Михаил Колесников – Солдаты невидимых сражений (страница 22)

— Да что тут смотреть… Вы поспешили, хотя мы могли договориться более мирным путем, без этой мелодрамы. Если же вам так важно знать, какие у меня возможности, объясните, в чем дело, и я посмотрю, смогу ли вам помочь.

— А у вас, дорогой мой, выбора нет, — усмехнулся старший.

— Это у вас его нет, — возразил Иван Семенович. — Мой человек ничего без меня делать не будет. Я же вам ничего не скажу, вы меня убьете, и тогда что у вас останется? Ничего. Хуже чем ничего: у вас на руках останется мой труп, а от него не так просто избавиться.

Старший внимательно посмотрел на Ивана Семеновича и, видимо, убедился в его решимости.

— Хм, вы, видимо, бывалый человек, — промолвил он.

— Спросите Красикова, — сказал Иван Семенович спокойно. — Не думайте, что я вас боюсь.

— Развяжите его, — медленно сказал старший.

Ивана Семеновича развязали, и он немного размялся.

— Теперь, — сказал он, — выведите тех, кому здесь нечего делать. Я хочу иметь дело только с руководителем.

Старший молча указал на дверь всем, кроме Красикова.

— Дело, сударь, в следующем, — начал пояснять он, — вот этому человеку, вам знакомому, нужно пробраться в Россию. Он пойдет вместе с теми тремя, которые вас сюда привели. Их необходимо перевести через границу, а там они сами будут двигаться дальше.

— И это все? — рассмеялся Иван Семенович. — Для этого нужна была вся эта комедия? Четырех сразу я не берусь перевести. Слишком много. Не пройти. Двух я возьму. Если вам нужно четырех, я их переведу по двое.

— Меньше четырех нельзя, — возразил старший.

— Почему? Негде им ждать прихода другой пары? Это можно устроить. Вы должны обеспечить приезд всех четырех в промежуточную страну. Границу же и ту сторону я беру на себя.

— А откуда мы знаем, кто вы? Может быть, вы их передадите прямо в лапы чека!

— Ну что же делать, — развел руками Иван Семенович. — Вы либо верите, либо нет. Подумайте. Я буду вечером у Красикова. До свидания.

Когда он выходил из комнаты, те же трое бандитов преградили ему путь.

— Будьте любезны, — сказал Иван Семенович старшему, — скажите вашим людям об изменении обстановки.

— Пусть уходит, — проворчал старший.

Иван Семенович был доволен. Игра шла в его пользу. Операцию надо было проводить как можно скорей, чтобы не дать им опомниться.

Когда Иван Семенович поднялся к Красиковым, его встретила одна хозяйка. Глаза ее были заплаканы, она выглядела несчастной.

— Что с вами, Агафья Ираклиевна? — спросил он.

— Приходил муж, ругал вас. Увидел письмо, которое я батюшке написала, разорвал. Побил. — Она снова заплакала.

Помолчав минуту, Иван Семенович сказал:

— Вот возьмите еще листок бумаги. Напишите при мне еще раз, и я отнесу письмо в надежное место. Только не теряйте времени.

Агафья Ираклиевна принялась быстро писать мелким почерком письмо отцу. Свернув папиросную бумагу в тонкую трубку, Иван Семенович положил ее в кошелек, надел шляпу и только собрался идти, как вспомнил о своей покупке. Сунув хозяйке в руки пакетик, он вышел из квартиры.

Попетляв по улицам и убедившись, что за ним не следят, Иван Семенович вошел в магазин Чевника и передал ему письмо Агафьи Ираклиевны.

— Думаю заехать к вам переночевать. Сможете принять меня поздно ночью? — сказал Иван Семенович.

— Нет, к сожалению, это не удастся. Но я вам подготовил другое место. Вот адрес. Туда вы сможете зайти когда угодно. Это сторожка на окраине. Доберетесь на метро. А что с этой запиской? — Чевник указал на трубочку.

— Подержите до утра. Если утром не приду, передайте нашим.

Проехав в метро по другому маршруту, Иван Семенович вернулся к Красиковым. Было семь часов вечера. У дверей его встретила хозяйка.

— Иван Васильевич дома, — шепнула она.

— Вот и хорошо. Он мне нужен, — ответил Иван Семенович.

Хозяин был не один. В комнате находился старший, одетый в полевую форму полковника-пехотинца. Иван Семенович с улыбкой поглядел на них.

— Я к вам на минуту, — сказал он. — Что вы решили?

Полковник после небольшой паузы скачал:

— Мы воспользуемся вашими услугами. Поедет сперва Красиков и еще один. Они будут налегке. Когда вернетесь, переведете остальных. У них будет груз. До встречи всех четверых вы должны обеспечить Красикова и его спутника убежищем. Когда можно будет точно знать дату отправки? Сколько мы должны уплатить за услуги?

— По порядку… Промежуток между переправами будет не больше двух-трех дней. Переправу намечаем на ближайшее время. Денег я у вас возьму немного, только на оплату проводников и на взятки на границе. Обеспечьте людей всем необходимым на десять — двенадцать дней в Риге. Есть ли у вас паспорта, есть ли у вас деньги, знаете ли вы, куда идете? Нужно все согласовать. Это не делается сразу.

— Могу вас успокоить, — сказал полковник. — Средствами мы обеспечены, документами тоже, связи в Москве и Петрограде имеем. Нам нужно только, чтобы вы провели четверку до ближайшего большого города.

— А не лучше ли нам послать только пару? Четверка более заметна, в особенности в пограничной зоне. Далеко в глубь страны я их не поведу.

— Нет, — возразил старший, — меньше нельзя.

— Дело ваше, — ответил Иван Семенович. — Завтра я скажу, когда выезжать в Ригу. До свидания.

Уходя, он шепнул хозяйке:

— Письмо пошло. Ждите ответа через месяц, а может, и раньше.

Проверив, нет ли слежки, Иван Семенович поехал на новую квартиру. Сторожка оказалась небольшой, но чистой. Иван Семенович с удовольствием растянулся на кровати и быстро заснул. Рано утром он зашел к Чевнику, взял письмо Агафьи Ираклиевны и отправился на встречу. Как было условлено заранее, в вагоне метро к нему подсел его знакомый.

— Как дела?

— Все в порядке. Надо спешить. Они не подозревают ничего, но мне оставаться здесь рискованно.

Иван Семенович рассказал, что с ним произошло накануне.

— Сообщи Москве и попроси быстрее организовать прием. Я должен сегодня назвать им примерную дату выезда в Ригу. Думаю, дней через пять. Тем временем доберусь до Берлина и оттуда свяжусь с нашими. Да! Вот еще писулька. Это от жены Красикова ее родителям. Там адрес и все, что нужно. Ее помощь нам пригодится. Счастливо оставаться.

— Все понял. Передам. До скорой встречи.

В Риге встреча с Красиковым состоялась в среду. Переход был назначен в ночь на четверг.

— С латвийской пограничной стражей разговоры будут короткими, — сказал Иван Семенович. — По десять долларов с человека. Приготовьте. За вас двадцать, за меня и проводника еще двадцать. На той стороне обойдемся без денег. Теперь слушайте внимательно. Сегодня в пять часов приходите к вокзалу со своим человеком. Вы с напарником выезжаете поездом в шесть вечера. Я положил записку с названием станции и карту местности в левый карман вашего пальто. Переход второй группы состоится в воскресенье.

Красиков хотел сунуть руку в карман, но строгий окрик Ивана Семеновича остановил его.

— Сразу видно, зелены вы, — укоризненно сказал ему Иван Семенович.

В ту же ночь в пяти километрах от латвийской караулки Иван Семенович увидел Красикова и его сообщника. Незаметно пропустив их мимо себя, он долго шел следом. Затем догнал.

— Дети мои, — сказал Иван Семенович, — вы точно на прогулке. Я же черт знает сколько времени иду сзади вас, а вы меня не замечаете. Согласен, здесь вы как будто у себя, но на той стороне вам нужно быть значительно осторожнее.

— Да, мы знаем, — ответил Красиков, — но нам уже обеспечен переход с этой стороны.

— Что? — зло спросил Иван Семенович. — Вы говорили здесь с кем-то о переходе? Черт знает что за люди.

Иван Семенович крикнул по-совиному, и из-за кустов вышел человек. Красиков пугливо оглянулся и схватился за револьвер.

— Тихо! — приказал Иван Семенович. — Объясните мне, о чем и с кем вы договорились?

Красиков успокоился и стал рассказывать.

— Полковник сообщил, что ему удалось добиться разрешения перейти границу сначала для одной пары, а в воскресенье для другой.

— А мы что, лететь будем? — спросил Иван Семенович.

— М-да, полковник решил операцию проводить без вас.

— Ну ладно. Давайте-ка мне карту.