Михаил Костин – Антология советского детектива-21. Компиляция. Книги 1-15 (страница 383)

— Был.

— И ночь прошла спокойно?

— Как всегда. Никого и близко не было, только утром, совсем на свету, я пошел за водой к реке, а мимо проплыл на лодке какой-то рыбак.

«Так, так!» — насторожился Корж, но продолжал задавать вопросы, словно бы просто из интереса.

— Кто такой?

— Не наш. И лодка новенькая совсем, даже не крашеная. У нас таких нет.

— Какой рыбак-то из себя, не приметил? Может, пожилой, с бородой? — Корж вспомнил облик водолива с пристани.

— Нет, безбородый и не старый еще. Я хорошо лицо разглядел, когда он обернулся ко мне.

— Ты что же, окликнул его?

— Да..

— Зачем?

— Спросил, как рыбачилось.

— Ну, и… Что ответил?

— Ничего. Выругался и повернул лодку от берега.

— В какую сторону он плыл?

— Вниз по течению.

— Обратно не вернулся?

— Нет.

Корж помолчал. Потом задумчиво проговорил:

— Н-да… Ры-ба-к…

Васька, почуяв что-то неладное, настороженно глянул на Коржа.

— Вы думаете, что…

— Не знаю, Вася, не знаю, — торопливо прервал его Корж. — Трудно загадывать. Но… все может быть.

Васька растерянно моргал глазами.

Корж успокаивающе похлопал его по плечу:

— Ничего, Вася! Пусть будет даже «он». Все равно никуда не уйдет. Ничего…

Васька зло сверкнул глазами:

— Эх, если бы я знал!

— А что бы ты сделал?

— Застрелил бы, вот что!

— Ого! — улыбнулся Корж.

— Вы не смейтесь!

— И не думаю. Только ведь у «него» нашлось бы, пожалуй, чем ответить на твою берданку.

— Пусть. Все равно не упустили бы, нас вон сколько.

— Ладно, Вася, — успокоил Корж расходившегося паренька. — Что прошло — того не воротишь. Да может «он» и не виноват ни в чем. Мы ведь не знаем. Ничего… Ну, мне, пожалуй, пора обратно. Вы не поедете?

Васька взглянул на небо, на реку, на спящих ребят.

— Маленько покормим еще. Рано.

— А я поеду. — Корж поднялся на ноги. — Пойди, поймай Орлика…

Снова проезжая мимо сторожки, Корж оглянулся на нее и невольно придержал коня. Среди зарослей бузины мелькнул неяркий огонек из бокового окна. — «Вот те на! — удивился Корж. — Оказывается, бодрствует старик. Чего бы это он?..»

Алексей Петрович отъехал немного от сада и у придорожного куста спешился. Крепко привязал коня к ветвям, ласково похлопал по шее:

— Будь умницей, Орлик. Стой спокойно и жди меня.

Конь закивал головой, словно и впрямь понял наказ.

Осторожно ступая по траве, Корж приблизился к сторожке. Тихо раздвинул кусты бузины и заглянул в окно.

Быхин сидел, склонившись над грязным столом, цепко обхватив руками косматую голову. Перед ним стояла початая пол-литровка с мутной жидкостью, лежали обломанная горбушка круто посоленного хлеба и разрезанная пополам луковица. Сторожка освещалась фонарем «летучая мышь», подвешенным к потолку.

«Интересно, какой это праздник у него», — подумал Корж. Он поудобнее устроился в кустах и стал наблюдать.

Сторож долго сидел неподвижно. Корж подумал, уж не заснул ли он. Но вот Быхин шевельнулся, отнял правую руку от головы, потянул к себе бутылку. Минуты две бессмысленно смотрел на нее, потом решительно запрокинул голову и прямо из горлышка сделал несколько больших жадных глотков. Не притронувшись к закуске, снова уронил голову на руки…

Так прошло еще несколько минут. Алексей Петрович терпеливо ждал, что будет дальше.

В Степанове пропел петух. Ему ответил другой, третий, и вскоре ночная перекличка прокатилась по всему селу. Сторож поднял голову и прислушался. Снял фонарь и перевесил его к окну, обращенному к реке. Заднюю сторону его он прикрыл какой-то дощечкой, чтобы весь свет уходил в сад. Вернулся к столу, одним махом допил из бутылки, сунул в рот половинку луковицы и, с хрустом, совсем не стариковскими зубами разгрызая ее, кому-то яростно погрозил кулаком. Отдышавшись, после крепкого самогона, Быхин свернул большую козью ножку, подошел к окну. И пока до самого конца не догорела цыгарка, он стоял, прислонившись к раме, и неотрывно вглядывался в предрассветную муть, разрезаемую лучом фонаря.

Алексей Петрович начал догадываться, в чем дело. Но догадку следовало проверить. Он нагнулся и нашарил больший ком земли. Не спуская глаз со сторожа, кинул его на тропинку. Быхин вздрогнул и торопливо дернулся к двери!

— Кто? — спросил он негромко, выйдя в сад. Никто не откликнулся. Быхин постоял, прислушиваясь, повторил вопрос: — Кто ходит?!

Ночь молчала. Быхин вернулся в сторожку и перекрестился, оглянувшись на окно:

— Померещилось.

Так же осторожно Корж выбрался из кустов и вернулся к Орлику. Коршуном взлетел в седло и с места поднял коня в галоп.

— Ходу, Орлик, ходу! Не будем больше беспокоить старика…

Находки в сторожке

Итак, можно было строить вполне реальные, основанные на фактах предположения.

Правда, многое еще предстояло разгадать, выяснить и уточнить, но многое становилось уже сейчас определенным и ясным.

Теперь не оставалось сомнения в том, что в порубке сада принимал участие виденный Васькой «рыбак». Если предположить, что лодка была похищена в двенадцать ночи, пусть даже в час, то и тогда сильному гребцу достаточно получаса на путь от пристани до луговины. Но лодка прошла мимо нее уже засветло. Значит?.. Значит, она останавливалась в пути. Где? На этот вопрос абсолютно точно давал ответ след на берегу у сада. Порубка шла от реки. Об этом рассказали пеньки. Один из рубивших был здоровяк, другой, очевидно, пощуплей и ниже ростом.

Но кто эти люди? Откуда они? Что побудило их рубить сад?…

Ни Стрельцов, ни тем более Захар Иванович, отлично знавший всех в Степанове, никто из них не имел хоть мало-мальски обоснованных подозрений на местных людей.

Сторож Быхин?..

Кто он есть — Быхин? По словам других, по его собственному обличью и поведению — безродный старик, тихо и незаметно коротающий свою старость, помышляющий лишь о куске хлеба и пристанище. Предположим, что отравление быка в Беклемишеве, гибель хлеба в Лужках — случайности, в которых Быхин не виноват. Можно допустить, что отсутствие сторожа в саду именно в ночь порубки — тоже случайность. Но не слишком ли много «случайностей» для одного человека за такой короткий срок?

И еще одно обстоятельство заставляло Коржа пристальней присматриваться к Быхину. Зачем он вывешивает по ночам фонарь к окну в сад? Не сигнал ли это «тем», что пришли с реки и, может быть, придут вновь?

Но все-таки подозрения — еще не доказательства. А их нужно найти во что бы то ни стало и искать их следует в сторожке. Алексей Петрович предполагал найти там если не разгадку преступления, то, по меньшей мере, ключи к ней.

Вернувшись в Степаново, он попросил председателя: