сбросили ход, и от флагманского линкора отделился истребитель. Пятью минутами позже он пристыковался к борту ближайшего броненосца. Ему не препятствовали, а стыковочный узел оказался вполне стандартным…

Глава 7

Это было давно…

Это было ещё в те далекие, полулегендарные времена, когда существовала империя, могучее государство, охватывающее неисчислимое множество миров. Когда люди владели немалой частью галактики и когда были мир и процветание. Именно это осталось в человеческой памяти…

Империя проводила космическую экспансию – так было всегда, хотя не всегда это было необходимо. Но так уж устроен человек, что ему нужно двигаться вперёд, развиваться, а самый простой видимый путь – это захват новых территорий. Нести свой штандарт, распространяя влияние на всё новые и новые миры, – как это понятно людям, и скептики, утверждающие, что это сейчас невыгодно, всегда остаются в меньшинстве, даже если они приведут гору цифр в подтверждение своих слов и выводов. Их просто не будут слушать – простые решения людям всегда понятнее и ближе.

Бывают два вида экспансии. Один из них – огнём и мечом захватывать новые территории, но империя почти всегда шла по другому, менее затратному и более быстрому пути, применяя оружие лишь изредка. Не всегда, конечно, оправданно, люди – раса воинственная, однако чаще экспансия проходила всё же мирным путём. Корабли, везущие переселенцев, занимали пустые, не заселённые разумными расами миры и спокойно обустраивались на них. Получалось, конечно, не всегда – иной раз флора и фауна вкупе с бактериями всех сортов оказывались страшнее любого иномирянина с бластером наперевес, но в большинстве случаев люди побеждали, пусть не с первой, но со второй, а то и с третьей попытки подминая под себя непокорную планету. Люди – раса упорная, и потому частенько планета, которой предстояло стать очередной колонией человечества, не стоила затраченных усилий, но остановить стальную поступь империи не могло ничто. Монстры ползающие, бегающие, прыгающие, летающие и ещё хрен поймёшь какие рано или поздно расстреливались из лучемётов, а когда пасовали лучемёты, на помощь приходило оружие помощнее. Так, для того, чтобы вывести панцирных жевунов на одном из континентов планеты Ватеро-5, туда было срочно доставлено два десятка старых танков, что позволило решить проблему в приемлемые сроки. А на другую планету, испытывающую схожие проблемы с морскими хищниками, перебросили несколько субмарин, вооружённых торпедами… Агрессивные растения уничтожались гербицидами, против бактерий и вирусов применяли биоблокаду. Словом, люди могли и умели как создавать себе трудности, так и с честью выходить из сложных ситуаций. А ведь планет, которые представляли для человечества реальную проблему, было не так и много. Чаще всё решалось быстрее, проще и с куда меньшими жертвами – космос велик, в нём есть из чего выбирать, а разведчики успели обшарить куда большее пространство, чем было необходимо их виду для жизни. Люди – раса любопытная…