Люблю мечты моей созданье
С глазами, полными лазурного огня,
С улыбкой розовой, как молодого дня
За рощей первое сиянье.
Так царства дивного всесильный господин –
Я долгие часы просиживал один,
И память их жива поныне
Под бурей тягостных сомнений и страстей,
Как свежий островок безвредно средь
морей
Цветёт на влажной их пустыне.
Когда ж, опомнившись, обман я узнаю́,
И шум толпы людской спугнёт мечту мою,
На праздник не́званую гостью,
О, как мне хочется смутить весёлость их
И дерзко бросить им в глаза железный
стих,
Облитый горечью и злостью!..
«И скучно и грустно, и некому руку подать…»
И скучно и грустно, и некому руку подать
В минуту душевной невзгоды…
Желанья!.. что пользы напрасно и вечно
желать?..
А годы проходят – все лучшие годы!
Любить… но кого же?.. на время –
не стоит труда,
А вечно любить невозможно.
В себя ли заглянешь? – там прошлого
нет и следа:
И радость, и муки, и всё там ничтожно…
Что страсти? – ведь рано иль поздно их
сладкий недуг
Исчезнет при слове рассудка;
И жизнь, как посмотришь с холодным
вниманьем
вокруг, –
Такая пустая и глупая шутка…
Казачья колыбельная песня
Спи, младенец мой прекрасный,
Баюшки-баю.
Тихо смотрит месяц ясный
В колыбель твою.
Стану сказывать я сказки,
Песенку спою;
Ты ж дремли, закрывши глазки,
Баюшки-баю.
По камням струится Терек,
Плещет мутный вал;
Злой чечен ползёт на берег,
Точит свой кинжал;
Но отец твой старый воин,
Закалён в бою:
Спи, малютка, будь спокоен,
Баюшки-баю.
Сам узнаешь, будет время,
Бранное житьё;
Смело вденешь ногу в стремя
И возьмёшь ружьё.
Я седельце боевое
Шёлком разошью…
Спи, дитя моё родное,
Баюшки-баю.
Богатырь ты будешь с виду
И казак душой.
Провожать тебя я выйду – 
