Михаил Лукашев – Самбо на службе Родине (страница 5)

–Филимонов взял за руку Пасюка, вывел вперед, и они стояли перед нами лицом к лицу на матах; объясняя, инструктор не отпускал руки Пасюка, и выглядели они вместе так уморительно смешно, что нам даже спать расхотелось.

–Самбо – это система различных приемов борьбы с выводом из равновесия, она включает броски, рывки, удары, используемые в рукопашном и кулачном бою, и основана эта система на знании анатомии человеческого тела…

–Було бы в руках силенки, – сказал Пасюк. – Так и без анатомии можно…

Филимонов повернулся к нему:

–Ваша задача – свалить меня.

–Цэ можно, – сказал благодушно Пасюк и шагнул навстречу инструктору, протягивая вперед руки, чтобы ловчее ухватиться. Он успел даже зацепить его, а дальше случилось нечто несообразное: инструктор рванулся вперед, как лопнувшая пружина, дернул слегка Пасюка к себе, как серпом секанул его по ногам, и тот с грохотом шмякнулся на мат. Инструктор отступил на шаг и замер неподвижно. Пасюк, кряхтя, поднялся:

–От бисов сын! Та не успел я…

–Правильно, – сказал Филимонов. Ваша задача научиться выполнять так приемы, чтобы ваш противник не успевал провести контрприем. Это называется передняя подсечка…

–Давай еще раз! – сказал Пасюк.

–Прошу на мат, – кивнул Филимонов. На этот раз Пасюк был настороже и сумел простоять секунды четыре: толчок назад, захват, бросок через бедро Пасюк на полу.

На Тараскина инструктор произвел такое впечатление, что Коля падал на мат еще до того, как с ним успевали провести прием. А Филимонов поднимал его и заставлял бороться снова, объясняя систему захвата:

–Передняя подсечка… рывок на себя… двойной нельсон… удар ребром ладони…

Жеглову инструктор дал картонный нож и велел нападать и каждый раз ловко отводил нож или вообще вышибал из руки, так что Жеглову и не довелось его хоть разик ткнуть картонным острием. Это разозлило Глеба, он неожиданно отступил на шаг и ловко кинул вращающуюся картонку прямо в грудь инструктора.

–«Это не по правилам», —сказал Филимонов.

–А мы с уголовниками договорились только по правилам драться? – спросил Жеглов и, удовлетворенный, отошел в сторону. Но я видел, что борьба эта ему понравилась.

–Вы чего в стороне стоите? – спросил меня Филимонов.

–С духом собираюсь…

–Идите на мат!

Я шагнул, и он сразу нырнул вперед, собираясь подцепить меня под коленом. Ну, мы это в разведке и без новой системы знаем. Наклонился я вперед, и, как только он уцепился, я ему сразу правую руку заблокировал. Он – за колено, а я ему руку выворачиваю, и рычаг у меня больше, ему-то наверняка больнее. Тут ошибочку я сделал – надо было мне сразу направо заваливаться, держать его корпусом, отжимая руку. А я хотел его в стойке дожимать. Ну, и он не промах – нижний подсед мне толкает, кувырнулся я на спину, Филимонова – коленями через себя, да только размаху не хватило, или устал я после ночи, или натощак бороться труднее, но во всяком случае перевернулся инструктор через меня и одной ногой мою руку прижал, а другой – сгибом бедра и голени – душит меня, хрип из меня наружу. Наверное, сдался бы я Филимонову – это ведь не соревнования, и не бандит на меня насел, и не рыжий фельдфебель в черной форме танкиста из дивизии «Викинг», что спрыгнул на меня из подбитого грузовика на обочине дороги при въезде в маленький городок Люббенау… Но, задыхаясь в железном прихвате этого тщедушного Филимонова, я видел углом глаза, как ребята сгрудились вокруг нас, а Тараскин просто брякнулся на пол, чтобы лучше видеть, и слышал я баритончик Жеглова где-то над собой, высоко:

–Володя, Володя-а, Воло-о-дя-я!

И Пасюк громыхал:

–Шарапов, дави його, вражину, нехай знае наших! Руки у меня сильнее, отжал я все-таки его ногу, и на излом пошло у него колено, и отпустил удавку Филимонов, распрямился в прыжке, вскочил на ноги и сразу же, не давая мне прийти в себя, рванул мне заднюю подсечку, но и я его держал уже поперек корпуса, так вместе и покатились, и еще довольно долго он вил из меня веревки, пока все-таки не заломал на «мельнице» – провернул вокруг себя и привел четко на спину…

Мы встали, запыхавшиеся, усталые, но оба довольные. Он за свое умение постоял, и я не переживал, что он меня заделал: он ведь как-никак – профессионал, инструктор. Филимонов похлопал меня по плечу, и следа не осталось от серой унылости его голоса:

–В разведке учили?

–Было дело, – усмехнулся я.

–Тебе надо заниматься – весной первенство «Динамо»…

Вот только этого мне не хватало! А ребята от души радовались. Филимонов оглядел нас и, опять посуровев, сказал:

–Прошу вас, товарищи, относиться к занятиям исключительно серьезно. То, чему вы здесь научитесь, однажды может спасти вам жизнь…».

При всем том, для лиц, которым она не была предназначена, книга Волкова до последних лет оставалась совершенно неизвестной. Достаточно сказать, что о ней не знали даже авторы статей и книг о рукопашном бое в НКВД. Столь надежно и плотно «закрывал» ее угрожающе строгий гриф. Так продолжалось вплоть до 1993 года, когда малое коллективное предприятие «Ассоциация Олимп», убрав из понятной предосторожности гриф с титульного листа, выпустило репринтное издание волковского руководства. К счастью, издатели-«олимпийцы» были отнюдь не жуликоватыми и невежественными коммерсантами из «новых русских», а отличными специалистами, мастерами спорта по самбо из подмосковного города Жуковского, где при их деятельном участии активно функционирует «Клуб боевого самбо». Начало положили А.Г. Жуков и В.А. Тихонов, решив издавать высококачественную литературу по рукопашному бою. Затем к ним присоединились В.В. Волостных, О.Л. Шмелев и С.Л. Викулин. В том же девяносто третьем году, помимо волковского руководства, «олимпийцы» выпустили в свет капитальную «Энциклопедию боевого самбо» в двух томах, где обнародовали практически весь технический арсенал и необходимые методические разработки. Книга стала внушительным подведением итогов многолетнего существования этой системы. И если мне удастся довести свое повествование до современности, я непременно посвящу один из очерков плодотворной работе этих Жуковских энтузиастов.

Восстановив из небытия прочно забытого Волкова, они сделали очень большое дело, и единственная претензия, которую можно им адресовать, это отсутствие хотя бы краткой биографии автора и комментария к его работе, который они, несомненно, могли бы выполнить на высоком уровне.

Так или иначе, но современное поколение ведущих специалистов самбо воздало должное своим несправедливо забытым предшественникам. Разумеется, я не мог не поговорить с издателями и не узнать их побудительные причины и мнение о переизданном руководстве полувековой давности. Тем более что речь шла не о сомнительных самозванных сэнсэях, а о знающих и широко образованных людях. Здесь я дословно приведу ответ Владимира Тихонова, который отлично выразил мнение всех своих коллег: «Был государственный заказ, и Волков его блестяще выполнил. Но при этом сумел избежать обязательной в те годы политической направленности. Фундаментальная работа выполнена очень грамотно, имеет подлинно научный характер и энциклопедический охват темы. Автор по-настоящему грамотный профессионал. Он знает то, о чем пишет, понимает сущность поединка. Поражает сама стройность системы. А ведь это еще сороковой год, и неизвестно, что в действительности представляла в то время, например, столь разрекламированная сейчас система Уэсибы.

Предложенные Волковым правила состязаний разумно функциональны. Книга написана для людей, говорящих с ним на одном профессиональном языке и хорошо понимающих его. Количество подготовленных самбистов было тогда уже достаточно большим».

Говоря непосредственно о содержании книги, нельзя уйти от заковыристого вопроса о плагиате. Я уже сказал, что с чисто формальной стороны такое обвинение едва ли возможно. Однако все выглядело бы значительно корректнее, если бы автор прямо сказал, что использует не только классификацию Спиридонова, но и основы его техники и методики преподавания. (Понятно, что в отношении разработок его второго, уже репрессированного учителя подобные ссылки были вообще невозможны!)

Как мне сообщил А.А. Харлампиев, Виктор пользовался также корейским руководством по дзюдо. Заимствованные из него рисунки показывают технику исполнения кульбитов. И хотя вместо дзюдоги там пририсованы самбистские трусики и борцовки, кое-где нетрудно разглядеть монголоидные лица спортсменов.

Каскадный кульбит вперед через препятствие. Каскадный кульбит вперед через препятствие от двух и более человек.

Судя по некоторым иллюстрациям, не исключена возможность использования и еще одного руководства, уже европейского.

В двух первых главах своего курса самозащиты Волков изложил «Теоретические и практические основы Самбо». В первой из них рассмотрены техникотактические особенности, классификация и правовое обоснование использования самбо в служебной деятельности, а также приведен неплохой очерк истории самозащиты с заметным влиянием Н.Н. Ознобишина. Виктор Павлович человек интеллигентный – первым ввел в наш историко-спортивный обиход сведения о рукопашном бое, почерпнутые из произведений античных авторов – Лукиана, Светония. Говоря о практиковавшейся в СССР спортивной борьбе в одежде («борьбе вольного стиля»), он не считал нужным скрывать, что она «выросла на базе завезенной к нам японской системы Дзюу-До». Но тут же, разумеется, приводит и обязательные в те годы рассуждения о роли и достоинствах наших национальных видов борьбы, особенно той, которая практиковалась на родине Сталина.