Михаил Кри – Переписывание (страница 5)

– Что они – не настоящие.

Она кивает в сторону зала.

Ты поворачиваешься к ней.

      Она смотрит прямо в глаза.

      В её взгляде – нет ожидания. Только факт.

– Как тебя зовут? – спрашиваешь ты.

– Мира. А тебя?

Ты на мгновение зависаешь.

      Имя в этом мире – это не просто звук.

      Это якорь.

      Ты называешь своё.

Она кивает.

– Ты здесь недавно. Видно по глазам.

– Сколько ты тут?

– Не знаю. Здесь время считает только тот, кто верит в него. Я давно перестала.

Ты берёшь бокал.

      Пьёшь.

      Смотришь на неё.

– Я пытаюсь понять, как всё это работает, – говоришь ты.

– Ты хочешь управлять этим?

– Не уверен. Но хочу знать, кто ещё здесь – как я. Проснувшийся.

Мира улыбается.

– Тогда тебе повезло.

Вы молчите.

      В молчании – понимание.

      В шуме бара – фальшь.

      В этом разговоре – начало чего-то другого.

      Не восстания.

      Не спасения.

      Просто – движения.

      А в этом мире всё, что движется – значит живёт.

Глава 5

Мира берёт бокал, но не пьёт.

      Смотрит сквозь стекло, как будто в нём отражается не интерьер, а остатки реальности.

      У неё точные движения, как у человека, привыкшего экономить энергию.

      Голос – негромкий, но твёрдый.

      Она не пытается понравиться. И именно это – притягивает.

– Откуда ты? – спрашиваешь ты.

– Считается, что я из Риги, – отвечает она. – Но это было до.

– До чего?

– До того, как я сюда попала. Как и ты, по доброй воле. Или по глупости.

Ты отставляешь стакан.

      Горло горит.

      Алкоголь слишком настоящий для места, которое не существует.

– Ты помнишь момент перехода? – спрашиваешь ты.

– Не момент. Состояние.

– И каким оно было?

Она делает паузу.

– Сначала – лёгкость. Потом – недоверие. А потом ты смотришь в глаза людям на улице и понимаешь, что ты – один из немногих, кто ещё смотрит, а не просто воспроизводит отражение. И становится страшно.

– А потом? – спрашиваешь ты.

Мира наклоняется ближе. Свет лампы под потолком подрагивает, как будто сама система напряжена.

– Потом ты начинаешь искать других. Таких же.

– Нашла?

– Одного. Он исчез.

– Почему?

– Возможно, сдался. Возможно, система его поглотила. Здесь всё зыбкое.

Ты ощущаешь, как внутри просыпается напряжение, похожее на голод.

Ты не хочешь быть следующей потерей в чужой статистике.

– Я видел своё тело. Оно лежит на койке. Подключено.

– Ты умеешь выходить наружу? – глаза Миры при этом остаются спокойными, но в голосе слышится острота интереса.

– Да. Через устройства. Камеры. Планшеты. Я даже общался с одним из тех, кто наблюдает за мной.

Она кивает, будто знала, что такие способности возможны, но до этого не видела подтверждения.

– Значит, ты особенный. Точка доступа.

– Ты думаешь, это может помочь?

Мира долго молчит. Потом говорит: