Михаил Ланцов – Сын Петра. Том 5. Ветер перемен (страница 2)
На пылающий город падает тень…
Глава 1
Квадрига неслась вперед.
Бешено.
Безумно.
И невероятно быстро.
Лошади хрипели. А сама повозка отчаянно скрипела.
Казалось, вот-вот – и она просто развалится.
Мужчина чуть натянул поводья, чтобы притормозить. Хотя сама мысль о возможности этого казалась невозможной. Вот как неслись! Но лошади чуть-чуть сбавили ход.
Поворот.
Скрип стал более натужным. Опасным.
Возничий чуть присел на полусогнутых ногах и припал к борту, в сторону поворота, что оказалось непросто.
Простейшая полуэллиптическая рессора просела от натуги. Однако этого хватило, чтобы внешнее колесо немного оторвалось от грунта и стало проскакивать, лишь время от времени касаясь земли.
Выход из поворота.
Возничий перенес центр тяжести в другую сторону, помогая себе рукой. И с немалым трудом поставил идущую на одном колесе квадригу ровно.
Удар.
Скрип.
Период нестабильности, когда квадригу замотало из стороны в сторону. Но удалось удержаться. Стабилизироваться.
И возничий вновь стал погонять, разгоняясь.
Пятьсот шагов.
Новый поворот.
В этот раз двойной, с небольшим прогоном между ними.
Новый длинный ровный прогон.
И возничий вместо того, чтобы разгоняться, вильнул в сторону и направил свою квадригу в боковой карман ипподрома, начав тормозить. И поводья натянул, и на рычаг навалился, прижимая колодки к ободам колес. Заметив это, сразу навстречу выбежали специально обученные люди.
Ловко схватили разгоряченных, хрипящих лошадей. Словно бы повисли на них, облепив со всех сторон.
Другие двое рванули к основанию квадриги.
Удар молотком.
Вылетел стопор.
Еще удар.
Вылетел костыль.
И эту четверку лошадей увели прогуливаться через боковые ворота. После такой гонки лошадей, равно как и людей, нельзя просто останавливать. Нужно время, чтобы они немного походили и остыли. А на их место – поставили новых, свежих. Тех, что ждали.
Вывели.
Несколько молодцов подкатили квадригу к ним.
Поймали креплением оглобли паз на квадриге.
Воткнули костыль.
Воткнули стопор, ударом молотка его заклинив, чтобы не выскочил.
И возница с криками и улюлюканьем рванулся с места, выезжая из кармана и стараясь наверстать упущенное. На все про все потребовалось чуть больше двух минут.
Долго.
Невыносимо долго.
Ведь остальные три участника гонки продолжали бешеное движение…
Алексей решил не просто возродить старые добрые гонки на колесницах, а развить их и дополнить. Переходить на легкие упряжки в одну лошадь, как это произошло в оригинальной истории, он не стал. Зрелищности мало.
Не цепляло это.
Совсем.
Слишком жидко выглядело.
Однако и сами гонки он планировал проводить на пределе скоростей, которые могли развить лошади, поэтому позаимствовал кое-что из знаменитых в будущем гонок «Формулы 1», превратив эти скачки в этакий их прототип.
Безумный.
Отчаянный.
И не менее опасный.
За один заезд можно было каждому экипажу останавливаться всего два раза для замены лошадей. У каждой команды – свои комплекты. И на этих сменах выстраивалась стратегия. Когда, в каком порядке и каких лошадей ставить…
Параллельно в противоположном кармане остановился на пит-стоп другой экипаж. Карманов было только два, так что меняться там могли только половина участников одновременно. Остальные уходили на следующий круг, ожидая своей очереди. И кто в каком порядке – дело случая и стратегии. Это не было регламентировано.
Синий экипаж выехал из кармана, разгоняясь. А красный и черный, как раз выходя из крайнего поворота, решили туда заскочить. Они уже едва тянули. Было видно – лошади на грани.
Успела только одна – черная квадрига, – совершив опасный и резкий маневр.
Красная же, избегая столкновения, отвернула на новый круг. Там как раз освобождалось место.
Трибуны гудели, местами переходя на рев, словно какое-то хтоническое существо, даже несмотря на то, что они были заполнены едва ли на треть. Все-таки первое соревнование из новых. Но эта гонка захватила их.
Зрелище.
Яркое.
Сочное.
Захватывающее.
На фоне обычной и, в общем-то, серой жизни прямо лучик солнца. В какой-то мере этот вопрос решали церкви с их достаточно красивым ритуалом. Но там было все иначе. Тихо, спокойно, возвышенно. А тут – страсть и адреналин.
Квадриги неслись на пределе своих скоростей. И каждый поворот вызывал всплеск эмоций. Даже Петр, присутствовавший на открытии первых игр, сам что-то кричал, не сдерживая переполнявших его эмоций. О людях пониже рангом и речи не шло. Особенно отличались мещане. Те порой, как заправские футбольные фанаты, взрывались бурным ревом. Да и послы иностранных держав не остались равнодушными. А их хватало. Ничего подобного в светской жизни Европы попросту не было.
Вот синяя квадрига, сделав несколько кругов, вновь вильнула, пытаясь занять свободный карман. Зеленая тоже захотела.
Они опасно сблизились.
Левая пристяжная лошадь зеленой квадриги, которая заходила по внешнему радиусу, слишком прижалась к синей. К самой повозке. Чека колеса чиркнула ее по ноге, раздирая кожу. И, споткнувшись, лошадь полетела на землю, увлекая за собой остальных.
Синяя же квадрига резко забрала левее, уходя от всей этой катастрофы, чтобы и ее не зацепило, направляясь в оппозитный карман, который уже проскочили две другие.