Михаил Литвак – Неврозы: клиника, профилактика, лечение (страница 3)
Теперь осталось найти корень. Им является социоген – личностный комплекс, который формируется в первые пять-семь лет жизни и о котором пойдет речь ниже. В свое время Аристотель указывал, что нравственный человек четырехуголен. Не исключено, что он имел в виду такого человека, который хорошо относится к себе 〈A+〉〈A+〉, видит положительное у близких 〈ВЫ+〉〈ВЫ+〉, готов на новые контакты 〈ОНИ+〉〈ОНИ+〉 и творчески относится к своей деятельности 〈ТРУД+〉〈ТРУД+〉. Такую личность, может быть, можно убить, но вряд ли она заболеет неврозом. Такая личность никогда не потеряет самоуважения, не будет оскорблять близких или привязывать их к себе при помощи болезни. Готовность к новым контактам позволит обрести друзей в незнакомом обществе, а творческое отношение к деятельности поможет найти или интересный труд, или интерес в труде.
По-видимому, от рождения мы запрограммированы на то, чтобы быть именно четырехугольными. Понаблюдайте за детьми до пяти лет. Они полны самоуважения 〈Я+〉〈Я+〉, с радостью встречают своих родителей вечером, когда те забирают их из детского сада, хотя утром были наказаны за долгие сборы 〈ВЫ+〉〈ВЫ+〉, легко идут на новые контакты и знакомства 〈ОНИ+〉〈ОНИ+〉, любое дело делают с охотой или отказываются от него, если им это неинтересно 〈ТРУД+〉〈ТРУД+〉.
Гармоничное воспитание сохраняет позитивное содержание во всех четырех позициях. Формирование же личностного комплекса происходит под влиянием неправильного воспитания, когда начинают появляться минусы в тех или иных личностных позициях. И теперь уже не внешние обстоятельства, а именно такой комплекс влияет на стиль жизни, формирование системы отношений, характер эмоционального реагирования, формы защитного поведения, определяет источники компенсации и декомпенсации. И вот рисунок полностью завершен (рис. 9). А теперь – пример.
На прием ко мне пришел 37-летний больной Н. – мужчина крепкого телосложения. Уже несколько лет Н. испытывал неприятные ощущения в области сердца и навязчивый страх, что разовьется инфаркт миокарда. Он всегда имел при себе сердечные препараты, боялся один оставаться дома, ездить в транспорте, а потом стал бояться, что внезапно умрет, требовал, чтобы жена все время была с ним. Картина невроза навязчивых состояний не вызывала сомнений.
Заболел Н. пять лет назад. Однажды, загорая на пляже, он почувствовал сильное сердцебиение, которое сопровождалось страхом смерти. Врач «скорой помощи» быстро купировал этот пароксизм, но с тех пор навязчивые страхи не проходили, тем более, что приступы боли эпизодически возникали. Уверения врачей, что с сердцем все благополучно, успокаивали ненадолго. Постепенно число страхов увеличивалось. Дело шло к инвалидности.
Не солнце же его, мастера спорта по гребле, привело к болезни? Что же получилось, когда мы вместе с Н. прошлись по всей его жизни, начиная с корня? Воспитывался Н. в семье, где в систему ценностей входило стремление выдвинуться. Мальчик обладал незаурядными спортивными способностями, что довольно быстро выделило его в семье и среди сверстников. В силу этого воспитание шло в стиле «кумира семьи», что привело к формированию минуса в позиции «ВЫ». Н. делал быстрые успехи в спорте, не скрывая своего презрения к отстающим от него спортсменам. Конфликтно и высокомерно он вел себя в семье, с учителями, а затем и с тренерами. Годам к 20 Н. был уже в сборной страны и вскоре стал чемпионом Европы по гребле. Поступил в институт, но конфликтовал со всеми, т. е. все время был в состоянии эмоционального напряжения. В 30 лет без специальности вынужден был уйти из большого спорта (институт он бросил) и стал работать на своем гребном канале в команде, которая подготавливала лодки к соревнованиям.
Понятно без особых разъяснений, как стали к нему относиться и спортсмены, и тренеры, и новые коллеги, и обслуживающий персонал, с которыми он раньше конфликтовал. Кроме того, жена стала периодически говорить о том, что на новую зарплату трудно прожить. Естественно, нарастал внутренний конфликт. И конечно, жизненную неустроенность обусловил личностный комплекс, сформированный в детстве, который и явился истинной причиной заболевания Н.
Болезнь оказалась «желательной» для больного, ибо «решила» все его проблемы. Периодически можно было не ходить на работу, жена перестала намекать на тяжелое материальное положение, кроме того, она вынуждена была проводить с ним много времени (нечестный способ ухаживания за женой), врачи заменили болельщиков. Короче говоря, невроз превратился в бурную гавань, в которой все же поспокойней, чем в океане жизни. Такой анализ уже сразу сориентировал Н. на реадаптацию. Энергия, которая шла на построение болезни, пошла на устройство жизни. Больному довольно быстро стало легче.
Я надеюсь, что эта книга окажется полезной не только врачам-психотерапевтам, но и всем тем, кто недоволен своей судьбой и хочет что-то изменить в своей жизни в лучшую сторону. Таблицы и статистические выкладки, если неинтересно, неспециалисты могут не читать. Руководители! Вам я рекомендую прочесть раздел 2.4. Если вы организуете у себя нечто подобное (с кадрами мы могли бы помочь), экономический эффект гарантирован.
1. Современное состояние проблемы (литературные данные)
1.1. Сущность неврозов
Неврозы – самое распространенное нервно-психическое заболевание, которое, несмотря на принципиальную обратимость (Г. К. Ушаков, 1978; Б. Д. Карвасарский, 1990; В. Я. Семке, 1985; Н.І. Eisenk, 1952; Н. Wollau, M. White, 1959; J. Cremerius, 1966; S. Rachman, 1966; I. Stevenson, 1966; W. Brautigam, 1978; и др.), нередко принимает затяжное течение (Б. Д. Карвасарский и др., 1984; Б. П. Калачев и др., 1984; Л. Н. Касымова, 1986; и др.), развиваются (Н. Д. Лакосина, 1970; В. В. Ковалев, 1979; В. Я. Семке, 1987; и др.) и даже при успешном лечении могут давать рецидивы (С. Б. Семичов, 1987; R. Rickels et al., 1980; G. H. Castro-Lopez, 1980).
Часто для больных сам факт направления к психиатру является травмой (Б. Д. Карвасарский, 1990). Они долго безуспешно лечатся у врачей общесоматического профиля и приходят к нам на прием уже хрониками (Т. И. Савельева, 1976; В. Ф. Жуков, 1981; Ю. П. Чарлейшвили, 1985; В. Д. Тополянский, М. В. Струковская, 1986; и др.).
Одни исследователи рассматривают невроз как этап развития личности (К. Dombrowski, 1979), другие – как наследственно-биологическое заболевание, где психотерапия является пусковым механизмом (E. Slater, J. Shields, 1969; J. Lieberman, 1984). Это крайние точки зрения, но большинство исследователей считают невроз психогенным заболеванием (В. Н. Мясишев, 1960; Г. К. Ушаков, 1978; Б. Д. Карвасарский, 1980; В. Я. Семке, 1987; и др.). Причиной невроза выступает так называемый невротический конфликт – нарушения значимых жизненных отношений человека, восходящих к детскому возрасту и активирующихся в психотравмирующей ситуации, но важную роль играют также конституционально-биологические особенности (А. В. Вальдман, Ю. А. Александровский, 1987).
Невроз – это болезнь личности, она возникает тогда, когда психотравма подходит к личности, как «ключ к замку» (В. Н. Мясищев, 1960), а психотравмирующие обстоятельства у больных неврозами и здоровых людей одни и те же (Б. Д. Карвасарский, 1990). Поэтому личность больного неврозом – объект многочисленных исследований (Д. Н. Узнадзе, 1966; В. С. Рогенберг, В. В. Аршавский, 1978; В. А. Ташлыков, 1982; Г. Л. Исурина, 1982; П. Брук и др., 1984; Б. А. Воскресенский, 1985; Л. И. Вассерман и др., 1985; S. Freud, 1923; K. Horney, 1950; J.В. Furst, 1957; V. E. Frankl, 1972; G. Araugo, 1973; C. Rogers, 1975; E. Berne, 1977; E. Fromm, 1986; A. Adler, 1986; J. Jung, 1986; и др.). Необходимо выяснить, как в процессе формирования личности у невротика складываются болезненные отношения, возникает эмоциональное напряжение, формируется невротическая установка (В. Н. Мясищев, 1960; А. И. Захаров, 1982; В. М. Воловик, 1985; К. Horney, 1950; Е. Berne, 1977; Е. Shapiro, 1978; и др.).
Общая схема развития невроза представляется следующим образом. В детские годы у будущего больного неврозом формируется такая структура личности, при которой затруднены контакты в социальной среде, что приводит к фоновому эмоциональному напряжению (Е. А. Рождественская, 1987; А. Beck, 1979). Затем возникает перегрузка соматовегетативной сферы (М. Г. Айрапетянц, А. М. Вейн, 1982) и адаптивных механизмов (Ю. А. Александровский, 1976), а поведение определяется не столько реальной ситуацией, сколько системой психологической защиты (Б. Д. Карвасарский, 1985; К. Horney, 1950; Н. Lowenfeld, 1976; М. Mishkinsty, 1977; и др.). Появляются невротические реакции, которые в неблагоприятных случаях становятся выраженными и аномальными. После психотравмы происходит срыв системы психологической защиты, соматовегетативных и адаптивных механизмов (Б. Д. Петраков, Л. Б. Петракова, 1984; А.В. Вальдман, Ю. А. Александровский, 1987; В. Я. Семке, 1987). Формируется психопатологическая симптоматика, которая становится своего рода формой психологической защиты (Р. А. Зачепицкий, 1984; В. С. Рогенберг, В. В. Аршавский, 1984).
В дальнейшем развитие невроза идет по «порочному», «волшебному», «психосоматическому» кругу (Б. Д. Карвасарский, 1990; А. Кепрinski, 1975; А. Beck, 1979) (рис. 10). Развитие же симптоматики напоминает цепную реакцию или снежную лавину. При детальном анализе оказывается, что даже те неврозы, которые на первый взгляд представляются острыми, имеют длительную стадию предболезни (С. Б. Семичов, 1987).