Михаил Любимов – Детектив и политика, выпуск №1(5) 1990 (страница 30)
"По-видимому, преступление было подготовлено заранее. Все трое были убиты по очереди из одного пистолета. После чего преступник принял все возможные меры, чтобы помешать опознанию убитых".
Едва Аркадий расписался, как в дверь постучали и вошли Павлович с Фетом.
— Я сейчас зайду к прокурору и назад, — сказал Аркадий, надевая пиджак.
Прокурор Андрей Ямской сидел за столом. Бритая голова розово блестела. Мясистое лицо, толстые бледные губы. За его спиной на стене красовались фотографии: Ямской на встрече работников прокуратуры с Брежневым; Брежнев пожимает ему руку; Ямской выступает на международной конференции юристов в Париже.
— Да? — Ямской отложил бумаги. Он всегда говорил тихо, и собеседнику приходилось напрягать слух. — Почему вы не упомянули в рапорте, что место происшествия осматривал майор Приблуда?
— А! Так он забирает у нас дело?
— Аркадий Васильевич, вы старший следователь, с какой стати он станет забирать у вас дело?
— Калибр пистолетов не соответствует нашим. Но я пока никаких заключений не делаю.
— Заключений о чем?
— Да ни о чем.
— Вот и хорошо… — Ямской наклонился к бумагам, давая понять, что больше Аркадия не задерживает.
Когда он вернулся к себе, Паша с Фетом уже развесили на стене план парка, план поляны, сделанный Таней, фотографии трупов и даже протоколы вскрытия.
Аркадий закурил, ломая спички, снял фотографии и сунул их в ящик стола. У него не было желания смотреть на эти маски смерти.
— Что-нибудь узнали?
Паша открыл блокнот.
— Опрошено десять милиционеров. Никто ничего подозрительного не замечал. Так ведь я и сам за зиму раз пятьдесят бегал на коньках по аллее возле этой чертовой поляны.
— Так займись продавщицами в ларьках и лоточницами. А вы были там, когда нашли последнюю пулю? — спросил Аркадий у Фета.
— Так точно. Пуля ПГ-1А была обнаружена в снегу, там, где лежал труп мужчины, ПГ-1.
Паша выругался.
— Может, назовем их как-нибудь? А то что это: "Парк Горького-первый, Парк Горького-второй"… Первого, например, Туша.
— Недостаточно литературно, — отозвался Аркадий. — Давайте уж так, что ли: Чудовище, Красавица и Рыжий. Товарищ Фет, а вы не знаете, что там в лаборатории обнаружили на коньках?
— Может, коньки просто для отвода глаз? — предположил Фет. — Не могли же их в самом деле застрелить прямо в парке так, чтобы никто не услышал. Убили в другом месте, надели им коньки, а ночью подбросили в парк.
— Ну нет! — возразил Аркадий. — Вы когда-нибудь пробовали надевать коньки на ноги трупа? Да и незаметно пронести три мертвых тела в парк посреди столицы невозможно.
— Ах да, конечно! — спохватился Фет. — Последнюю пулю нашли ведь в снегу. Прошла навылет.
— Ну а гильзы? — спросил Аркадий. — Их ведь не нашли.
— Может, он их подобрал?
— Зачем? Для определения оружия достаточно пули. Да, кстати, а почему вы решили, что стрелял один человек?
— Так все же выстрелы из одного пистолета!
— Совершенно верно. Но как убийца вынудил свои жертвы спокойно стоять, пока он расстреливал их в упор? Почему эти трое даже не пытались убежать? Но мы его поймаем! Вот сколько уже фактов набралось, а мы ведь только начали.
Оставшись один, Аркадий позвонил на Петровку и затребовал сведения о преступлениях с применением огнестрельного оружия в европейской части страны. Потом позвонил в школу. Ему ответили, что у товарища Ренько родительское собрание. Аркадий надел пальто и вышел.
Перекусив, Аркадий возвращается к себе в кабинет и начинает просматривать папки с делами о преступлениях с применением огнестрельного оружия, но никаких аналогий с убийством в парке не находит. Он отправляется в архив городского суда, где тоже не обнаруживает ничего полезного, и едет домой.
В спальне на столе возле стереопроигрывателя стояли два стакана и пустая винная бутылка. Аркадий снял пластинку с проигрывателя и в призрачном свете окна прочел название «Азнавур в "Олимпии"».
Зоя спала. Золотые волосы заплетены в косу, от простыни тянет запахом духов "Подмосковные вечера". Аркадий осторожно забрался под одеяло, но Зоя проснулась.
— Как ты поздно…
— Прости. Убийство. Даже целых три.
Он смотрел в ее мутные от сна глаза, пока наконец до нее не дошло, а потом она пробормотала:
— Хулиганье! Вот почему я предупреждаю школьников, чтобы они не жевали резинку. Сначала резинка, потом рок-н-ролл, потом анаша, а потом…
— Что потом? — Он ожидал, что она скажет "секс".
— А потом убийство… — Ее голос затих, глаза закрылись. Скоро заснул и Аркадий.
Утром Зоя непрерывно осыпает мужа упреками вроде: "Ты получаешь сто восемьдесят,
Людин поджидал его за столом, сияя самодовольством.
— Отдел криминалистики ради вас, товарищ следователь, горы перевернул, и обнаружилось кое-что интересненькое.
"Еще бы!” — подумал Аркадий. Людин затребовал целый склад химикатов.
— Начнем с того, что на одежде всех трех жертв обнаружились опилки и частицы гипса, а на брюках ПГ-2 еще и следы золота. Затем анализ показал, что на одежде кроме крови самих убитых имеются капли куриной и рыбьей. Далее, мы нашли на рукавах одежды мужчин и на пальто женщины в области груди любопытный налет, а в нем — следы углерода, животных жиров и дубильной кислоты. Иными словами, после того как трупы кое-где припорошило снегом, на них опускался пепел. Где-то неподалеку был пожар…
— Красильня! — воскликнул Аркадий.
— Она самая. — Людин не сумел сдержать улыбки. — Третьего февраля пепел горящей красильни падал на доброй половине Октябрьского района. Накануне снега выпало тридцать сантиметров, а с третьего по пятое — еще двадцать. Если бы снег на поляне не вытоптали, можно было бы найти порядочный слой пепла. Пожалуй, ваши убийства датированы, э?
— Блестяще! — искренне сказал Аркадий. — А без анализа снега теперь можно и обойтись.
— Засим, пули. Во всех — вкрапления одежды и частиц кожи убитых. Но пуля ПГ-1 Б имеет еще следы выделанной кожи, а на трупе никакой кожаной одежды или изделий не было.
— Следы пороха?
— На одежде ПГ-1 — ничего, на двух других есть, но слабые. В них, видимо, стреляли в упор.
— Нет, скорее, в ПГ-1 выстрелили раньше. Ну а коньки?
— На них ничего — ни крови, ни гипса, ни опилок. А коньки дрянь.
— Я не о том. На коньках часто выцарапывают фамилии. Вы бы не проверили?
У себя в кабинете Аркадий распоряжался:
— Вот тут наша поляна. Ты, — кивнул он Паше, — Чудовище. Вы, Фет, Рыжий, а вот Красавица. — Он поставил между ними стул. — Я — убийца.
— Но мы же говорили, что он мог быть не один? — перебил Фет.
— Не исключено. Но попробуем составить версию по фактам, а не наоборот. Итак, зима. Мы катаемся вместе на коньках. Мы — друзья или хорошие знакомые. А потом уходим с дорожки на поляну за деревьями. Зачем?
— Поговорить? — предположил Фет.
— Перекусить! — воскликнул Паша. — Это хорошо! Побегаешь, а потом пирожок или бутерброд с сыром. И запить из бутылочки.
— Вот я и принес подзакусить, — продолжал Аркадий. — И полянку выбрал удобную. Мы отдыхаем, выпили немножко, нам хорошо.
— И тут вы нас убиваете? Стреляете сквозь карман пальто? — спросил Фет.
— Так можно заодно и себе ногу оцарапать, — вмешался Паша. — Вы ведь о коже на пуле думаете, Аркадий Васильевич? Если вы закусь принесли, так не в карманах же! В сумке небось. Кожаной.
— И достаю угощение из сумки.
— А мне и невдомек, зачем это вы сумку так высоко приподняли, прямо напротив моей груди. Меня первым, я ведь мужик дюжий. Пиф-паф! И кончен бал.
— Вот именно. Потому-то на этой пуле — частички кожи, а на пальто Чудовища нет следов пороха. А дальше я уже в дыру стреляю.