Михаил Кубрин – Вы не гарем, вы... Команда! (страница 22)
- Так, ключ, катана… Ох, чуть не забыла, - спохватилась Эллука. – Где кукла-Ева?
- Наверное, у Микулии, - ответил я, тоже только сейчас вспомнив о Заводной Кукле.
- Тогда – за ней.
Чтобы уговорить Микулию расстаться с полюбившейся ей игрушкой, нам с Эллукой понадобилось больше времени, чем для убеждения любой другой пленницы, однако, в конце концов, мы одержали победу и тут – унеся куклу в комнату, волшебница запечатала ее.
- Вот и третий сосуд запечатан. Все сделано, можно идти, - вечная колдунья почему-то вздохнула. – Ладно, пора. Девушки, отныне вы все свободны, двери особняка открыты, только подождите, пожалуйста, до утра, прежде чем уходить отсюда! Пошли, Херувим… У нас впереди долгий путь.
- Прощай, Херувим… Удачи тебе, - прошептала Гумина.
Я подумал, что мы вряд ли когда-нибудь сможем встретиться снова – ведь мне отныне надо будет жить вдали от Вельзенской Империи, и не привлекая внимания.
Несколько других девушек тоже произнесли слова прощания, хотя, как мне показалось, кроме Гумины искренни в своих добрых пожеланиях были только Лукана и Хару.
После этого мы с Эллукой вышли на темную улицу и навсегда покинули особняк Веномании. Волшебница несла с собой катану, куклу и ключ. Я же шел налегке, лишь в кармане моей новой одежды лежал маленький черный кубик – Черный Ящик, оставшийся от кошки-Ирины. Эллуку он не особо заинтересовал, она решила, что он сломан и не работает, а потому – разрешила мне оставить его себе, на память. В отличие от нее я был далеко не уверен, что эта вещица стала совершенно бесполезной, правда, и как ее можно использовать, тоже не знал.
Эпило…
Остров Марлон, год спустя
Когда Эллука открыла дверь подземного тайника, оттуда пахнуло холодом. Не обычной прохладой подземелья, а скорее тем холодом, который можно почувствовать рядом с большим открытым холодильником.
- Замечательно, - произнесла волшебница, заходя внутрь. – Ты был прав. Тут все сохранилось.
Зайдя следом за ней, я увидел большую комнату, в центре которой стояли пять прозрачных «саркофагов» - анабиозных камер, по-видимому. А вдоль стен было установлено еще какое-то оборудование, для меня выглядевшее вполне современно. Эллука тут же занялась им, нажимая на кнопки и читая сообщения на экранах…
* * *
Прошедший год стал не самым удачным в жизни Эллуки и, тем более, в моей. Поначалу, казалось, все шло по плану: Империя объявила о смерти «колдуна Херувима», а освобожденные пленницы вернулись по домам. Правда, Эллука сильно испортила свои отношения с императорской семьей тем, что убила одного из Пяти Герцогов Империи, вместо того, чтобы доставить его на законный суд. В итоге ей пришлось покинуть страну.
Как мы узнали потом, Лукана, Микулия и Майлис родили по ребенку. Лукана воспитывала своего сама. Микулия, увы, умерла при родах, оставив сына на воспитание своим родителям. А Майлис, лишенная права признать своего ребенка официально, отдала его в семью барона Кончиты. В основном, однако, насколько я знал, у бывших пленниц все было хорошо.
Карлос и Юфина вернулись на остров Марлон, где вскоре провозгласили создание «Законного королевства Марлон», объявив войну прежнему Марлону, где пока правил муж Юфины – вельзенец, не имевший собственных прав на престол, как и наследников. Многие марлонцы перешли на сторону своей королевы, и я знал, что у Качесса и Юфины в итоге все получится.
Гумина Глассред вместе со своим отцом и Кэрол переехала в Эльфегорт. Однако Эллука запретила мне и пытаться встретиться с ней, опасаясь, что тогда меня смогут опознать и обнаружить. Потому что…
Потому что через некоторое время после нашего бегства известие о том, что «безумный колдун Херувим» на самом деле жив, каким-то образом просочилось, и пошли слухи… Официально меня не разыскивали, но то тут, то там по континенту носились фанатики Церкви Левина, расспрашивавшие и выслеживавшие… Нам приходилось почти постоянно пребывать в бегах.
К тому же, несмотря на всю мою информацию о будущем, нам с Эллукой так и не удалось найти ни следа династии владельцев красного бокала, как и других сосудов смертного греха.
В итоге все это до того утомило волшебницу, что она и предложила мне этот план: отправиться на остров Марлон, найти замок Хеджхог и тайное подземелье под ним (о котором я же ей и рассказал ранее), где я лягу в анабиоз и пролежу там некоторое время, пока все не успокоится.
- Куда спешить, - пожимая плечами, говорила бессмертная Эллука. – Я планирую позже последить за деревней Гула, а если там сосуд чревоугодия от меня уйдет – то дождаться появления у герцога Кончиты камергера Рона Граппла и наследницы по имени Баника. Там-то я и возьму с поличным и бокал, и его владельцев. Тем более, что Ирины уже нет и никто меня не опередит в этом. Вот к тому времени я тебя и разбужу – мы разберемся с Грапплами вместе.
Сначала эта идея мне совершенно не понравилась, но потом, подумав, я пришел к выводу, что это совсем неплохо. Проспать спокойным сном, пока все не забудут про герцога Веноманию и его дела, а потом вернуться как раз к тому времени, когда действительно можно будет что-то сделать. Вообще-то неплохо будет даже применять этот метод и потом, для поиска прочих сосудов, чье появление разбросано далеко друг от друга по времени – я-то, в отличие от Эллуки, не бессмертен!
Так мы и отправились на Марлон, где нашли замок, после чего Эллука по-быстрому «уговорила» нынешних защитников реликвий Левианты впустить нас в тайник, и вот мы оказались внутри…
* * *
Пока Эллука возилась с оборудованием, управляющим камерами анабиоза, я, от нечего делать, заглянул в камеры. Лежащие там клоны Сета Твайрайта выглядели, как обычные дети, правда, совершенная неподвижность придавала им вид мертвецов. Кстати, мне еще пришлось уговаривать Эллуку не уничтожать их всех прямо сейчас – ведь один из них в будущем должен был стать таким замечательным человеком, как Кил Фризис, и мы не могли определить, какой именно. Хотя, конечно, одну из камер все равно придется освободить, чтобы туда мог залезть я сам.
Затем я поглазел на управляющее оборудование, обошел вокруг камер – и тут наткнулся на лежащий на полу старый револьвер. Видимо, это был тот самый, который несколько веков спустя должен был подобрать Уиллус Зорах.
«Ну, думаю, он как-нибудь обойдется и без него, - тут же решил я, поднимая оружие. – Вполне современный на вид. Мне он больше пригодится, пожалуй».
- Эй, Эллука, - подошел я к волшебнице, показывая револьвер. – Смотри-ка. Оружие будущего! Это у вас в Левианте делали такие?
- О, только не вздумай его испытывать, - выставила она передо мной ладонь. – Думаю, он давно испортился после столетия лежания здесь.
- Но ты ведь можешь его восстановить? Этим своим Секретным Часовым Искусством.
- Могу, - вздохнула Эллука.
Забрав у меня револьвер, она подержала его в руках тихо что-то напевая, после чего сунула обратно мне. Оружие и в самом деле стало выглядеть новеньким. Проверив, я обнаружил, что даже все патроны были на месте!
- И почему некоторые так обожают все стреляющее, - фыркнула волшебница, возвращаясь к исследованию управляющих систем. – Так, все готово. Какую из камер будем использовать?
- Ну… Не знаю, - признался я. – Надо, чтобы остался живым тот клон, который станет Килом Фризисом!
- Но это может быть любой из них, так что… - и Эллука принялась поочередно указывать на камеры пальцем, бормоча себе что-то под нос. Я сначала решил, что это волшебное заклинание, но потом заподозрил, что это могла быть просто считалочка. – Вот эта. Она будет твоей. Как бы то ни было, у нас восемьдесят шансов из ста за то, что в ней не Кил.
Одно нажатие кнопки, потом потянуть за рычаг – и тело в выбранной волшебницей камере начало стремительно усыхать и уменьшаться, пока не стало размером с рисовое зернышко. Мне даже стало не по себе – я представил, что такое же может произойти и со мной.
Камера с тихим шипением открылась.
- Забирайся, - скомандовала Эллука, после того как достала оттуда и выбросила то немногое, что осталось от клона. – Не волнуйся, это не больно, сначала туда будет пущен специальный газ, от которого ты уснешь спокойным сном, а уже потом твое тело будет особым образом охлаждено, чтобы замедлить в нем все проявления жизни и обеспечить долгую ее сохранность.
И, преодолев небольшой страх перед этим подобием гроба, я все же забрался внутрь. Волшебница отошла к пульту управления и, видимо, нажала на кнопку, так как крышка захлопнулась. Стараясь успокоиться, я начал глубоко дышать, ожидая, когда пойдет снотворный газ. Но тут вдруг за прозрачным материалом крышки вновь появилась Эллука.
- Прежде, чем погрузишься в сон, у меня есть один вопрос, - произнесла она. Голос глухо доносился сквозь перегородку между нами. – Когда ты видел будущее в своем видении или в чем там еще, ты знал, что я на самом деле – Левия?
Я вздрогнул от неожиданности и посмотрел на нее с испугом.
- Вижу, знал, - сделала вывод Эллука. – Да, я все вспомнила и начала пробуждаться в тот самый момент, когда поглотила дух Евы Мунлит.
И, стоило ей это сказать, как в моем разуме тут же понеслась картина забытого – насильно забытого! – воспоминания.
* * *
- Вот и третий сосуд запечатан, - сообщила Эллука, выходя из комнаты Микулии.