Михаил Кубеев – 100 великих легенд и мифов мира (страница 16)

— Остановись, прекрасная нимфа, не бойся меня, я не причиню тебе зла. Обернись, посмотри на меня, я же бог Аполлон, сын великого громовержца Зевса, — кричал он.

Все слышала Дафна, но не хотела останавливаться. Не было в ее сердце любви. Аполлон же припустился и уже почти нагнал ее. Обессилев, упала на землю Дафна, взмолилась о помощи, обратилась к своему отцу:

— Отец Пеней, вспомни обо мне! Пусть расступится земля и поглотит меня. Я не хочу любви Аполлона. Сделай меня растением!

Только произнесла она эти слова, как ее руки и ноги одеревенели. Покрылись ветками, на которых выросли пахучие вечнозеленые листья. Она стала лавром. Долго стоял Аполлон у лаврового дерева, которое еще несколько мгновений назад было прекрасной нимфой.

— Ты ушла, Дафна, и с тобой ушла моя любовь, — огорченно произнес он. — Пусть венок из твоих вечнозеленых листьев украшает мою голову и напоминает о тебе. Пусть никогда не вянет лавр, пусть вечно останется зеленым.

И на голове Аполлона появился красивый лавровый венок как напоминание о несбывшейся любви.

Победа над Пифоном принесла Аполлону еще одно огорчение, правда не столь сильное, как неудавшаяся любовь. Его отец громовержец Зевс повелел ему искупить свой грех — убийство Пифона и пролитие крови — службой простым пастухом у благородного царя Адмета. Аполлон не стал возражать. Он не чурался любой работы, и ему нравилось пасти стада.

Аполлон садился на землю, доставал свою золотую кифару или тростниковую флейту и начинал попеременно играть на них. Его мелодии были столь чудесны, столь нежны и притягательны, что ими заслушивались все звери, не только домашние, но и дикие. Из леса выходили свирепые львы и пантеры, они спокойно приближались к стаду, их никто не пугался, никто не прогонял, и они ни на кого не нападали. Едва заслышав звуки флейты, с гор сбегали олени и серны. В природе царила полная гармония.

Радовался такому удачливому пастуху и сам царь Адмет. Поголовье его стад многократно увеличилось, больше приносило оно молока, шерсти, мяса. И все это сделал златокудрый бог. Восемь лет прослужил Аполлон у царя Адмета простым пастухом. Он искупил свой грех прекрасной работой и скоро снова вернулся в Дельфы, в которых жил весной и летом. Когда наступала осень, когда желтели листья и начинал дуть холодный ветер, Аполлон на своей колеснице, запряженной белыми лебедями, уносился в страну гипербореев, где проводил всю зиму.

Когда же в Дельфах наступала весна, все зеленело и начинали петь птицы. Аполлон возвращался из страны гипербореев в Дельфы, чтобы прорицать людям волю громовержца Зевса в своем святилище.

Аполлон также любил водить хороводы с девятью музами, юными, прекрасными дочерьми Зевса и богини памяти Мнемосины: Каллиопой — музой эпической поэзии, Эвтерпой — музой лирики, Эрато — музой любовных песен, Мельпоменой — музой трагедии, Талией — музой комедии, Терпсихорой — музой танцев, Клио — музой истории, Уранией — музой астрономии и Полигимнией — музой священных гимнов.

Торжественно гремел их хор, вся природа внимала их божественному пению, и боги забывали раздоры, мир и тишина воцарялись на Олимпе. Когда же Аполлон весело ударял по золотым струнам кифары, тогда музы, хариты, богини затевали веселый хоровод. Залитые потоками золотого света, плясали юные боги под звуки кифары Аполлона.

Непобедимая воительница

Рождению богини Афины предшествовала целая история. Громовержец Зевс узнал, что у богини разума Метис скоро появятся двое детей, девочка и мальчик. Мойры, предсказательницы судеб, тайно сообщили Зевсу, что мальчик будет силачом и свергнет его с престола. Зевс глубоко задумался. Покидать престол главного олимпийца он не собирался.

Зевс решился на крайние меры: ласковыми словами он усыпил Метис, а когда она крепко уснула, проглотил ее. Через некоторое время громовержец почувствовал страшную головную боль. Он срочно призвал на помощь своего сына Гефеста, попросил его топором разрубить ему череп, избавить от мук. Гефест ударом топора аккуратно расколол его череп. И на свет появилась прекрасная Афина в воинском снаряжении, а мальчик, умница и силач, не родился.

Мудрый Зевс сумел избежать свержения, устранил неродившегося соперника, а сам «родил» дочь, которой была уготована необыкновенная судьба. Афина не была похожа на других богинь-женщин. Ее одежды — боевые доспехи, на голове шлем с высоким гребнем, в руках копье. Ее щит был обтянут козьей шкурой и украшен головой горгоны Медузы.

Но Афина была не только отважной воительницей, но почиталась еще и как хранительница домашнего очага, которая владела разными женскими премудростями. Свое умение, например, ткать она продемонстрировала в споре с известной вышивальщицей Арахной из Колофона, искусством которой восхищались нимфы. Эта молодая женщина возомнила себя лучшей вышивальщицей в мире. Более того, она убеждала всех, что даже боги не умеют так красиво ткать, как она. А однажды в сердцах воскликнула:

— Со мной никто не может сравниться. Воспеваемая всеми богиня Афина умеет только воевать, женское занятие ей не к лицу, она не имеет о нем никакого понятия. Если хочет, пусть докажет обратное, пусть появится передо мной, не боюсь я состязаться с ней.

И тотчас перед Арахной появилась согбенная старуха.

— Старость — это зло, Арахна, — поучительно сказала она. — Но молодым не надо зазнаваться. Каждый человек должен состязаться только с земными. У богов свои занятия. И было бы лучше тебе, Арахна, попросить у богини прощения за дерзость. Покаявшихся Афина прощает, дерзких наказывает.

— Кто ты такая, старуха, чтобы учить меня? — воскликнула Арахна. — Афина просто испугалась, она не сможет меня победить.

Не успела Арахна закончить фразу, как вместо старухи перед ней появилась сама богиня Афина во всем своем великолепии. Наблюдавшие за этой сценой нимфы и простые женщины пали ниц. Одна Арахна не шевельнулась, в своей гордости осталась неприступной. Тогда решили провести состязание. Афина быстро выткала ковер, на котором изобразила Акрополь, бога подводного царства Посейдона и себя в споре с ним. Этот спор решали 12 олимпийских богов. Посейдон ударил своим трезубцем о землю, и оттуда появился источник, ударила своим копьем Афина, и в том месте выросло оливковое дерево.

На своем ковре Арахна тоже изобразила богов, но вышли они у нее слабыми, не способными управлять, лишенными величия. Афина, увидев такую работу, страшно прогневалась, она сочла недостойной ее кому-либо показывать и разорвала, а Арахну ударила челноком. Девушка поняла, что проиграла, свила веревку и повесилась. Но Афина вытащила ее из петли.

— Ты останешься в живых, но будешь вечно висеть в паутине, которую будешь вечно ткать.

Афина наказала Арахну за дерзость по-своему, она превратила ее в паука, который всегда висит в своей паутине и тянет нескончаемую нить.

Родившаяся из пены

Существуют две версии происхождения богини любви и красоты Афродиты (у римлян Венера). Согласно одной, она — дочь Зевса и Дионы, согласно другой, более ранней и самой распространенной, Афродита родилась из крови оскопленного Кроном Урана. Эта кровь попала в море и образовала белоснежную пену, поэтому богиню любви еще называют «пенорожденная». Произошло это у острова Киферы, но ветер отнес пену к острову Кипр, на берегу которого и появилась Афродита.

Как и другие боги-олимпийцы, Афродита была очень самолюбива. Она жестоко наказывала тех, кто не выказывал ей почтения. Зато тех, кто служил ей верой и правдой, всячески одаривала. Она откликнулась на мольбу Пигмалиона — кипрского царя, который в одиночестве жил на острове и ненавидел женщин, так как считал их всех продажными.

Пигмалион был еще и скульптором. Однажды из слоновой кости он вырезал фигуру девушки в натуральную величину, от которой не мог оторвать взгляд. Она была как живая. Скульптор часами любовался ею и не заметил, как влюбился в созданное им произведение. Он начал делать статуе подарки: ожерелья, браслеты, кольца, покупал ей роскошные наряды и сам одевал ее. Он шептал ей в ухо ласковые слова. Скульптура не отвечала на его признания. Пигмалион был в отчаянии, он хотел, чтобы она ожила.

Подошло время празднования на Кипре дней Афродиты. Каждый старался сделать богине любви что-то приятное, нес ей в подарок разные украшения. Пигмалион тоже решил совершить жертвоприношение. Он заколол белую телку с золочеными рогами и принес ее на жертвенник.

— О, всесильная богиня любви Афродита! — воскликнул он. — Я страдаю от любви. Помоги мне оживить девушку, которую я изваял из слоновой кости. Для меня лучше ее нет никого на свете.

Пигмалион долго рассказывал о своей любви к статуе, а потом опечаленный, что не услышал ответа, отправился домой. Он пришел в мастерскую, где стояла его статуя. Каково же было его удивление, когда, прикоснувшись к ее руке, он заметил, что она теплая. Более того, ответила на его пожатие. Он заглянул в ее глаза и увидел в них блеск. Он улыбнулся, и скульптура улыбнулась ему в ответ. Он заговорил, и она ответила ему!

Пигмалион не верил своим глазам — его скульптура ожила. Пигмалион был счастлив. Ожившую статую он назвал Галатеей и вскоре женился на ней. Со временем у них родился сын, которого назвали Пафосом.