Михаил Кубрин – Попаданки в матросках! (страница 36)

Было объявлено о начале расследований свершенных ранее японской армией военных преступлений (однако виновные поспешили сделать сеппуку до того, как оказались в суде), о закрытии "станций утешения", "работниц" которых отправляли домой, было запрещено продолжать разработку биологического оружия… Что же касается Отряда 731, то в дальнейшем по его поводу удалось достигнуть некоего компромисса — хотя, разумеется, его существование не было тайной для премьер-министра Тодзио и некоторых его подчиненных, но на суде руководство Отряда уверяло всех, что действовало совершенно самостоятельно. В итоге вместе с непосредственными участниками экспериментов на людях были казнены лишь некоторые более мелкие чины — Тодзио все же был нужен императору, чтобы уверенно продолжать новый курс. Тем не менее, другие головы летели вовсю, показывая решительность микадо в борьбе за справедливость. Со вздохом воинам в матросках пришлось согласиться, что лучше уж так, чем совсем никак…

Стремительно разрабатывались программы создания национальных правительств и национальных армий в "освобожденных колониях" (в "правительства национального согласия" для большей демократичности предполагалось брать представителей всех партий, включая коммунистическую — по принципу "лебедь, рак и щука"), а также самого Содружества — нового союзного государства, которое объединит страны восточной Азии. Независимость на условиях вхождения в Содружество была обещана даже Корее — но немного позже. Китайцам было объявлено, что отныне Япония ведет войну лишь ради освобождения китайского народа от гнета Чанкайши и Гоминьдана, и, чтобы показать свое дружеское отношение к самим китайцам, японцы даже начали переговоры с китайскими коммунистами, приглашая их в "свое" китайское правительство. Причем тут, похоже, не обошлось без влияния Советского Союза, так как китайцы-коммунисты, хотя и без особого энтузиазма, но в переговорах со вчерашними врагами участвовать согласились.

В то же время Квантунская армия отводилась от границ СССР, и одна ее дивизия за другой отправлялись совсем в другие места — тем самым позволяя и Советскому Союзу использовать свои дальневосточные дивизии куда лучшим образом — на германском фронте.

— Да они спелись!! — потрясенно вскричали Рузвельт и Черчилль, узнав о происходящем. — Но как это возможно?! Японцы и русские коммунисты?! Несомненно, тут не обошлось без влияния лунянок!

На самом деле, "спевка" вовсе не была такой уж хорошей, как они сначала с перепугу подумали. Япония и СССР вовсе не торопились становиться друзьями навеки — и перестроиться вот так сразу обеим сторонам было трудно, да и подпортило бы это отношения Советского Союза с союзниками по антигитлеровской коалиции. Пока все ограничивалось уходом Квантунской армии и переговорами японцев с коммунистами Азии, причем в рамках объявленной ими общей политики на создание правительств, как можно полнее отражающих народные чаяния…

Сами же лунянки на встрече с американским и британским послами только разводили руками: да, мы, как совершенно нейтральная сторона, проводили переговоры с Японией с целью склонить ее к миру, но на полную капитуляцию она не согласилась ни в какую. Да, похоже, изменить свою внутреннюю и внешнюю политику Япония решила именно под влиянием наших убеждающих речей, а что тут плохого? Если уж Япония все равно хочет продолжать воевать и отказаться от этого не может, то лучше пусть делает это "по-хорошему", а не "по-плохому". Нет, мы не воюем за Японию, но и воевать против Японии мы никак не можем, слишком много пока проблем на германском фронте… К тому же у нас все-таки есть принципы — если Япония действительно станет вести не агрессивную, а освободительную войну, как обещает, нам, защитницам справедливости, выступать против нее как-то не с руки, да, кстати, а почему бы вам самим не отпустить на волю свои колонии? Разве колониальная система — это хорошо?..

Вообще-то воительницы чувствовали себя немного не в своей тарелке, ведя такие разговоры — ведь на самом деле они уже решили тайно поддержать "Новую Японию" — пока только информацией о будущих событиях. Приходилось теперь врать американцам и англичанам, против которых воины в матросках в общем-то ничего не имели… ну если не считать памяти о Хиросиме, Нагасаки и сожженном Токио… Тем не менее, с их точки зрения американцы и англичане времен Второй Мировой были, скорее, хорошими ребятами, чем плохими. Но если теперь и Япония станет хорошей, а США и Англия не откажутся воевать против нее, то как быть?.. Грустно, но похоже, что в итоге все же придется принять сторону Японии, но это как-нибудь потом. Сейчас США и Британия нужны СССР, как союзники против Гитлера, тем более что это ослабляет и их давление на Японию, эх, вот ведь как вышло, что сразу с размаху и впутались в самую что ни на есть политику?..

Между тем, Черчиллю и Рузвельту тоже не понравились намеки лунянок…

— Неслыханно! — жаловался британский премьер в личных разговорах. — Они считают, что иметь колонии — несправедливо! Как будто какой-то дикий народ получает права на землю и лежащее в ней сырье только от того, что сидит на них, как собака на сене! Только справедливо, если на его место придет более цивилизованная и мудрая раса, которая знает, что с этими землей и сырьем делать! Это и есть справедливость! И Гитлер еще вопит, что эти вот девчонки хотят завоевать и разграбить Землю! Да они же махровые идеалистки-правдоискательницы! И откуда только взялись такие?!

Рузвельт, в отличие от Черчилля, был, в принципе, согласен, что, завоевывая себе колонии, США поступает с их жителями несправедливо, но… интересы Соединенных Штатов прежде всего, то, что хорошо для их граждан — то и есть правильно. Даже если по отношению к кому-то несправедливо. Но вряд ли "махровые идеалистки" поймут его, если попробовать им это объяснить. Скорее, надо готовиться в скором будущем самим отказаться от колониальной системы, заменив ее более тонкими методами экономического и политического влияния… Но, не сейчас, разумеется, когда Филиппины в руках японцев — сначала их надо отвоевать, а потом уже можно и дать независимость — на своих условиях.

Гитлер еще мог бы порадоваться, что эти события вбивают клин между его врагами, вот только… вот только Япония также объявила о разрыве всех прежних договоров с Германией и Италией, публично назвав нацизм и фашизм воплощением зла. Впрочем, японцы все равно мало что полезного могли сейчас получить от этих договоров, так что для них была невелика потеря. А вот для Германии и Гитлера моральный удар был силен. Предательство самого верного союзника доконало фюрера — он выступил по радио уже с самой настоящей истерикой, где проклинал японцев ужасными словами, объявил, что всегда считал их недочеловеками и только для виду признавал за "арийцев Азии", что теперь-то они показали всю свою недочеловеческую суть, превратившись в рабов прилетевших завоевывать Землю людоедских селениток. Кроме того, Гитлер в этой речи намекал… да нет, какое там намекал — прямо и очень грубо, с использованием разнообразного бранного армейского лексикона, описывал такие нюансы взаимоотношений японских рабов со своими поработительницами (в основном нюансы сексуальные), что ни одна газета мира не решилась перепечатать эту речь полностью, без цензуры.

Между тем, Япония при посредничестве СССР даже обратилась к США, Великобритании и Голландии с предложением мирных переговоров, предлагая мир при условии свободного волеизъявления народов колоний, которые смогут сами решить, хотят дальше быть колониями или нет. Это предложение, конечно, было с возмущением отвергнуто, и конечно, японцы и не надеялись, что его примут. Зато они надеялись на успех своего наступления на Индию, которое старательно готовили — в частности, именно для этого отправлялись изымаемые из Квантунской армии дивизии… Да, на тайных переговорах лучшая ученица Японии 1992 года Ами Мидзуно кое-что рассказала о положении дел в Индии в эту эпоху, и не только это. Кое-что, весьма полезное Японии и будущему Азиатскому Содружеству.

Итак, в результате всех действий воинов в матросках ситуация в мире основательно запуталась. И сейчас они могли лишь надеяться, что она распутается к лучшему, а не наоборот…

Также японское правительство выполнило еще одну просьбу Сэйлор Меркури. По правде говоря, она находила странным, что Сталин сам не попросил ее упомянуть об этом. Может быть, не считал нужным торопиться, пока не ясно было, что из их затеи выйдет? Или просто забыл? Зато она хорошо помнила, что кроме военных преступников, достойных тюрьмы и казни, в Японии были и герои, незаслуженно оказавшиеся в тюрьмах из-за того, что следовали своим убеждениям… Насколько незаслуженно? Да, конечно, они нарушили существующие в эту эпоху в Японии законы, но после войны были признаны теми, кем и были — героями и выдающимися борцами за мир.

Конец марта 1942 года, Токио, тюрьма Сугамо

Маленькая одиночная камера. Крышка умывальника вместо письменного стола, унитаз вместо стула — вот в таких условиях он писал свои "Тюремные записки". Зачем вообще их писать? Ну, не для истории, конечно (хотя, возможно, когда-нибудь они и будут опубликованы) — просто такова договоренность…