Михаил Кликин – Теремок (страница 1)

Михаил Кликин

Теремок

Вася Плотник был влюблен в ведьму.

Ну, как в ведьму? Она же не сразу ведьмой стала. Машку Зубареву Вася знал с детства, когда она была простой пионеркой. Он носил ей портфель в школу, дарил на день рождения ворованные с клумб гладиолусы и пару раз отбивал от школьных хулиганов – Сашки Бигуша по кличке Квак и его малолетней банды. Бигуш после выпускного быстро пошел в гору – стал смотрящим, решал какие-то мутные вопросы – но во время третьей отсидки что-то у него не заладилось, и домой он вернулся с проколотой в трех местах печенью – уже в гробу, естественно.

Тогда много кто возвращался в родное село покойником – с Кавказа, из области или столицы, с северов. Кому голову пробьют, кого ножом почикают, кого из петли достанут – и поди разбери, сам он туда залез или помог кто. Но чаще покойники просто травились Роялем, приторными ликерами или еще какой-нибудь пьянящей гадостью.

Вася Плотник в те лихие годы и сам чуть копыта не отбросил – калымил по области, колодцы копал, срубы ставил, ну и пристрастился к зелью. А как не пристраститься, если у людей денег нет, вот они и норовят что-нибудь булькающее в качестве платы сунуть. Тогда-то Машка Зубарева Васю Плотника и спасла в первый раз – пошептала над ним что-то, волос из брови дёрнула, вонючую бормотуху выпить дала – напоследок.

И всё. Как отрезало.

Машка к тому времени уже потомственной ведьмой числилась. Нашлась у нее какая-то бабке в соседнем Ульяшеве – седьмая вода на киселе, но родственница. Бабка была не сильная, свои к ней не ходили, однако, кой-какие секреты она знала и с Машкой ими делилась. Но настоящую силу Машка нашла уже без бабки, сама. Тогда по телевизору какой только муры не показывали, а люди и верили – не всерьез, конечно, с ухмылочкой, с оглядкой и оговоркой. Но, хоть и посмеивались над дремучими соседями, а банки с водой перед экраном ставили так же, как они – вдруг получится?! чего бы не попробовать?

Утром из банки заряженной попил да умылся, в полдень свечку в церкви поставил и молитву по бумажке почитал, после обеда бабке-шептунье пять рублей занёс, а вечером – доктору-врачихе коробку конфет на дом. Что-то и сработает, кто-то и поможет с проблемой. А если нет, то и ладно – не зря ж ухмылялся, оглядывался и оговаривался. Сразу же ясно было, что брехня это и разводилово. А я, чай, не лох какой. Меня-то не проведёшь!..

Но, видимо, пряталась среди разводилова и тайная правда. Научился же Вася с проволочными рамками воду искать. Раньше и не слыхал о таком колдунстве, а по телевизору один раз увидел передачу про лозоходов, попробовал сам зажать гнутые электроды в кулаке – и вышло!

Вот и Машка так понабралась всякого: газеты читала, в которых чушь про инопланетян и вампиров печатали, книжки покупала про гороскопы и шаманов, на какие-то шабаши ездила, переписку большую вела...

Машкину силу Вася понял, когда она его во второй раз спасла – он тогда заболел странно: сохнуть начал, кожей темнеть, волосами редеть. Блевал по три раза на дню, ночью кровью харкал. Доктора смотрели, болезни называли разные, но сходились в одном – жить Васе осталось до зимы. А Машка сразу сказала – порча. И даже назвала, от кого – имя на А, сам чёрный, но белый, высокий, но низкий, чужой, но родной.

Точней и в милиции бы не описали. Ашот! Седой армянин из города, парализованный дылда, не встающий с каталки, – всегда всех братьями называет, хотя брат у Ашота только один, да и тот не настоящий, так как сам Ашот в семье – пасынок.

Васе и лекарств не понадобилось, чтоб за три дня в себя прийти и окрепнуть. Всего-то и надо было: ложка соли, черная свечка, кровь петушиная и земля с кладбища, со свежей могилы.

Через неделю Вася уже вприсядку отплясывал. У Ашота на похоронах.

Потом Вася спрашивал у Машки, с чего это брат Ашот на него порчу навёл. Она долго не говорила, но всё же призналась: завидовал он сильно. Звал он Машку замуж, золотой Арарат сулил, семью свою нахваливал, а про паралич шутил, что вся сила от ног в другой орган ушла. Но Машка со школы как будто прикипела к Васе – портфель, гладиолусы, бои с бандой Квака для нее оказались весомей золотого Арарата и силы, которая от ног ушла куда-то – явно не в голову.

После того разговора надумал Вася жениться. Ну а чего? Машку он любил, пусть и по-простому, по-деревенски. Для счастливой семейной жизни у него уже всё было: и дом, и доход, и понимание, как жить вдвоём, не ругаясь. Денег на хорошую свадьбу, правда, не хватало, а плохой свадьбы Васе не хотелось. Но эту проблему он думал поправить быстро – пришел к нему заказ хороший.

Правда, от плохого человека.

Но ведь деньги не пахнут?

* * *

Плохого человека Вася тоже знал со школы. На физике они даже сидели за одной партой – учительница заставила, Зинаида Александровна. Она отчего-то думала, что хороший ученик может сделать плохого ученика лучше. Наверное, в педучилище Зинаиду Александровну не предупредили, что это работает и в обратную сторону – плохой ученик способен испортить даже отличника. Странно, что учитель физики, много лет разъясняющий школьникам законы сохранения, сама до такой простой мысли не додумалась.

Чай, не закон Кулона и не правило буравчика.

В общем, с физикой у Васи не заладилось, зато он быстро научился бить под дых, сушить бедро и давать в торец. Новые знания, в отличие от законов термодинамики, довольно скоро Васе пригодились – без них, возможно, Машка Зубарева досталась бы Сашке Бигушу. И что из этого вышло бы – даже ведьма не предскажет.

Плохой человек Толик Московин тоже кое-чему научился у своего соседа по парте. Но не физике, как надеялась Зинаида Александровна. Верней, не такой физике, про которую в учебниках пишут, а уличной. Толик Московин выучился лить кастеты из аккумуляторов, делать поджиги и крутить пращу – с этими ценными знаниями он влился в банду Квака.

Но в банде он числился не долго. Сразу после выпускного Толик Московин исчез. Его пытались найти перед юбилейными встречами класса – на пятилетие и десятилетие выпуска. Даже милицию подключали – у Юльки Кадымовой отец начальником отдела был. И не нашли.

Но вот когда про Толика почти забыли, он объявился. И на руках у него были бумаги, по которым выходило, что он теперь полноправный владелец пионерского лагеря Ласточка, стоящего на сосновом берегу речки Махости.

Вася в том лагере был дважды: один раз пионером, другой раз вожатым. Он собирался и в третий раз туда поехать – мастером-электриком, но как раз накануне его смены лагерь закрыла пожарная инспекция.

Больше детей там не было.

Какое-то время в законсервированные корпуса наведывались мутные личности со связями, жарили шашлыки на высоком берегу, орали песни, сигали с тарзанки в омут. Но через десять лет все подъезды к лагерю или заросли кустами или оказались разбиты лесовозами. Разве только грибники, да водные туристы навещали умершую Ласточку – но и они сбегали оттуда к вечеру, уж очень жутко выглядели облупленные гипсовые пионеры в зарослях черной ольхи и американского клёна.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.