Михаил Казиник – Тайны гениев (страница 58)
А вот природа музыкального звука с его системой обертонов, тонов и аккордов рождена в Космосе.
Человек только открыл их для себя и начал пользоваться этим грандиозным космическим материалом.
Именно поэтому музыка – самая непосредственная связь человека с Космосом.
Она – единственный вид искусства, которое создается из Духовного в прямом и переносном смысле. То есть из воздуха, из его колебаний, из физического явления колеблющейся струны.
Ибо философия использовала мысль как попытку объяснить, кто мы такие, люди на Земле.
Изобразительное искусство воспользовалось первоначальным Божественным Построением для строений земных.
И только композиторы, принеся на Землю МУЗЫКУ СФЕР, так и не приспособили ее для выяснения земных забот.
Музыка, даже оказавшись ограниченной рамками поверхности Земли, осталась проявлением Вселенских структур.
Она – единственная, кто осуществляет связь Человека Земли с его небесными корнями.
Именно подсознательное стремление творцов различных видов искусства к Абсолютному, Вселенскому, Космическому и приводит их к необходимости сравнивать все виды искусства с Музыкой как наиболее совершенным воплощением Вечности на Земле. Что такое с этой точки зрения величайшая картина Рембрандта? Это гениальная попытка вывести в Вечность острейшие земные проблемы. Что такое философия Платона?
Это попытка создать на Земле совершенство, подобное Космическому. Но что же такое фуга Баха?
Это процесс, обратный тому, который – Платона и Рембрандта. Ибо они пытаются добраться до Вселенной. А Бах несет Вселенскую структуру на Землю.
Он объявляет Землю не просительницей Космоса, а его полноправной сотрудницей.
Можно ли найти в искусстве что-либо равное строчке из Библии:
«В начале было Слово»?
Можно!
Но только в музыке.
Приготовьтесь слушать Токкату и фугу ре-минор Иоганна Себастьяна Баха.
Прислушайтесь…
Все то, о чем мы говорили в этом разделе, вы услышите уже в первых тактах Токкаты Баха.
Один и тот же мотив звучит три раза в разных регистрах.
Это – триединство Бога, которое предстает как идея начала Творения.
Первый раз этот мотив звучит в правой части клавиатуры, затем в абсолютном центре, а в третий раз – слева, в басах, создавая полнейшую симметрию к место положению первого мотива.
Итак, перед нами – совершеннейшая Структура, ЛОГОС, о которой на писано в Новом Завете. А вот затем Бах создает невероятное: гигантское созвучие, которое воспринимается как ужаснейший диссонанс. Это и есть ХАОС, разрушение, нагромождение. Оно звучит как вспышка Сверхновой, разрушительный взрыв. Смерть выступает против жизни, ХАОС против ЛОГОСА. Здесь звучат все трубы огромного органа.
(Я убежден, что именно этот момент музыки Баха имел в виду поэт Осип Мандельштам, когда писал в стихотворении «И.С. Бах» про «органа многосложный крик».)
Но немедленно вслед за этим разрушением звучит разрядка, разрешение, которое означает победу Логоса. И если три мотива триединства звучат в миноре, что само по себе символизирует наше земное восприятие начала (ибо в структуре космической системы обертонов минора не существует, по скольку минор – это построение, найденное нами на Земле), то созвучья Хаоса не содержат в себе ни минорного, ни мажорного (отсутствует их главный показатель – терция), ибо в хаосе не может быть ни земной, ни небесной логики. Но вот победа Логоса звучит в мажоре, то есть в законах космических обертонов.
Победа логики, структуры и жизни над смертью и разрушением.
Все дальнейшее звучание музыки – идея грандиозного строительства. В принципе, для того чтобы описать Токкату и фугу целиком, следовало бы написать отдельную большую книгу.
Поскольку эта музыка философски и структурно настолько многомерна, что в ней можно прочитать массу вопросов и ответов, связанных с Творением.
Совершенно ясно, что Бах обладал невиданным на Земле музыкальным знанием о Бытии, о тайнах жизни и смерти.
Все, что мной написано в разделе «Библия о музыке», поможет войти в ту волну, на которой существует эта баховская музыка. Поэтому я рекомендовал бы читателю, внимательно прочитав эти страницы, по свежим следам послушать Токкату и фугу ре-минор. Иначе все рассуждения о музыке без самой музыки читать неинтересно.
Концерт – самая невероятная музыкальная форма.
И вдруг… неожиданное отступление.
Я полагаю, что некоторые читатели уже не раз улыбнулись, читая эту книгу.
И я знаю почему.
Огромное количество превосходных степеней!
Сколько всякого «гениального», «грандиозного», «таинственного», «невероятного».
Бесконечные «Космос», «Вселенная», «Вечность», «Творение»! А количество восклицательных знаков!
Да, вы, конечно, правы. Такое не очень позволительно в научных книгах, в учебниках, в искусствоведческой литературе.
Но, во-первых, в традиционном смысле это ни то, ни другое, ни третье. Тогда что же это?
Это – книга, написанная с верой, что именно сейчас она может оказаться необходимой какому-то количеству людей.
И прежде всего тем, кто не хочет попасть под страшную молотилку нашего времени, молотилку, выколачивающую из человека Духовность, индивидуальность, творческое начало.
Под молотилку телевидения, массовой культуры, поп-культуры, тенденции потери Слова и гибели важнейшего предмета школ и гимназий на протяжении тысячелетий – риторики.
Там, где заканчивается Слово на высшем уровне, начинается музыка, ибо мы приближаемся к понятиям неизреченным.
Но там, где Слово не начинается, поскольку его нет в Душе, начинается насилие.
Если вам приходилось когда-нибудь встречаться с людьми с диагнозом «болезнь Альцгеймера», то вы могли заметить, что люди, страдающие этой болезнью, становятся необычайно раздражительными и даже агрессивными, ибо они забывают слова, имена и в результате не могут выразить своих мыслей.
У них иногда появляется чувство раздражения. Словно виноват собеседник, который по глупости своей не может понять, о ком или о чем идет речь.
«Ну-у-у-у, этот, как его, который сказал… этому, о том, что нужно идти… туда… в это… как его… и взять… то».
Человек, произнесший подобную ахинею, никак не может объяснить себе, почему его не понимают.
Иногда от такого человека можно даже основательно получить по шее. Почему я об этом пишу? Да потому, что болезнь Альцгеймера – это заболевание мозга, пока, к сожалению, не поддающееся лечению. И эта болезнь более всего характерна для людей преклонного возраста. Но все чаще среди тех, кому сегодня 15–20 лет (и старше, и младше), я наблюдаю все признаки неспособности выразить мысль. Хотя с точки зрения медицины они как бы здоровы. Я называю это состояние «духовный Альцгеймер». И знаю, что человек, обладающий необходимостью высказаться, поделиться сложными проблемами, но лишенный чувства слова, способности выразить свои мысли, становится агрессивным.
В этой порожденной отсутствием ЦЕНЫ СЛОВА агрессивности я усматриваю причину редчайшей засоренности языка огромного количества людей, речи которых слышу, бродя по городам и весям России.
В убогом словарном запасе говорящих, в самом принципе построения фраз, в не имеющем аналогий с другими странами количестве «странных слов», которые при переводе на любой другой язык планеты могут только вы звать ощущение, что человек, их произносящий, болен и требует немедленного помещения в психиатрическую лечебницу, – одна из нынешних трагедий страны.
Ибо слово энергетично. Они, эти бесконечные слова, попадая в атмосферу, создают чувство беспокойства, неуверенности, жестокости и жесткости. Я пишу эту книгу с лихорадочной скоростью, ибо меня не покидает ощущение, что всем, кто хочет что-то реально изменить, нужно спешить, ибо такого количества экспериментов начиная с октября 1917 года не выдержит ни одна нация. Даже столь крепкая и активная, как русская. Но вернемся к музыке.
Концерт – самая невероятная музыкальная форма.
Знаете, почему, вместо того чтобы писать о жанре концерта, я ударился в отступление?
Да просто я представил себе, как читатель фыркнет и скажет:
– Ну ладно, Вселенная, Вечность. Допустим. Но что же невероятного в музыкальном жанре концерта? Чем он невероятнее, чем другие?
Есть фортепьянные и скрипичные концерты Баха, Моцарта, концерты Вивальди и Чайковского, Брамса и Шостаковича.
Тогда я задам вам вопрос: а что означает само слово «КОНЦЕРТ»?
Вот здесь-то и начинается мистика.
Многие знают, что слово «концерт» в переводе с итальянского означает «соревнование».
И тогда все объясняется просто: концерт для скрипки с оркестром – соревнование между скрипкой и оркестром.
Все правильно – маленькая скрипка соревнуется с большим оркестром. Один против всех. По-итальянски – соло против тутти. В нотах старинных концертов так прямо и пишется: соло – тутти.
И становится ясно, что это за вид музыки с философской точки зрения. Это взаимоотношение личности и общества, объективного и субъективного, микрокосма и макрокосма. Но вот в нашу устоявшуюся мысль вношу дополнение. Это только по-итальянски слово «концерт» означает «соревнование». А по-латыни значение этого слова полностью противоположно: «согласие».
Так что же тогда КОНЦЕРТ – соревнование или согласие? И то и другое одновременно. Латинское pro et contra, «за и против».