Михаил Колесников – Двенадцать размышлений об «анонимных алкоголиках» и о программе «12 шагов» (страница 3)

Но АА никогда не питали надежд на то, что замена крепких напитков слабоалкогольными сможет хоть в чём-то помочь алкоголикам, а от идеи «контролируемого употребления» они отказались сразу и навсегда.

Вообще, при внимательном рассмотрении истории формирования движения АА возникает странное и навязчивое впечатление, что первые АА в США в своих поисках утраченной трезвости двигались как будто «наощупь», перебирая и прилаживая к своей главной цели всё, что попадалось им на пути, и что главный и самый нужный инструмент, который им труднее всего было приспособить – это было то давно утраченное людьми (а вернее всего, никогда в реальных обществах и не существовавшее) чувство полной общности и единения, готовности помочь ближнему, поддержать его, пострадать его бедой, а если необходимо – то и умереть за него.

Чтобы проверить это впечатление, перейдём к следующему нашему размышлению на выбранную тему.

Размышление №2. «Анонимные алкоголики» в СССР и России

Первые содружества АА стали появляться в СССР в 1987 г. Современниками этот процесс почему-то фиксировался плохо. Всё происходившее в те годы, конечно, где-то отмечалось и было отражено в документах, – но всё как-то отрывочно, сумбурно и как будто в спешке. К тому же, неуклонное следование сообществами АА двух последних традиций в их списке – «скромности» и «анонимности», имело следствием то, что АА во всём мире стала присуща совершенно невыносимая манера прятаться и скрытничать; они по возможности стараются не указывать годы и места изданий своих публикаций, чем сильно осложняют жизнь позднейшим биографам, библиографам и историкам, они неприязненно относятся к статистике, избегают точных чисел, не уточняют места событий, не любят приводить имена и даты, и даже свои собственные имена прячут под прозвищами, чем сильно напоминают первых христианских апостолов (Павел, он же Савл; Петр, он же Кифа, он же Симон, и т.д.), а также с близких к ним по духу первых русских революционеров (Ульянов, он же Старик, он же Ленин; Джугашвили, он же Коба, он же Сталин, и т.д.). Как следствие этого, восстанавливать событийные ряды в их истории бывает трудно, порой невозможно.

В самый разгар антиалкогольной компании, развёрнутой М.С.Горбачёвым в 1985-1987 гг., в СССР приехал активист Общества АА, священник епископальной церкви Дж.У.Кэнти, с целью ознакомить советских врачей-наркологов, чиновников из высшего руководства, священнослужителей РПЦ и советскую элиту с литературой Общества АА, а также организовать для них поездку в США, где они могли бы сами присутствовать на собраниях АА. Кроме того, он намеревался сам организовать первые в СССР группы АА и провести их первые собрания, и как будто, действительно делал что-то подобное в Москве (Нейфах, 2013; Патров, 2013, Савельев, 2013). В целом инициативу Дж.У.Кэнти нельзя не признать благой, а на фоне происходивших в те годы в СССР бурных изменений – вполне реалистичной. Но вскоре после его приезда по Москве поползли слухи, что он кроме того обратился в Министерство культуры СССР с предложением организовать на сцене Большого театра балетную (!) постановку на тему вреда пьянства и алкоголизма.

Подобно тому, как крошечная капля воды отражает в себе всё безбрежное небо с облаками, радугой и птицами, в этом нелепом поступке нью-йоркского пастора отразилась во всём неисчерпаемом многообразии разница менталитетов двух во многом схожих и в равной мере «имперских» народов – русского и англо-саксонского.

Логику рассуждений Дж.У.Кэнти в данном случае понять просто: если русский балет считается лучшим в мире, то все русские должны быть его страстными поклонниками. А поскольку самый известный в СССР театр – это московский Большой, лучшего места для рекламы трезвого образа жизни не нужно и искать. А если хотя бы одно такое балетное представление предварить небольшой, но прочувствованной речью самого Дж.У.Кэнти, в которой он расскажет русским почитателям балета о новом для них пути избавления от алкогольной заразы, – то это будет такое исполнение 12-го шага программы АА, которое заставит задохнуться от зависти всех выздоравливающих алкоголиков планеты.

Не нужно смеяться над этим искренним, самоотверженным и далеко не глупым американцем, – просто он всех нас так видит.

Первой группой АА в СССР обычно называют содружество «Московские Начинающие», хотя сами МН всегда добросовестно указывали на своих сайтах в Интернете, что они вовсе не были «первыми», но всего лишь «первыми зарегистрированными» в Бюро по общему обслуживания АА (GSOAA), что произошло 16 августа 1987 г. (МН, 2004-2019). Затем стали возникать и другие группы, но, к великому удивлению энтузиастов движения, процесс этот шёл чрезвычайно медленно, и вне Москвы первые сообщества появились только через год, да и то лишь в немногих крупных городах (последовательно с июня 1988 г. по август 1990 г. – в Вильнюсе, Киеве, Минске и Таллинне), а в некоторых крупных городах они не появились вообще.

Далее по порядку шёл 1991 год, ознаменованный распадом Советского Союза, и данные статистики на какой-то период вообще сделались невразумительными. По многим сайтам Интернета блуждает одна и та же цитата, источник которой неизвестен, но из которой следует, что «к 1994 году в стране работали 58 групп АА». Правда, из неё нельзя понять, в какой именно стране – СНГ или РФ? (см., напр.: АА Здоровье, 2017).

В 1999 г. в России (РФ) насчитывалось 200 групп, а в 2001 г. – «чуть менее 300 групп» (Хроника АА, 2016).

В 2012 г. один источник сообщил, что в России к концу 2011 г. насчитывалось «около 300 групп АА» (Ситнева, 2012).

В 2014 г. «Информационный листок Питерского АА» за в описании событий 2012 г. упомянул о существовании тогда «350 групп АА» (ИЛ_04.2014).

В 2013 г. американский журналист русского происхождения Л.Нейфах опубликовал статью в Интернете, в которой без ссылок на источники отметил, что «с 1987 года…в стране возникло всего 400 групп» (Нейфах, 2013), тогда как сайт «44 вопроса и ответа» насчитал в РФ в тот же год 360 групп АА (44 вопроса, 2013).

В 2017 г. на сайте «АА в России» была приведена следующая информация: «В России сегодня работают около 500 групп, в Москве – 120 групп АА, а в Московской области 30». (АА ВКонтакте, 2022). Эти же данные были продублированы без единого исправления на том же сайте уже в 2022 г., что было сделано, очевидно, по недосмотру администратора, – факт неприятный и весьма показательный для иллюстрации общего отношения АА к точным датам и числам, касающимся вопросов, которые жизненно важны для них самих.

Но в том же году Московский Офис АА России выложил на своём сайте информацию о том, что на начало 2017 г. в стране было зарегистрировано не ок.500, а 617 групп АА (Обзор, 2017).

В 2022 г. сайт «Анонимные алкоголики России» опубликовал статистическую сводку, в которой на январь года было отмечено наличие в РФ «около 700 групп» (ААР, 2022). В том же году тот же орган в отчёте о прошедшей конференции АА привёл другие данные: «750 групп» (ААР. Конференция, 2022).

Несмотря на скудость и противоречивость данных, при их суммировании вырисовывалась довольно странная картина, из которой следовало, что с 2001 г. по 2012 г прироста групп АА в России практически не было.

Как и следовало ожидать, первыми на ситуацию отреагировали их инициаторы: 2 августа 2011 г. вопрос о перспективах АА в России поставила на повестку дня влиятельнейшая в то время Хельсинкская комиссия США, созданная в 1976 г. для контроля за соблюдением Хельсинкских Соглашений по правам человека, заключённых между США и СССР в 1973 г. (Хельсинки, 2011). О ходе обсуждений на комиссии известно главным образом из статьи уже упомянутого Л.Нейфаха (2013), который изложил в ней несколько предложенных разными американскими специалистами версий и объяснений события:

– постсоветская культура в России ещё полностью не сложилась;

– движение АА пришло к нам из США, к которым в России сохраняется традиционное недоверие;

– движение АА имеет протестантские религиозные корни, тогда как Россия по преимуществу православная страна;

– пьянство выгодно государству финансово, благодаря монополии на производство и продажу спиртного;

– пьянство выгодно государству политически, т.к. пьющими легче управлять;

– для большинства россиян сама мысль о том, что тебе может помочь другой пьяница, кажется глупой.

Кроме того, российский психиатр Б.Лободов из Воронежа объяснил происходящее так: «В анонимность никто не верит, совсем никто. Люди боятся, что их узнают… Некоторые полагают, что это секта, где их обманут и заставят работать в похожем на тюрьму поселении» (Нейфах, 2013)

Немного позднее эту проблему обсудили российские «анонимные алкоголики» на форумах Интернета, где они несколько по иному обозначили её рамки и дали ей свою оценку. Сделано это было в обычном для «интернавтов» стиле: с ёрничанием, кривлянием и намеренным ломанием языка, но очень корректно, честно и математически точно:

1. Из ок.300 групп АА в РФ (по состоянию на 2012 г. – М.К.) подавляющее большинство приходится на 3 крупных городских центра (Москву, Петербург и Казань), а также на 30-50 других городов с населением более 1 млн.человек.