Все в Вас гармония – характер кроткий
И разноликая, нездешняя краса.
Что стоит Ваше легкое дыханье,
Едва ли уловимо мной оно.
А Ваша речь, небесное созданье,
Течет размеренно, меняется легко.
А как пленительно руки Вашей движенье,
Когда ласкаете без устали меня.
И наблюдать за Вами упоенье,
Когда Вы погружаетесь в себя.
Вы все считаете себя обычной,
Но уж поверьте мне, я Вам не лгу:
Волшебница с роскошною походкой,
Вы – совершенство, я как другу говорю.
«Драгоценный камень жизни моей…»
Драгоценный камень жизни моей,
Говорю с тобой, как заклинатель змей.
Только ты и я на этой Земле —
Остальные мечутся в суете.
Круговорот событий на кругах судьбы,
Кружат дикие осы над обрывками мглы.
Но не бойся их – ведь с тобою я,
Распрекрасная ты любовь моя.
Как же сладостен наш с тобою полет!
Над гнездом родным мы ушли на взлет.
Наш отрыв от мира и пустоты
Сделал нас едиными для Земли.
Musiques a tes oreilles
Que tu es belle, ma chere Madame!
Comme pittoresque ton corps charmant!
Comment ouvrir nos coeurs a nous?
Je t'aime comme toujours beaucoup.
Tes mains fragiles deshabillantes,
Tes yeaux noirs, toujours brilliants.
Avec toi etre c'est chancon.
Comme melodique elle est, et bonne!
C'est presque chic, evidemment,
Te dire – Bonjour, ma petite Madame!
Chercher, trouver ton bel regard
Pres de soi comme frere renard.
Te arroser – c'est bon plaisir,
Ma femme, Madonna, mon desir.
Chanter musiques a tes oreilles
C'est comme toucher a l'Eternel.
«Любовь к тебе не преступленье…»
Любовь к тебе не преступленье —
Запретный пыл души моей.
Ты вечно ставишь под сомненье
Звучанье трепетное в ней.
Ты – это все что мне осталось
И в этом мире, и в другом.
Пойми, что я не бью на жалость,
Когда вхожу в твой светлый дом.
Как трудно жить без ощущенья,
Что нужен ты, пусть нелюбим.
Укрыться бы в траве забвенья,
Как заплутавший херувим.
И все же – в перекрестии прицела,
В сверкании стальных мечей,
Ради тебя одной остался целым,
Ради тебя одной я вновь ничей.
«Зима близка; дым стелет стужу…»
Зима близка; дым стелет стужу,
Снег хлопьями летит в окно,
Твой образ не волнует душу — 
