Михаил Ланцов – Вздох (страница 22)
– Дайте угадаю – я уверен, тогда вы ожидали, что на пятом трупе все закончится.
Ивона кивнула.
– Я думала, это конец игры убийц, но я ошиблась. Возможно, по пять раз убьет каждый из них. Пока что убитых восемь! Пять женщин и трое мужчин.
Ивона посмотрела на черно-белые фотографии обезглавленных тел.
– Убийцы терроризируют Прагу уже несколько месяцев, и всего через три дня один из двух психопатов нанесет новый удар и утром 1 октября представит нам свой следующий труп. Где-то в городе найдут тело без головы и без рук – либо мужчины в белом бархате, либо женщины в черном, с двумя вырезанными на груди буквами.
Она замолчала.
«
– Кто-нибудь выяснил, что это значит?
– Полиция не имела ни малейшего представления, поэтому я попыталась решить головоломку сама. Сначала я подумала о последовательности музыкальных нот, но преподаватель саксофона в музыкальной академии не смог увидеть никакой смысловой закономерности в этой последовательности букв. Поэтому я попыталась составить осмысленную анаграмму из «bababasptubabada». Безумие! Сыну Греко, Йозефу, семнадцать; у него компьютер с доступом в Интернет, на который он постоянно загружает новые программы. Три дня назад он принес мне десятистраничную распечатку со всеми вариантами на четырех языках. К счастью, я успела ее прочитать, прежде чем она сгорела.
– Вы получили конверт в тот день, когда я встретил вас у Греко, – вспомнил Хогарт. – Что было в конверте?
– Ничего осмысленного из этого не вышло, потому что из такого количества букв «А» и «В» не получалось ни одного связного слова. В немецком языке можно было составить только такие слова, как «Aas», «Bad», «Abbau», «Data», «Padua», «Pasta» или «Sabbat»; в английском – абсурдные предложения, например, «pub abba as a bad bat» или «ababa stab bad pub». Конечно, истинную цель этого задания понимал Греко, а Йозеф считал все это игрой и усердно в нее играл. Поскольку, несмотря на использование различных генераторов, он не смог найти осмысленного сообщения, то добавил к задаче «
– Возможно, убийцы передают числовые коды? – предположил Хогарт.
– У меня возникла та же мысль. И я не просто проанализировала соответствующие цифры этих букв, но и числовые суммы этих цифр, а затем преобразовала их обратно в буквы.
Она вытащила из ящика лист бумаги и по памяти написала на нем четыре строки.
Затем она бросила ручку в угол.
– Это тоже никак не помогло понять шифр. Я пришла к выводу, что эти надписи служат только одной цели: сбить следователей с толку, потому что такие идиоты, как я, попадаются на эту удочку и неделями ломают над этим голову.
Ивона стояла перед раковиной, скрестив руки. У Хогарта сложилось впечатление, что чем больше она рассказывала об этом деле и вспоминала все подробности, тем яснее становилось ее бессилие, все ее подавленное разочарование из-за отсутствия результата.
– Вы явно что-то обнаружили, потому что убийца пронес в ваш дом жучок и совершил на вас нападение.
– Но я ничего не добилась! К тому же кто докажет, что именно убийца? Может, это был уголовный розыск. – Она сжала руки в кулаки. – Меня сводит с ума мысль о том, что в моем доме был посторонний, шарил повсюду, рылся в моих вещах.
Хогарт почувствовал, как в ее голове проносится бесчисленное множество мыслей. Она думала о потере дома, о том, что следующие несколько недель ей придется провести на лодке Иржи, о том, что впустую потратила месяцы жизни на это дело.
Хогарт попытался ее отвлечь.
– А почему Греко вообще вам помог?
– У него как минимум столько же причин найти убийц, как и у доктора Зайица. Шестая жертва, француженка Надин, работала няней у него на вилле. После смерти три года назад его жены она присматривала за его дочерью.
– Я видел девочку с брекетами и светлыми косичками. Ее зовут Анна? Милый ребенок.
Ивона, погруженная в свои мысли, кивнула:
– Да, малышка милая. Греко так и не рассказал ей, что ее няню убили. Анна думает, что она вернулась во Францию не попрощавшись. Мне жаль девочку. Сначала в автокатастрофе погибла мать, а потом такое. Детям это всегда больнее всего…
– Греко мог бы помочь нам найти убийц, – предположил Хогарт. Но тут же понял, что выбрал неподходящий момент.
Ивона сердито посмотрела на него.
– Вчера вы подозревали его в убийстве вашей коллеги и поджоге моего дома, донесли на него в полицию, а теперь хотите, чтобы он стал вашим союзником? Полиция, наверное, уже перевернула его дом, и он наверняка слышал, что Ондржей им занимается. Мы выставили себя полными дураками, а Греко не из тех, кого можно обмануть. Мы больше не можем рассчитывать на его помощь.
– Тогда нам придется продолжать работать самостоятельно.
– Продолжить работать самостоятельно? – Ивона, внезапно вспыхнув от гнева, смахнула со стола бумаги и фотографии. – Чем мы располагаем? Этими документами? Думаете, мы найдем нечто такое, что упустила полиция?
Сердце Хогарта замерло в груди. Потрясенный, он сидел и смотрел, как бумаги летят на пол.
– Мы могли бы попросить Новачека прислать нам еще одну копию данных.
– Конечно! В каком мире вы живете? – резко бросила ему Ивона. – Если бы полиция обнаружила на пепелище хоть одно свидетельское показание или фотографию убитых, у нас с Новачеком были бы серьезные проблемы. Отдел внутренних расследований отстранил бы его от работы за утечку доказательств, а я попала бы в тюрьму за препятствование ведущемуся расследованию. Ситуация и без того запутанная, ведь ему каким-то образом пришлось объяснять, откуда он узнал, что восьмое тело – Александра Шеллинг. Новачек постарается не дать нам ни единой зацепки. Мы вне игры!
– Мы могли бы…
– Мы могли бы что? – Ивона сорвала фотографии с бельевой веревки. – Все это бесполезно! – закричала она. – Убийц просто не поймать.
Она вырвала скрепки из карты города и швырнула через всю комнату. Наконец она сделала глубокий вдох и рассеянно уставилась в пол.
Хогарт встал. Когда он потянулся за пальто и сигаретами, Ивона не подняла на него глаз. Он молча покинул лодку.
Глава 8
Хогарт шел вдоль пирса. Уже темнело. Издали доносились гудки курсирующих по Влтаве судов. У причала покачивались лодки. За «Прагой» стояла «Светлана», заброшенное океанское грузовое судно, потрепанный катамаран «Катерина» и множество рыбацких лодок, у бортов которых лениво плескалась вода.
Возможно, оставаться в Праге было ошибкой, подумал Хогарт. Вмешиваться в жизнь других людей и считать себя умнее их, способным справиться с головоломками, над которыми они тщетно бились месяцами. В конце концов, он разгадал тайну Шеллинг и нашел ее тело. Акула был прав. Казалось, больше он ничего не мог сделать. Хогарт полез в карман. У него не было денег, чтобы спокойно посидеть в «Черном крабе» и все обдумать за чашкой крепкого кофе. Поэтому он остановился возле «Праги», поставив ногу на вмурованный в бетон чугунный якорь. Если не получится выпить кофе, то, возможно, моросящий дождь и прохладный ночной воздух помогут ему прочистить голову. В этом деле было так много запутанных следов, что все они не имели никакого смысла.
Отсутствующие руки.
Отрубленные головы.
Бархатные покрывала.
Необычные места находок.
BA, DA, SP, TU.
Чем необычнее преступление, тем больше улик приходится анализировать. Эта серия убийств была полна символов, но ни один из них не давал четкой картины – по крайней мере, пока он ее не видел.
BA, DA, SP, TU. Перед его мысленным взором постоянно всплывали вырезанные на обезглавленных телах кровавые буквы с полицейских фотографий. Ивона ошибалась. Он был уверен, что эти буквы не только для того, чтобы сбить с толку. Они имели смысл. Почти каждый убийца оставлял послания. В глубине души все они хотели, чтобы их поймали. Их подсказки были криками о помощи из подсознания.
Но как, черт возьми, он должен их интерпретировать?
BA… DA… SP… TU… – бесполезно! Его чешский настолько ужасен, что без посторонней помощи этот код ему никогда не взломать. Он отчаянно нуждался в поддержке – Греко, Ондржея или Новачека. Но теперь даже Ивона не хотела углубляться в дело. Видимо, она недостаточно сильна, чтобы отринуть все неудачи. Однако после всего случившегося даже он не мог обвинить ее в том, что она устала от этого дела. Что же делать ему? В одиночку он ничего не добьется. По крайней мере, он нашел Шеллинг – его миссия выполнена. Все, что ему оставалось, – это забрать в полиции паспорт, уехать из Праги и бросить Ивону, Греко, Ондржея, Новачека и всех прочих. Пусть разбираются со своими делами сами, своими собственными – принятыми в Праге – методами. А он вернется домой к привычной жизни, будет проверять автоответчик на наличие новых заказов, ходить на блошиные рынки, продавать антиквариат в своем ларьке, смотреть старые фильмы на видео, навещать брата и… Хогарт запнулся. Только сейчас он понял, что уже несколько дней не думал о Еве. С каких пор? Конечно! С тех самых, как в кабинете Греко впервые увидел Ивону.