Михаил Ланцов – Рождение (страница 72)

— Ты прекрасно знаешь, что не каждый маг способен их закрывать.

— Ученик какой ступени это сделал?

— Это случайность.

— Владыка утверждает, что это не так. Он проверил его психику — она очень стойкая. Поэтому он уверен — это не случайность. И решил повторно пропустить его через еще одну. Посол — это просто предлог.

— Проверили они... ты им веришь?

— Его проверяла лично Лилу.

— Серьезно?!

— Тебе показать наш разговор?

— А что она там делала?

— Гостила. У нее же романтические отношения с владыкой.

— Теперь я еще меньше им верю. Пожалуй, я даже готов сделать ставку.

— Учитывая тот факт, что ты часто проигрываешь, я не буду тебя грабить.

— Сейчас все точно.

— Сколько раз по юности ты мне это говорил?

— Слушай, здесь точно какой-то подвох. Владыка еще мог просто ударить нас ниже пояса, выставив последними скотами в глазах остальных городов. Игриво. Из желания слегка напакостить и покуражиться. Дескать, он наградил, а мы не только зажали, но и, чтобы не награждать, попытались убить. Но ее появление меняет...

— У меня уже начали спрашивать, зачем я все это сделал и как мне не стыдно, — перебил его старейшина Зара. — Так что крепись.

— Уже?

— Уже.

— Ану-Ану... вот тварь. Мягко ты его наказал. Мягко. Сколько нас будут макать в говно за это?

— Пока новостей интереснее не появится и это все не забудется.

— Неужели владыка сам распространяет эти слухи?

— Зачем? Секта. Для них уязвить нас таким невинным образом очень приятно. Ведь врать не нужно. Юлить не нужно. Просто распространять как можно шире максимально честные сведения.

— Твари... — процедил старейшина Нехеб.

— И не говори.

— Душу этого Ану точно поглотили? Может можно его вернуть и примерно наказать?

— Как будто это что-то изменит...

— И что ты предлагаешь?

— Не реагировать на эти подначки и вести себя так, будто все нормально. Тем более, что сам Илья во всем этом шуме не виновен. Скорее наоборот. Харлама убил? Убил. Шесть иных магов-сектантов прихлопнул? Как мух. Аномалию закрыл? Закрыл. Он сам кругом молодец. Если еще через аномалию проведет посольство — вообще умница. Печать, правда, нам сломал и убежище взорвал. Но это несущественные мелочи.

— Это-то меня и смущает. Слишком уж он везучий. Так не бывает.

— Я тебе десятка два магов назову прямо сейчас без подготовки, которые устраивали и не такое. — улыбнулся старейшина Зара. — Включая нас с тобой. Или ты юность уже совсем забыл?

— Когда это было? — отмахнулся он. — Да и молодежь ныне уже не так.

— Как не та? Чем тебе Илья не молодежь? Ему и сотни лет нет. Даже полусотни. Совсем ребенок.

— А дочь Харлама? Думаешь, она успокоится? Вот ты знаешь — я как-то не горю желанием, чтобы эта мерзость снова возрождалась.

— Ты же сам говорил, что ей донесли ситуацию.

— Она дура, — развел старейшина Нехеб руками. — У нее же в голове одна страсть и ярость. Совсем своей стихии отдалась.

— В любом случае ее эти игры для нас не представляют никакой угрозы.

— Ты думаешь?

— Я поднял тут опыты Эрга. Помнишь еще такого?

— Забудешь его. — буркнул старейшина Нехеб. — У меня до сих пор фантомные боли не проходят. Видимо, до конца своих дней он мне аукаться будет. Скотина.

— Да-да. Мы все его помним и любил. — усмехнулся старейшина Зара. — Я в этом теле сижу тоже не просто так. Так вот. Я поднял документы из архива. Те, что у него нашли. И если верить его опытам, даже если сердобольная дочурка возродит отца, и их сразу сектанты не прибьют, это все будет пустой затеей.

— Почему же?

— Душа Харлама была распылена. Это значит, что ее материальное проявление уничтожено. А неразрушимое ядро ушло на перерождение. Если она уже в ком-то воплотилась, ритуал вообще не получится. Найти это новое воплощение не представляется возможным. Но если она еще болтается где-то там, то Харлам возродится с девственно-чистой личностью. Словно только что родился. Он ничего не будет помнить, ничего уметь. Даже говорить. Про все, что было связано с телом, тоже, разумеется, можно забыть. Его скелет с корневой печатью и развитыми лакса уничтожен.

— И все же это будет Харлам.

— В самом начале своего жизненного пути. Даже если он пойдет той же кривой дорожкой, чтобы добраться хотя бы приблизительно до старого уровня могущества, ему потребуется века два. Минимум.

— Ну...

— Да и вообще — секта устала.

— Ты оптимист.

— Владыки красного мира тоже, очевидно, решили сменить стратегию.

— Вот по этой причине я и считаю тебя оптимистом. Харлам — это не только личное могущество, но и имя. Поставь рядом с ним парочку толковых советников, обеспечь его достаточным ресурсом, и мы умоемся кровью.

— Ты думаешь, что мы это не сможем отследить? — улыбнулся старейшина Зара. — Тем более, что им как раз Харлам для этих целей не нужен. Он слишком яркая фигура. Мы пока не знаем, какую стратегию они выбрали, но вряд ли пошли в лоб.

— Именно. Вот это я и имею в виду. Мы — не знаем. Поэтому меня сильно смущает их желание отпустить Илью. Что они задумали?

— Вот и посмотрим.

— Любопытный ты больно. Я бы просто от него избавился и все.

— Он — очевидная точка притяжения. Причем под нашим контролем. Ты ведь в праве направить его учиться. И я уверен — именно так и поступишь. А это прекрасный способ за ним приглядеть.

— А если он сбежит в свой мир Мора?

— И что он там делать будет? Вкусивший магии вряд ли от нее добровольно откажешься. Сколько таких сбегало? Много усидели?

— Ладно. Пусть будет по-твоему... — буркнул старейшина Нехеб.

В центре просторного зала, куда зашел Илья, стояла она — Лилу.

Прекрасная и ужасная одновременно.

Какой-либо гневливости или неудовольствия она не выражала и выглядела вполне благожелательно. Что само по себе продолжало подсаживать мужчину «на измену».

Владыка стоял в стороне, у стены.

Это еще сильнее нервировало Илью. Доверяться ЭТОЙ особе ему хотелось меньше всего на свете. И... в этот момент она подняла обе руки и каким-то жутким, демоническим голосом произнесла:

— Сим объявляю — между нами более нет кровной вражды! И вообще — никакой иной.

С последним слово ее руки окутало странное красное свечение.

Илья скосился — у него происходило то же самое.