Михаил Ланцов – Рождение (страница 75)

— Проходите. Вас ждут. — довольно приветливо произнесла секретарша. Они ей не зря регулярно заносили шоколадки. Вот — такая улыбка перед встречей с начальством окупала все вложения.

Зашли.

Генерал сидел во главе длинного стола и перебирал бумаги в папке с отсутствующим видом. Возле окна стоял какой-то незнакомый человек в штатском.

— А? Явились? Вот — прошу любить и жаловать. Аристарх Людвигович. Он будет вас консультировать в деле с клубом.

— Очень приятно, — кивнул Петров. — А в какой области?

— По оккультным вопросам.

— Нам только сегодня прислали очередное заключение по этому профилю. — ответил Петров.

— Рискну предположить — для них это все бессмыслица? — спросил Аристарх Людвигович.

Майор вопросительно посмотрел на генерала. Тот пожал плечами.

— У вас с собой изображения печатей? — после небольшой паузы вновь задал вопрос эксперт.

— Печатей?

— Ну, этих узоров. Они называются печатями.

Майор достал из папки две нормализованные распечатки и положил их перед консультантом.

— Это печать воскрешения, а это портала. Судя по всему, индивидуального. Так? — вскользь на них глянув, произнес он.

— Откуда вам известно про эти узоры? — спросил майор, нахмурившись.

— Я уже много лет этим вопросом занимаюсь. Меня многие называют сумасшедшим, но я собираю и изучаю следы этой цивилизации.

Петров с сомнением посмотрел на него. Потом на генерала, но уже с выражением: это не розыгрыш? Тот, судя по лицу, и сам был не рад, что им этого клоуна подсунули. И вообще — всем своим видом старался передать простую мысль: он птица подневольная, какое зерно насыпали, такое и клюет.

— Не верите? — устало спросил Аристарх Людвигович. — Хорошо, тогда я вам продемонстрирую. Хотя после этого буду несколько дней страдать.

С этими словами он пододвинул листок с печатью телепортации. Пробежался по ней взглядом. Поправил карандашом кое-что. Попросил нож для бумаги и порезал себе ладонь. Заметно так. Сжал ее. И стал капать своей кровью на печать.

— Вы давно были у психиатра? — осторожно поинтересовался майор.

— Смотрите, — ответил собеседник.

Петров глянул на рисунок, который поплыл — словно какой-то обман зрения. Аристарх Людвигович же взял конфету из вазочки, выставленной секретаршей ему к чаю, и просто отпустил ее над листком, залитым каплями крови.

Раз.

И, коснувшись поверхности, конфета исчезла, а наваждение пропало. Сам же лист поплыл, рассыпаясь физически. Прямо вот в труху. Раз и уже взяться не за что.

— Что это было?

— Индивидуальный телепорт. Я не маг. Но они требуют немного магической силы и можно использовать свежую кровь. Теперь неделю буду страдать, как после тяжелой пьянки...

Минут через пять оперативная группа Фарима, дежурившая в городе Зара, стояла на том самом месте, куда вновь кто-то открывал индивидуальный межмировой портал. И смотрела на конфету.

— Что это?

— На сладость похожа. Только состав странный. — ответил эксперт, поглядев по очереди в два артефакта.

— Съедобная? — поинтересовался «дуб», слывший среди них лютым фанатом сладкого.

— Да вполне. Ядов и наркотиков нет. Магии тоже. Обычная сладость с примесью небольшого количества несъедобных компонентов. Чего-то минерального. Но вреда от него в таком объеме быть не должно.

— Я ее попробую?

— Ты идиот? — спросил Аратос, а потом вздохнул и махнул рукой: — Пробуй. Скажем — следственный эксперимент. — И, повернувшись к эксперту, поинтересовался: — Координаты, откуда портал был открыт, удалось выяснить?..

Через пару минут в помещении, где генерал и майор с капитаном внимательно слушали байки Аристарха Людвиговича, над столом появилось марево на несколько мгновений. Его бы и не заметили, если бы из него не вылетел фантик от той самой конфеты. Прямо на стол.

— Кто... Кто это сделал?! — нервно и очень удивлено, произнес Аристарх Людвигович, округлив глаза и поправив очки.

— Вы у нас спрашиваете? — ошалело переспросил у него майор. — Кто у нас специалист по магии и оккультным наукам?

— Я... я... простой консьерж. Оккультные науки — мое хобби.

— Что, ни разу ничего в ответ не прилетало?

— Ничего. — энергично помотал головой Аристарх Людвигович.

Пара минут спустя, генерал распечатал еще одну картинку нужного узора. Кровью ее залил уже Алексей из-за плохого самочувствия эксперта. И, как только пошло марево, попробовали кинуть в нее сразу маленький вазон с конфетами. Такой — декоративный.

А он взял и проскочил — исчезнув.

Мужчина же, что пожертвовал кровь, осел бледным как смерть на стул. И едва дышал.

Секунд десять тишины. Все думали, переваривая произошедшее.

И тут в помещении с легким шипением вспухло несколько красных сфер индивидуальных порталов...

Илья открыл глаза.

Шевелиться не хотелось.

Вообще. На самом деле даже глаза открывать пришлось через силу. Ибо у него было ощущение, будто бы болело все. Кости, мышцы, внутренние органы, волосы, ногти, одежда, соседская собака на прогулке. Да даже вон так колонна и та болела, а он почему-то это чувствовал.

Причем мерзко все так — тянуще. Из-за чего, пока ты не шевелишься, возникала иллюзия относительного комфорта. Да — вздохнул — и новая волна «радости». Но ведь можно же и дышать пореже?

— Милая, — произнес владыка, — на тебя это не похоже. Это же не твой профиль. Ты же не любила никогда физические пытки. Теряешь квалификацию? Или попала под влияние этой личинки-переростка?

— Извини, давно никого не инициировала.

— Как давно?

— Никогда. Если меня память не подводят.

— Слушай, ну тогда это неплохо. Этот первый блин, хоть и изрядно скомкан, но даже подает признаки жизни.

— Предупредили бы... — едва слышно прошептал Илья.

— О чем? — вкрадчивым голосом спросила эта особа.

— Что сделаете мне ТАК больно. О-о-ох...

Эти двое синхронно рассмеялись. Вполне искренне, кстати. Наконец, владыка, утирая несуществующие слезы, произнес:

— Дружище, это ад. Больно — это наша профессия.

— Серьезно? — удивился Илья. — Слушай, а как ты тут Большую разницу смотришь? Спутниковую тарелку поставили? Или сюда не добивает?

— Ой... все тебе расскажи.

— Соскучился я по старой жизни.

— Ты еще скажи, что душу за смартфон готов отдать. — смешливо фыркнул владыка.

— Вот давай без радикализма и фанатизма обойдемся?

— Если что, ты знаешь, к кому обращаться, — расплылся в улыбке владыка, у которого в руке внезапно оказался смартфон, включенный... и с каким-то контентом на экране. — Что же до самочувствия — полежи. Сейчас отпустит.

— Отчего же так хреново? Что вы там со мною делали?