Михаил Липарк – Правдоборец. Теневой клан. Книга 2 (страница 7)
– Скажи мне, кто заказал Алину. Кто с тобой заодно? – не двигаюсь с места.
– Вопросы буду задавать я. А сейчас заткнись и иди.
С улицы доносится звук сирен.
Малиновский выглядывает из окна.
– Черт! – бьет пистолетом в стену. – Эта сучка вызвала ментов, да?
– Скажи мне, кто заказал Лиану Огневу.
– А пулю в лоб не хочешь?
– Ты не выстрелишь. Потому что я твой единственный шанс уйти живым. Не будет меня – тебя просто пристрелят.
– Я все равно не смогу уйти. Все равно мне конец.
– Скажи мне кто заказчик и я помогу тебе спасти свою задницу.
После всего что он сделал хорошо бы отправить его на Скорбную Пустошь. Но информация мне сейчас важнее. Я готов пойти на сделку.
– У меня есть предложение получше, – Слава снова выглядывает в окно из-за стены. – Вытащи меня отсюда и тогда я скажу тебе то, что ты хочешь.
Аристократу реально страшно. Вижу его эмоции. Но как только вытащу его, он запоет по-другому.
Отобрать пистолет и угрожать – тоже мимо. Есть риск, что не скажет. А когда приедет патруль, то его заберут отсюда. И второго шанса узнать правду не будет. И чихнуть то, черт возьми, не получается.
– Скажи кто заказчик и я помогу, – кажется, придумал.
– Мы оба знаем, что ты мне не поможешь.
– У меня есть план.
– Какой? Какой план? – аристократ вновь проводит рукой по голове причесывая капну черных волос. – Скажи мне какой план и если он достойный, то я сообщу тебе имя.
– У меня нет в голове никакого чипа.
– Что? – тут же покрывается пунцовой краской Малиновский. – Я так и знал, что ты блефуешь!
– Это не важно. Потому что каратели, так или иначе, будут тут с минуты на минуты. А ты убил одаренного. Такое не прощают.
– Они не знают, что это я.
– Их вызвала не Огнева. Один из твоих дружков это сделал.
– Юра?! – Слава оборачивается, словно совсем забыл про существование азиата. – Юра, твою мать!
– Так что каратели летят по твою душу.
– Что ты предлагаешь? – перебивает меня Малиновский, потому что сирены все громче.
– Скажи мне имя, и я возьму в руки пистолет. Сможешь свалить на меня все. Убийство Вовы. Отпечатки будут на пушке. Но я не дотронусь до него, пока не скажешь мне всю правду.
Слава по привычке проводит рукой по своим волосам. Смотрит по сторонам, пытаясь заставить свой мозг соображать быстрее.
– Я скажу, и ты не возьмешь пистолет ведь так? – наконец, рожает он.
– У тебя нет выбора. Только довериться.
– Есть, – протягивает мне оружие. – Ты возьмешь меня в заложники. Приставишь пушку к моей голове. Если я не скажу тебе имя заказчика, то можешь выстрелить. Но так гарантии будут и у меня, и у тебя.
Глава четвертая. Знакомство не с родителями
Нужна пара секунд на размышления. Я откровенно пытаюсь переиграть аристократа. Но свидетелей действительно не было. Если возьму пистолет в руки, то будет только два выхода. Бежать или пытаться подставить Малиновского. Чтобы прибывшие служители закона арестовали того, кого нужно.
– Давай сюда, – хватаю пистолет и приставляю к голове Славы. – Теперь говори. Кто заказчик?
Тот скалится.
– Ни хрена я тебе не скажу.
Нежно провожу пальцем по спусковому крючку. Аристократ продолжает:
– Ты не выстрелишь. Потому что иначе тебя точно загребут. Но если хочешь – стреляй. Вот он я. Только не забывай, что потом на тебя повесят всех этих жмуриков, – он осматривает мертвых падальщиков, Вову и пятится к выходу.
Если бы только он знал, что я вижу, как он боится.
Стреляю в ногу и слышу, как он разражается трехэтажным матом. Малиновскому становится еще страшнее.
– Следующий будет в голову. Кто заказчик?
Конечно, я блефую. Еще не хватало замараться о него и угодить на Скорбную Пустошь.
В этот момент раздается шорох. Поворачиваю голову и срываю маску Пилы с одного из падальщиков. Он жив. Поворачиваюсь и стреляю во вторую ногу Малиновскому. Тот падает и противно стонет от боли.
– Какая удача, – сажусь на корточки перед раненым. – Ты все видел, да?
Совсем еще мальчишка молчит. И провел бы с ним беседу. Если бы только голова не была забита другими вещами. Жрать людей в таком возрасте не разумно. Хотя, это неразумно в любом возрасте. Наверное. Ладно. Отвлекся.
– Говори! – давлю. – Все видел?
Падальщик боязливо кивает.
Кладу ему пистолет на колени и отправляюсь к выходу. Мимо лежащего на полу Малиновского.
Останавливаюсь. Присаживаюсь перед аристократом.
– Когда мальчишке предложат сохранить в тайне его личность в обмен на информацию, он расскажет все, что тут было. Пишите письма мелким подчерком со Скорбной Пустоши, господин Малиновский.
Встаю и начинаю уходить.
– Ты не можешь оставить меня здесь! – рявкает он.
Продолжаю уходить.
– Я скажу кто заказчик!
Останавливаюсь. Оборачиваюсь.
– Пообещай, что поможешь мне уйти.
– Кто заказчик?
– Обещай!
– Обещаю, – отвечаю я, но почему-то скрещиваю пальцы за спиной.
И что это за детская привычка? Как будто он реально простит меня, если я потом признаюсь, что у меня пальцы были скрещены. А значит не считается.
– Ты пальцы скрестил, да? Покажи руку и пообещай.
Смотрю сквозь окно. Сирены становятся еще громче.
– Как знаешь, – делаю равнодушный жест рукой.
– Гузель! Гузель заказала Лиану! – признается он.
– Почему я должен тебе верить?