Михаил Липарк – Коллекционер душ. Книга 4 (страница 13)

Заведующая столовой начала перечислять мне все, что может предложить, но я вовремя перебил ее. Это входило в план.

— А знаете что? Давайте я тетю Фаю позову, а сам ее в гардеробе подменю?

— А давай, — отреагировала повариха. — Я ж ей тут рассаду принесла. Заодно расскажу, как ухаживать надо.

Когда я вернулся в гардероб и сообщил тете Фае новость о том, что тетя Люда зовет ее лично, гардеробщица что-то пробубнила себе под нос, положила кулек на стол, поднялась со стула и пошла по длинному коридору в сторону столовой.

Я посмотрел ей вслед. Затем перевел взгляд направо.

Лишь охранник с каменным лицом стоит у прохода на лестницу. Больше ни одной души. Я глубоко вдохнул и поторопился в сторону вешалки, на которой висела куртка товарища, разукрасившего накануне мне лицо.

По карманам рыться я не любил. Но чего греха таить, в прошлой жизни нет-нет, да находил в куртке отчима несколько рублей себе на жвачку. Воспоминания не самые приятные, но настигают, когда теперь лезу в чужое пространство.

Сперва я ощупал пуховик. Билет школьника, действительно лежал в нем. Открыл карман и достал документ. Принялся читать:

Кротоненко Тимофей Николаевич. 11 «В».

Еще раз посмотрел на фотографию. Массивный подбородок, родинка под глазом. Это точно он.

— Значит поэтому личные вещи просят не оставлять в гардеробе, — донеслось из-за моей спины, и я вздрогнул.

Глава 7

Граффити на стене

Я стоял у чужой куртки, с чужим билетом школьника в руках и банально не хотел поворачивать головы, чтобы не ловить взгляда того, кто спалил меня.

Паршивая ситуация. Быть пойманным за руку, когда роешься по карманам. Тут хоть объясняй, хоть нет. Все, что ты скажешь, как говорится, будет использовано против тебя в суде.

Я убрал билет школьника обратно в карман куртки Кротоненко и повернул голову.

Рядом со мной стояла девчонка с каре и розовыми волосами, скрывающими левую часть ее лица. В лосинах и клетчатой мини-юбке с подтяжками. Она надула пузырь из жвачки и лопнула его.

— Да. Ты абсолютно права, — ответил я отрешенно. — Хитроумный план, как украсть билет школьника я продумывал несколько лет. И вот когда, наконец, решил воплотить его в жизнь, какая-то девчонка поймала меня за руку. Черт. Надо было сдать тогда класнухе десять рублей на корочку и сейчас я бы не охотился за ней.

Но старшеклассница не слушала. Она вглядывалась в мое лицо с задумчивым видом.

— Кого-то ты мне напоминаешь… — девчушка приложила свой пурпурный ноготь к губам и нахмурилась. — Точно! Ты тот тип, за портрет которого в женском сортире Барт вчера заплатила мне двадцатку.

— Так это твоих рук дело? — я скрестил руки на груди.

— Не сердись, зайка, — она хлопнула меня по плечу, повесила свою куртку на ближайшую свободную вешалку и взяла номерок. — Мне нужны деньги на краску. Граффити не дешевое удовольствие. А тебе нужно имя этого пацана. Или что ты там смотрел в его билете школьника? В общем — мы квиты.

Девчонка накинула на плечо рюкзак и пошла к выходу. Я двинулся за ней.

— Костя! — тетя Фая поймала нас у выхода в коридор и посмотрела на ученицу. — Опять ты?

— Я просто куртку зашла повесить, — ответила школьница и попыталась обступить гардеробщицу. — Не нагнетайте.

— Будешь так делать, я твоему брату все расскажу! — погрозила пальцем тетя Фая. — Костя, она тебя тоже напугала?

— Напугала? — я нахмурился.

— Любит, вертихвостка, в эти игры играть. Ты у меня допрыгаешься! Я директору все расскажу, вот увидишь!

— В какие игры? — попытался встрять я.

Но был проигнорирован. С обеих сторон.

— Ладно вам, тетя Фай! Я же просто ребенок, — девчонка скорчила рожу и пробежала мимо охранника на лестницу.

— Вот тебе и ладно, — гардеробщица поставила пакет, который передала ей повариха, на стол. — Хорошая девка. Но совсем от рук отбилась.

— Как ее зовут?

— Фрося. Пару лет назад оба родителя у нее заживо в бане угорели. Теперь старший брат воспитывает. Но по-пацански. Сразу видно.

— Ефросиния… — пробормотал я. — Красивое имя, да?

— Может и красивое, а вот маминого ремня аристократке не хватает.

Интересно. Выходит девчонка из благополучной семьи. По крайней мере, была. И тетя Фая ее не боится, как остальных. Значит Фрося из адекватных аристо. Не ставит себя выше остальных. Ну и меня не спалила с этим билетом школьника.

— Ну ладно, — я накинул портфель на плечо. — Я тоже побегу. Расписание на день посмотрю, пока Элеонора Игоревна не пришла.

— Давай, Костя, — тетя Фая закрыла за мной калитку, и я услышал, как щелкнула кнопка маленького телевизора.

Я поднялся на третий этаж к стенду с расписанием, нашел там одиннадцатый «а», день недели и увидел в каком кабинете прямо сейчас сидит Тимофей со своим классом. Именно туда я и направился дальше.

— Мирослава Игоревна, здравствуйте! — я стоял перед кабинетом, из которого только что вышла завуч.

— Костя? Ты что тут делаешь? — она сделала удивленный вид.

— Мне жутко неудобно, — я замялся. — Но в этом кабинете вчера у нас было Сфероведение. Я забыл тут кое-что. Можно забрать?

— У меня сейчас урок идет. Приходи после звонка, — строго ответила завуч и принялась закрывать дверь.

— Не могу! — остановил ее я. — Через полчаса занятия у репетитора начинаются. А у меня денег на проезд нет…

Все-таки хорошо быть в теле маленького мальчишки. Будь я взрослым такая легенда ни за что бы не прокатила. А какой человек не пожалеет парнишку в такой ситуации?

Мирослава Игоревна несколько секунд пыталась испепелить меня взглядом. Видимо два человека внутри нее боролись. Один был за то, чтобы помочь мне, а второй за то, чтобы пятиклассник вынес урок из своей растерянности.

— Ладно, — выдохнула она, наконец, и отошла в сторону. — Только быстро. И тихо.

Я сделал шаг в кабинет и как будто попал в другой мир.

Прямо перед доской в воздухе летал огромный шар. Внутри него сверкали тысячи молний, а жуткие образы душ с той стороны своими безликими мордами упирались в границы сферы и становились на вид еще ужаснее. Старшеклассники уставились на меня. У каждого на столе стояли маленькие весы. В воздухе пахло серой. Чем они тут занимаются?

— Продолжаем контрольную, — сказала завуч строгим тоном и несколько раз ударила указкой по доске.

Все одаренные тут же опустили головы. Кроме двоих. Тимофея Кротоненко и…Вадима.

И как я сразу не догадался? Ведь именно хахаль моей сестры накануне выбежал из нашей квартиры, бессильным и обиженным на весь мир.

Я шел между рядами школьников из одиннадцатого «А», прожигая взглядом бывшего Машки. Надеюсь, что бывшего. Того, кто побоялся врезать мне позавчера, когда увидел печатку электроников, но зато придумал план, как запугать. И он бы, наверняка, сработал. Если бы я не был собой. А любым другим зашуганным пятиклассником.

Вадим все понял. Я увидел это по его красному лицу. Видимо, он думает, что теперь я пожалуюсь клану, который решит за меня все проблемы. А вот Тимофей нисколько не смутился. Он смотрел на меня, играя в борьбу взглядов. Уважаю. Но ответить за свои поступки придется.

Зайдя за небольшой шкаф, я достал из заднего кармана проездной, который приготовил заблаговременно, и глубоко вдохнул.

Моей ярости нет предела. Чтобы понять насколько я зол, любому человеку достаточно представить себя на моем месте. Лежащего в холодном снегу, истекающего кровью и получающего в нос очередной удар. И при этом, не имеющего ни единого шанса ответить. И вот сейчас, когда я узнал кто вчера безжалостно избил ребенка, мне захотелось наброситься и проучить подонков. Только я еще не решил кого ненавижу больше. Тимофея, прописавшего мне по лицу несколько раз или Вадима, затеявшего все это.

Нет. Скорее всего, я хочу проучить их обоих.

— Спасибо, — я шепнул завучу, показав проездной и вышел из класса.

Я хлебал воду из фонтанчика у женского туалета, когда уже знакомый голос раздался за спиной. Я готов поклясться, что, когда подходил, вокруг никого не было.

— А я думала, на кой черт тебе его билет школьника… — Фрося, навалившись на стену, ноготком почесывала щеку, схватив одной рукой локоть другой.

— Ты следила за мной? — я выпрямился и стер со щеки остаток воды.

— А кто бы не следил на моем месте? — она сдула челку с левого глаза и улыбнулась милой тонкой улыбкой. — Ведь жутко интересно, когда кто-то лезет в чужой карман. И не затем, чтобы нажиться парой рублей или охапкой императорских фишек.

— И как? — я накинул еще одну лямку на второе плечо и подпрыгнул, чтобы рукава пиджака разгладились под рюкзаком. — Узнала?

— Нет. Если честно. Поэтому и решила поговорить. Но те два парня смотрели на тебя как-то странно. А ты только зашел и вышел. Да еще и на урок, который ведет завуч. Если честно, я колебалась, раздумывая заходить ли за тобой в кабинет.

— А ты, типа, невидимая что ли? — я неопределенно покрутил в воздухе пальцем.