Михаил Максимов – ПережИ-Евать (страница 4)

В моем теле опять другой.

Он простывший пассажир трамвая,

Он застрявший между зубов

Системы неравенства равных.

Он приплывший с подводной лодки,

Он поддатый сосед с площадки,

Он уснувший на верхней полке,

Выставивший грязные пятки.

Мое тело – чужой хлам,

Заболевшее, уставшее, злое.

Если нужно, даром отдам,

В багажнике есть запасное.

Про молодость

Я не слишком молод, не слишком стар,

Я не слишком, не слишком, не слишком.

Я застрял где-то между танцующих пар,

Вместо мыслей серьёзных мыслишки.

Посылаю к чертям я спокойствие лет,

Далеко, далеко, далеко.

Я последний оставшийся горный абрек,

Распевающий грозно «Моя Сулико».

Я последний джедай, между светом и тьмой,

Апельсин заводной, заводной, заводной.

Я читатель и автор Умберто Эко,

До ре ми и фа соль, молоко и фасоль.

Если взять и собрать мою волю в кулак,

То не слишком, не слишком, не слишком…

Сил не хватит Сансары круг разорвать,

В старом теле наивный мальчишка.

Я как будто бы молод, я как будто бы стар,

Я все больше как Будда, как будто, как будто.

Вижу-слышу немного, знаю больше, чем надо,

Без детали детский конструктор.

Без детали детский конструктор,

Без дета детски конструкто

Бе де дет костру

Бе

Детство 2

Эх, детство! Проехало рядом

На трехколесном велосипеде

Странной бранью злого соседа,

Змеиным шипением лимонада.

Эх, детство! Показало дулю,

Сложенную из букв-кубиков,

В молоке намокшими бубликами,

Выстрелом, пистоном-пулей.

Эх, детство! Как сука щемится

К щенятам в дальний угол,

В карман предателя друга,

Под лавку игрушечной мельницы.

Качели

Свет и вязь небес,

Шестиструнная гитара.

На столе и во мне

Чёрствая старость.

Рядом сутулость куртки,

Несколько дневников.

Очень удобно для дурки

С почерком для докторов.

Утро приходит обычно

Со скрипом качелей.

На улице дети и птицы

Для меня неразличимы.