Михаил Ломоносов – Перо Урала (страница 5)

И в фиолетовом его дыханье суть Всех наших страхов, боли и сомнений. Так слушай шёпот ветра в поздний час, Когда луна глядит в окно устало, Быть может, он откроет тайну и для нас, И смысл жизни, что так долго ускользал.

Р«льех

Он затоплен и искажён, Не поддаётся сознанию. Толщей воды вокруг окружён, Настроенный не к угасанию. Настроенный к возрождению — Тёмному и злобному, К людскому избавлению В поклон всему загробному. Там Ктулху погребён и ждёт, Когда сойдутся звёзды: Тогда вновь силу обретёт, Мир падёт при этой злости.

Медведь

Ночь черна, ушёл закат пылавший. Древней Ру́си сумрак освещён. Князь Всеслав, в битве не дрожавший, Вновь в звериный облик обращён. Враг убит, повержен, кровь на всю дорогу! Войско празднует победу, Но князь чувствует тревогу — Зверя древнего примету. Кости хрустят, ломит тело, Шкура бурая растёт. Вместо глаз – два уголька горелых, Зверь из тьмы наружу рвёт. Языческий огонь пылает, Дым клубится к небесам. В пляске теней зверь рычит, вздыхает, Поклоняясь древним богам. Князь Всеслав, в медвежьей шкуре, По лесам теперь блуждает. В нём два мира – князь и зверь в натуре, Сердце боль и страх терзают. Он – охотник и добыча, Он – властитель и изгой. В нём живёт медвежья сила, И проклятье – зверь ночной. Лишь луна, свидетель тайны, Видит князя-зверя лик. И молчит, храня печально, Руси Древней злостный крик.

Электрические звёзды

Чёрная ночь вуалью своей Схоронила луну в облаках. Я не жду сегодня гостей — Не лечу домой впопыхах. Моя высотка – большой муравейник, Но не в каждом окне горит свет. Кричит в наушниках голос Кобейна, Как будто никогда не наступит рассвет. Кто-то в окошке пыхтит над дз-шкой, Кто-то узнал, что ребёночка ждёт. У кого-то темно – сейчас он в кафешке, Надеясь, что личную жизнь заведёт. Каждый не знает, что будет завтра, Забивая в разум свой ржавые гвозди. Ведь вся наша жизнь – подобие театра, А окна с людьми – электрические звёзды.