Михаил Любимов – Детектив и политика, выпуск №1(5) 1990 (страница 59)

Бони. Все мы выдавливаем из себя раба. Но вы выглядите прекрасно!

Рита. Ах, вы мне льстите. Но чем обязана? Чем обязана счастьем вашего визита? Нет, не могу поверить! Неужели это сон? Скажите, Федерико, это сон?

Бони. Я хочу предложить вам роль.

Рита. Ах, ах! Ах, мне дурно! Какой сюрприз? Могла ли я мечтать? Ах, закружилась голова! Сейчас пройдет… боже, какое счастье! Но почему вы выбрали меня? Почему не Джульетту, не Кардинале? Как вы меня нашли? Через Михалкова?

Сажает Бони на пуфик, сама устраивается рядом на ковре.

Бони. Через Мастроянни…

Рита. Ах, Марчелло… какой проказник! Пересядьте на ковер, Федерико, так удобнее. (Стягивает на ковер.) Ах, какой вы неуклюжий, какой милый, словно медвежонок… Ноги должны отдыхать, правда? (Снимает с Бони туфли.) Вам удобно? (Придвигается.)

Бони (отодвигается). Итак, о фильме. О ленте. Она должна быть пронзительной, с большими коллизиями, с крупным политический планом.

Рита. О да! Пронзительная! Боже мой, как мне знакомо ваше лицо! Где я вас видела?

Бони. Столько моих портретов в газетах… журналисты не дают покоя, иногда приходится наклеивать бороду.

Рита (придвигается). Ах, у вас есть борода? Умоляю, наклейте бороду! О, как я обожаю мужчин с бородой!

Бони. Но я хотел о ленте… (Отодвигается.)

Рита. Ах да, лента! Так о чем будет наша лента?

Бони. Довольно оригинальная фабула: муж и жена, у жены появляется любовник…

Рита. Как свежо… И кто же любовник?

Бони. Это неважно. Главное, что они любят друг друга.

Рита. Этого мало. Разве дело только в сексе? Помнится, у меня был роман с Лжедмитрием — там тоже началось со вздохов у фонтана: "Ах, ах, ты ль наконец? Тебя ли вижу?" Но я сразу сказала, что хочу быть помощницей московского царя…

Бони. Нет, нет, тут будет чистая любовь!

Рита. Тут тоже чистая… возьмите Жозефину Бонапарт, Нэнси Рейган и других. Разве не все хотят быть помощницами из чистых побуждений?

Бони. Итак, треугольник! Муж страдает, мается…

Рита. И убивает любовника? Я уже представляю: он крадется с кинжалом, потом кинжал падает на диван… Ах, Левушка был прав…

Бони. Не совсем так. Потом все становится на свое место. В смысле у мужа, но потом и у жены. Роль сложная, много массовок…

Рита. Вы давно женаты, маэстро?

Бони. Я женился рано и об этом не жалею.

Рита. Любовь с первого взгляда и навсегда, да? У меня тоже были мужья… один утопился из-за ревности, другие тоже исчезли. Я люблю семью, но не выношу семейную жизнь. Все начинается так хорошо: кофе в постель, театр, отдых на Ривьере, в Дагомысе, на Азорских островах, а потом… Почему все мужчины так ревнивы? Подумаешь, пообедала с другом детства, подумаешь, задержалась на девичнике до утра! Я люблю компании, веселье, свободу, солнце! (Берет руку Бони, рассматривает.) О маэстро, какая у вас восхитительная рука! Какие мускулы…

Бони. Давайте закончим с фильмом…

Рита. Да, да! Можно я буду сниматься вот так? (Встает, снимает кимоно.) Он ласкает меня, я ласкаю его крупным планом… (Садится на колени к Бони.)

Бони. Извините, Рита, у меня ревматизм.

Рита (с обидой). Наверное, у вас много поклонниц, маэстро?.

Бони. Что вы?! Что вы! Вам так идет это кимоно! (Подает кимоно.)

Рита (надевая кимоно). Понимаю… вы больны. Я помогу вам, у нас растет корень, который возвращает силу даже столетним старцам.

Бони. Итак, о ленте. Муж и жена живут политикой…

Рита. Я не совсем понимаю, как они живут… я ведь средняя беспартийная женщина…

Бони. В фильме будут показаны парламент, оппозиция во главе с Палтусом, премьер-министр Гаргантун!

Рита. Авель? Только вчера он приглашал меня на охоту.

Бони. Я хочу сделать их образы правдивыми и жизненными, но, увы, я ничего о них не знаю, газеты не пишут о жизни лидеров. А я боюсь схематизма, скольжения по поверхности, унылого натурализма, бездушного реализма. Или, не дай бог авторского кино.

Рита. Я вам все о них расскажу!

Бони. Лучше, если вы о них напишете… (Передает ручку и бумагу.)

Рита переворачивается на живот, укладывает Бони рядом.

Рита. Какой вы пушистый, Федерико, какой… родной! (Целует его.)

Звонок в дверь.

Ах, ах! (Прячет Бони за софу.)

Входит Ветилиго с портфелем.

Ветилиго. Извините, что вломился, мадам, моя фамилия Ветилиго, хочу предложить вам пижамки, славные пижамки, и совсем недорого, между прочим. (Достает из портфеля пижаму.)

Рита (рассматривая). Я вообще-то не ношу пижамы… А что? Они входят в моду?

Ветилиго. Не то слово! Сейчас в них ходят даже на модных курортах! Даже в Центре Помпиду и в Московском Доме кино.

Рита. Вы не шутите?

Ветилиго. Вы можете примерить, мадам, у вас дивная фигурка! Вы сможете всегда приобрести пижамки в магазине Джека Бони. Вы там бывали?

Рита. Ах! Так вот в чем дело…

Ветилиго. Я большой друг Джека, мы работаем вместе.

Рита. Значит, он здесь?

Ветилиго. Так точно. Черт возьми, не могу оторвать от вас глаз, такая вы милашка!

Рита. Знаете что… оставьте мне пижаму. Деньги я вам вышлю… сейчас у меня нет мелочи.

Ветилиго. Благодарю вас, мадам, не буду больше задерживать… У меня даже волосы шевелятся — так я потрясен… Вы просто с колес сшибаете, мадам… (Уходит.)

Бони вылезает из-за софы. Глаза Риты горят от гнева.

Рита. Здравствуйте, мистер Бони! Как я вас сразу не узнала? Ведь я покупаю у вас лифчики. Сэр, почему вы выдали себя за Феллини? Почему обманули честную женщину?! Как вы смели?! (Рыдает) Караул! Полиция!

Бони. Ради бога… я все объясню…

Рита (хватая трубку). Полиция? На мой дом совершено нападение…

Бони кладет руку на рычаг.

Караул! Грабят! Люди!

Бони. Умоляю… это недоразумение…

Рита. Насилуют!

Бони. Тише, тише!

Рита. Где мое кольцо? Где бриллианты?! Верните мое золото!

Бони. У меня к вам дело государственной важности…