Михаил Ланцов – Проклятье прошлого (страница 38)
— Ну, парень, — удивился впечатленный крог, — ты просто творишь чудеса. Сколько я ее ни бил — никогда не плакала.
Женщина же и’ри’тори встала. Утерла слезы, и, держа очень прямо спину, подошла к Виктору. Короткий поклон. И тихий, сиплый голос:
— Да, повелитель.
«Бабуль, как там наши гориллы?» — Обратился он к Арьяне.
«Не в себе. Не могут понять, что происходит».
«Подчинить их сможешь?»
«Без проблем».
«Мне нужно, чтобы эти клоуны не побежали на меня доносить».
«Может полную клятву?»
«А не жирно ли?»
«В самый раз».
«Тогда действуй» — мысленно кивнул он. — «Мирра, подстрахуй».
А сам спокойно вышел за пределы секции торгового дома Эребор. На просторной площадке яруса было тихо и спокойно. Прохожие шли по своим делам, стараясь как можно быстрее проскочить эту странную компанию. А блюстители правопорядка просто отсутствовали даже на горизонте. Они словно испарились после начала беспорядок….
— Ну вы даете… — тихо пискнула Яльга, у которой все никак не получалось отойти. — Я уж думала — все. Конец мне.
— А ты думаешь, я оставлю тебя в живых после того, как ты меня предала? — Удивленно спросил Виктор.
— Что⁈ — Выпучила она глаза и побледнела.
— Я пошутил, — усмехнулся Виктор. — Дашь магическую клятву верности. Будешь мне верно служить. И все у тебя станет хорошо. И с деньгами, и со здоровьем, и с детьми.
— Но у меня нет детей.
— Будут.
— Кхм, — чуть не поперхнулась каиси.
— Не жадничай. И у тебя тоже будут…
— Я что-то теряюсь… — покачала головой Яльга. — Это тоже шутка?
— Нет, — произнес Виктор, отправляя киц’унэ в нокаут, окончательно «взломав» ей мозг сумбуром и необычностью последних часов. Все было крайне странно, необычно и довольно рискованно.
«Бабуль, ты скоро?»
«Погоди немного. Он тебе еще пятерых и’ри’тори на радостях решил подарить. Двух мужчин и трех женщин. Ну и так, по мелочи, еще что-то хочет подарить. Скоро выйдем».
— Грут, свяжись с Йондо. Узнай, как скоро он освободится?
— Понял.
[1] Крейсер и далее — это не прямое название, а семантика.
[2] Мирру Виктор вернул с Цереры-10, заменив там братом высшим вампиром. Ее гибкость, открытость и подвижность сознания была в данной ситуации куда важнее сдержанного и уравновешенного Нимхорс. К тому же она слишком раздражала Ализель своими подколками. Она так и не простила матери свою судьбу, особенно посмертную.
[3] Desert Eagle Long Barrel — не очень удобное оружие, тяжелое, плохо сбалансированное, чрезмерно мощное. Но магически выпестованная комплекция Виктора позволяла из этих игрушек уверенно стрелять с одной руки. Вот он их и таскал, полагая, что в ближнем бою каждая «плюшка» может стать весомым аргументом даже для защищенного броней противника.
Часть 3
Глава 5
Император Эмгыр тяжело вздохнул и еле заметно покачал головой. Доклад военного министра походил на все предыдущие. Какие-то малозначительные факты скрывали общую беспросветность. Словно бы имелся прогресс, и вооруженные силы шли к победе. Но, если вдуматься, ситуация казалась совершенно весьма удручающей…
За пять тысячелетий войны кхетам не удалось отбить ни одной планеты у арахнидов. Ценных, полезных и очень важных для колонизации планет. Десанты шли один за другим. Кое-где даже удавалось закрепиться. Но не более того. Впрочем, сами арахниды тоже не могли никак продвинуться вперед, терпя поражение за поражением, но уже в космосе, где они оказались совершенно беспомощными. Война казалось бесконечной и бессмысленной, настолько, что Империя уже давно бы заключила мир, если бы это было возможно. Однако та цивилизация, с которой они столкнулись, не желала мира. Арахниды просто не воспринимали другие формы жизни иначе, как в роли корма….
— Тайвин, — после долгой паузы произнес Император, обращаясь к военному министру, — все, что ты сказал — хорошо и красиво. Но как нам победить? Эта война всех уже утомила.
— Псионики, Ваше Императорское Величество, — развел руками Тайвин. — Даже один и’ри’тори в гарнизоне на планете арахнидов кардинально снижает потери и повышает устойчивость. Очень жаль, что мы смогли склонить к сотрудничеству только десяток юнцов.
— И’ри’тори, — медленно произнес Император.
Тяжелейшая война закончилась, оставив после себя горы трупов и ужаса. О да! Кхеты боялись этих странных разумных настолько сильно, что выживших обратили в рабов. Ошейники эргу оказались чудесным решением для подчинения и подавления и’ри’тори. Способности к внешнему пси-воздействию они купировали и позволяли незамедлительно наказывать провинившегося раба. Началась новая эпоха. Из года в год, из столетия в столетие кхеты отыгрывались над и’ри’тори за свои страхи и ужасы.
И вот Империя столкнулась с арахнидами. Страх, боль и ужас. Чудовищная цивилизация! Но вот беда — и’ри’тори к этому времени просто перестали разговаривать с кхетами. Вообще. По крайней мере, те, что пережили эту кучу лет в чудовищном унижении и позоре.
Древний народ и’ри’тори стал триумфальной насмешкой над кхетами. Даже скованные, побежденные и униженные эти создания заставили кхетов вновь почувствовать давно забытый страх и ужас. Они были остро нужны Империи. Особенно древние. Но ненависть их была так сильна, так непреодолима…
Конечно, предпринимались бесчисленные попытки привлечь к делу других разумных псиоников. Но везде кхетов преследовали неудачи. Или силы недостаточно, или характер дара неподходящий, или носителей крайне мало, или эти носители неуправляемы, или находятся под управлением богов…. В общем — проблема на проблеме. Без малейшего шанса на решение.
— Я вижу довольную улыбку, — прищурился Император, обращаясь к главному контрразведчику его державы — Варису, весьма осторожному и молчаливому созданию. — Мы сказали что-то веселое?
— Если позволите, я объяснюсь.
— Мы все в нетерпении.
— Пятьдесят стандартных часов назад в порту у планеты Ван Исер произошло крайне интересное событие. Прошу, — кивнул он, демонстрируя масштабную голограмму. — Как вы можете увидеть — четверка торианцев рвет крогов как детей. А потом играючи штурмует их резиденцию.
— Разве торианцы обладают пси-способностями? — Удивился министр Тайвин, после завершения проигрывания потока.
— О нет, — еще сильнее расплылся в улыбке Варис. — Вот, обратите внимание, — вывел Варис новую голограмму, недолго помигавшую разными проекциями и режимами наблюдения. — Как вы видите, внутри костюмов находились совсем не торианцы. Вот этот самец и’ри’тори хорошо известный нашим архивам Михаил ор’Хар. Опытный боец. Прошел всю старую войну. В битве за А-Юр командовал отрядом из пяти штурмовых четверок.
— Штурмовая четверка… — тихо и задумчиво произнес Император.
— Именно, — Ваше Императорское Величество. — Применение штурмовой четверки и’ри’тори торианцами и вызвало наш неподдельный интерес. Ибо выглядело до крайности странно.
— Продолжайте.
— Отряд ор’Хара сыграл одну из ключевых ролей в битве за А-Юр. Это было самое результативное подразделение и’ри’тори, исключая, пожалуй, личную четверку их последнего архонта.
— Это ведь он ушел тогда? Ор’Хар?
— Да. Все так. Ушел с подчиненными. И где они скрывались, мы не знаем до сих пор. Искали самым тщательным образом, ибо угрозу они представляли нешуточную. Но тщетно.
— Хорошо, — кивнул Император. — А кто вот эта подсвеченная самка и’ри’тори?
— Арьяна ор’Лов. О ней мало чего известно. Родилась после войны. Жила в небольшом поселении на Вольтране-17, уничтоженном три тысячи лет назад в интересах союзников. Вместе с ней.
— Чего⁈ — Возмутился Тайвен. — Но это невозможно!
— Мы допускаем, что это очень похожая на нее самка и’ри’тори. Но в этом случае совпадает не только ее внешность, но и ее талант. Она обладает удивительными ментальными пси-способностями. Парализация, подчинение, мысленная речь, чтение мыслей и так далее.
— Это все очень странно, — покачал головой Император. — Она точно жива?
— Сканер показывает, что да. Что с ней случилось, мы не знаем. По агентурным сведениям, Арьяна в момент орбитального удара находилась в поселении. Однако она жива. Тут явно какая-то хитрость. Потому что мы тогда прочесали сканерами все вокруг на наличие живых разумных.
— Ясно, — кивнул Эмгыр. — А кто остальные?
— О! — Протянул министр Варис. — Это самое интересное. Вот эта самочка солнечный эльф с той же самой планеты — Вольтран-17. Именно их мы пытались в свое время подчинить и привлечь в армию. Слабее и’ри’тори, но тоже весьма сильные псионики. Кроме того, что за пределами своей планеты они не встречаются, странным кажутся еще два момента. Во-первых, обратите внимание на ее зубы. — В этот момент он переключился на режим отображения, напоминающий рентгенограмму. Да еще и масштабно увеличив голову. — Видите — ее резцы слишком развиты и, судя по всему, подвижны. Во-вторых, сканер не детектирует ее как живой организм, но возмущение пси-поля присутствует.
— Мертвяк? — Уточнил Тайвен.
— Возможно. Но тут есть нюансы. И’ри’тори не переваривают некротические конструкты и никогда ими не пользуются. Прямого табу нет, но некое негласное правило вполне существует. Да и не специалисты они в этом деле. Кроме того, поведение этой самки говорит о ее разумности и полной адекватности. Что для некротических конструктов совершенно не типично. По крайней мере, для тех, которые нам встречались. Она не пахнет тленом. Она разговаривает. Ее замечания остры и точны. Даже шутки встречаются. Вот тут вы можете понаблюдать за тем, как меняется лицо рабыни — древней самки и’ри’тори — при общении с этим существом. Проявленное поначалу омерзение через несколько фраз сменяется благодушием.