Михаил Кисличкин – Конкистадор (страница 47)

В целом мне все уже было понятно. Нейку, конечно, трогать не следует. Похоже, последний вылет ей дался тяжелее, чем мне, как и остальным пилотам. Она до сих пор отмечена во внутренней сети как «трехсотый». Гусев меня тоже в десант не возьмет и резон в его словах есть. Но почему бы мне не попробовать управлять штурмовиком в одиночку? Я, как-никак, целый лойм, вхожу в руководство АОР, допуск к штурмовику у меня никто не отбирал. Одному, конечно, летать труднее, но у Нейкарии получалось. Часа три, прежде чем мозги из ушей потекут, будет. За это время можно сделать немало. «Кистеню» с его силовой броней лазеры ящеров как слону дробина, а вот несколько вражеских треножников он с воздуха завалит запросто. Поддержу атаку танкиста как смогу, нечего мне тут прохлаждаться. Вася прав, это наш с ним долг и увиливать от него не следует.

Глава 22. Малоярославец

Моей просьбе вмешаться в происходящие на Земле события Иттор нисколько не удивился. Спокойно выслушал, а затем, когда я начал с жаром доказывать, что союзникам надо непременно помочь, а десант под Малоярославцем должен быть высажен уже в ближайшее время, прервал меня на полуслове.

– Вы с троммом у себя в каюте? Понятно, едва оклемались и снова в бой. Похвально… Ждите, я скоро у вас буду, проведаю выздоравливающих героев. Поговорим без лишних ушей.

– Что-то это да значит, – удивленно сказал я танкисту, убирая планшет. – Главный решил прийти для разговора к нам с визитом самолично, стало быть, чего-то мы не знаем. Впрочем, скоро все прояснится.

Иттор появился в каюте минут через двадцать, причем не с пустыми руками. Я получил из рук президента нагрудный знак «пилот-истребитель», присуждаемый за пять уничтоженных вражеских звездолетов, а Гусеву достался значок «меч абордажника». Орденов и медалей у альдеян не было, их заменяли значки и нашивки на форму, так что можно сказать, что нас наградили и неплохо. Знак абордажника приравнивался к знаку участника рукопашного боя и весьма ценился у альдеян, считаясь настоящей «фронтовой» наградой, так же как и мой пилотский значок – уничтожить пять креонских машин и остаться при этом в живых, мало кому удавалось. Заодно президент вручил нам по бутылке какого-то дорогого и крепкого альдеянского пойла и кругляшу-талону из нержавеющей стали. Подобно древним грекам, альдеяне чествовали своих героев торжественным обедом за счет клана, причем роскошь обеда зависела от вида «талона»: железный, серебряный или золотой. Сам талон оставался потом у героя и тоже считался наградой, а боец, удостоенный обедов всех трех степеней, начиная от железного, был кем-то вроде полного георгиевского кавалера.

Однако, слова Иттора последовавшие после награждения поставили меня в тупик.

– По поводу твоего звонка, Алексей… У нас есть запросы о помощи, – сказал президент, когда с вручением наград и подарков было закончено, и разговор пошел «без чинов». – Из нескольких стран, в том числе из России. С ящерами воевать тяжело, на Земле возникли проблемы.

– Тем более, – тут же вскинулся Гусев. – Раз союзник просит, значит нужно пойти ему навстречу. Кроме того, мой «батальон» надо бы в бою против креонов обкатать, чтобы понять чего он стоит. Учение – это одно. А реальный бой – совсем другое. Самое время помочь нашим!

– Ты так рвешься защищать Лондон? – усмехнулся президент.

– Какой Лондон? – оторопел танкист. – Бои в Калужской области идут! Вы же сами сказали, товарищ президент – просьба из России.

– Так ее руководство и просит помочь Лондону, – пожал плечами Иттор. – Равно как и правительство Великобритании вместе с Верховным представителем ЕС по иностранным делам и безопасности.

– Но как? Почему вдруг Лондону? – начал было говорить танкист, но потом осекся и замолчал. Его обычно уверенное лицо настоящего вояки выражало такую растерянность, которой я еще не видел.

– Почему Лондону? – сделал пару шагов по каюте Иттор. – Потому что дела там, откровенно говоря, неважные. Креоны приземлились слишком близко от города. Треножники сейчас в Хитроу и на окраине района Хаунслоу, идут бои за лондонский аэропорт. Эвакуация населения провалена, в городе паника, на вокзалах давка, дороги намертво заблокированы автомобильными пробками. Подкрепления не успевают, три бригады английской армии, находившиеся в постоянной боеготовности, разбиты или втянуты в бои, а остальные не так-то легко собрать и доставить в город. На это нужно время.

– На Британию давно никто не нападал, – заметил я. – Отвыкли бритты на своей земле драться.

– Возможно, – покачал головой президент. – Но в целом прогноз благоприятный и без нашего вмешательства. Лондон – большой город. Разрушить его полностью креоны не успеют. Многое зависит от того, начнутся ли сильные пожары из-за применения лазеров… Но, скорее всего, не начнутся. В течение нескольких дней войск НАТО высадится достаточно для полного уничтожения ящеров. Конечно, если мы десантируем туда нашу марсианскую «бригаду», прогноз для английской столицы резко улучшиться, – пожал плечами Иттор. – Что же касается российского руководства, то оно считает, что до Москвы враг не дойдет. Сил и резервов достаточно, поэтому они сами справятся, нашего вмешательства не требуется. Англии же надо помочь.

– Ну, нет! У меня в Лондоне ни денежных счетов в банках, ни детей в Оксфордах с Кембриджами. Футбольных клубов тоже не покупал, – тихо ответил Гусев. – Я там никакого рожна не забыл. Драться за лондонский аэропорт? – нахмурился в такт каким-то своим воспоминаниям танкист – увольте.

– Воевать за Лондон, в то время как могут погибнуть жители Малоярославца, Балабаново или Наро-Фоминска считаю неправильным, – согласился я с ним. О своих надо думать, их спасать.

– Вот как?! – Голос Иттора построжел, став ледяным. – Не хотите драться за Лондон, герои? – Президент заложил руки за спину и смерил нас долгим взглядом. – А если я прикажу?

– Значит, мы выполним приказ, – так же тихо ответил Гусев. – Вы главком.

– А вы прикажете? – спросил я, посмотрев в ответ ему в глаза.

– Понятно, – вздохнул президент, оставив мой вопрос без ответа. – Я вас, русских, уже успел немного изучить, – мрачно улыбнулся он. – Знал, что вы скажете что-то в этом роде. Бросать свое единственное десантное подразделение в бой в такой ситуации не вижу смысла. Поэтому и нет приказа к подготовке десанта. Лучше не вмешиваться. Мы и так уничтожили вражеский флот. Если мы заявим, что у нас нет физической возможности оказать помощь воюющим на Земле, к нам претензий не будет ни с какой стороны. Я попросил бортовой интеллект сделать историческую справку и выдать на ее основе прогноз… Так вот, с вероятностью в девяносто процентов помощь Лондону не даст нам ровно ничего, кроме временной символической благодарности.

– У Англии нет постоянных друзей или врагов, – согласился с президентом я. – У нее есть лишь постоянные интересы. Нет смысла вписываться за англичан. Никакого. Нужно десантировать бригаду Гусева под Малоярославец.

– Нас об этом не просили, – возразил Иттор. – Подобный шаг будет выглядеть как самовольное вторжение на территорию союзника и сильно осложнит наши отношения с российским руководством.

– Просьба о помощи Англии была сделана явно по открытым каналам и освещена в СМИ? – спросил я. – Или передана приватно?

– Передана приватно, – кивнул президент.

– Тогда можно на нее просто не обращать внимания, – рубанул я воздух рукой. – АОР и Россия официально заявили о своем сотрудничестве. АОР и Россия находятся в состоянии войны с креонами. Какого хрена еще надо? Мы помогаем атакованному врагами союзнику.

– Не простят, – покачал головой Иттор.

– Англичане простят, никуда не денутся – с жаром возразил я. – Мы им ничем не обязаны. И руководство РФ как-нибудь простит. А вот русские помощь Лондону, в то время как они дерутся под Малоярославцем, нам точно не простят. Мы независимое государство или где? Почему мы должны следовать чьим-то тайным просьбам, если у нас есть официальные договоренности? Нам нужно, чтобы народ нас уважал, чтобы люди в России поддерживали АОР! Своих надо защищать, раз уж мы сделали ставку на русских! А остальные… каждому не угодишь. Пока у нас есть флот и ключи от космоса, нам слова никто поперек не скажет.

– В бою будет нанесен неизбежный ущерб инфраструктуре. И будут жертвы, – продолжал возражать Иттор, но я видел, что он колеблется. – Потом в ваших же СМИ альдеян выставят чудовищами хуже креонов, за то, что мы пришли на помощь непрошенными. Как у вас говорят? Медвежья услуга, вот…

– Не-а… Побоятся, – настаивал я. – Кто захочет с нами всерьез ссориться? Мы ведь сможем найти другого союзника, тот же Китай. Товарищ президент, иногда честность – лучшая политика. Мы должны помочь своим, у нас треть клана – русские, после этого они за альдеян горой встанут. Да и на Земле те, кто хоть что-то понимает, этот жест оценят. Верность своим друзьям и своему народу сейчас слишком редко встречается, чтобы ее не заметили. Лондон пусть спасает себя сам.

– Понимаю вашу логику. Точнее не логику, а эмоции, – тряхнул головой Иттор. – Был бы я нормальным политиком…

– То вас бы давно обвели вокруг пальца разыми тайными договоренностями, – не удержался я. – Дело это грязное. И вы, и я полные дилетанты в политике, товарищ президент. Только поэтому у нас есть свое государство и мы независимы, такой вот парадокс. Не стоит начинать лезть в земные интриги– проиграем. Прошу вас, дайте приказ помочь нашим.