Михаил Каюрин – Убойная командировка (страница 7)

– Да, я, пожалуй, не буду вам платить, – сказал Рудаков. – Эти деньги я лучше верну пострадавшему – они ему ещё пригодятся на лечение.

– А ты, дурачок, представляешь, что будет с тобой после этого? – усмехнулась Полина.

– Что? – с наивностью неискушённого человека спросил Рудаков.

– Я сейчас наберу один номерок, и через несколько минут к тебе явится человек, которому ты не сможешь отказать, – лицо «мамки» торжествовало.

Проститутки предположили, что, по всей вероятности, их ждёт полный облом, поскольку этот зануда не собирается платить вообще, и если даже их «мамке», всё-таки, удастся вытянуть из него хотя бы тариф, то эта сумма всё равно им лично не светит и осядет в другой сумочке.

Переглянувшись между собой, одна из них пошла в «атаку».

– Уважаемый, а почему бы вам самому не поразвлечься? – томным голосом произнесла она, крутнувшись перед носом Рудакова на 360 градусов, приподняв юбчонку до того места, где проглядывали кружевные трусики. – Тогда проблема разрулится сама самой.

– Вы за кого меня принимаете, девушка? – возмутился Рудаков. – Я порядочный семьянин и никогда не изменял своей жене.

– Какой же ты порядочный, дядечка, если твой друг пользуется платной секс-услугой? – фыркнула другая проститутка.

– Стоп, девочки! – строго проговорила Полина. – Идите к машине и ждите меня там. – Я сама разберусь с клиентом.

Девицы беспрекословно исполнили приказ «мамки».

– И для чего весь этот спектакль? – тихо спросила Полина, когда за девицами закрылась дверь.

– Я не мог поступить иначе, – неопределённо ответил Алексей.

– Не мог не позвонить, не мог не повстречаться, не мог придумать ничего, более оригинального, чем вызов проституток? – усмехнулась Полина, проходя в комнату. – Какие ещё заготовки сгодятся для оправдания?

– Когда ты спросила, всё ли в порядке у меня с головой, я вдруг подумал, что наша встреча может не состояться, если я назову себя, – пояснил Рудаков. – А мне так хотелось заглянуть тебе в глаза!

– Значит, это ты гундосил в трубку?

– Я.

– Каким ты был – таким и остался, – усмехнулась Полина, устремив в лицо Рудакова свой острый взгляд.

– Каким?

– Наивным выдумщиком и фантазёром.

– Разве это плохо?

– Тебе лучше знать.

– А в тебе что поменялось?

– Ты всерьёз решил не платить за вызов? – оставив без ответа вопрос Рудакова, спросила Полина.

Алексей во все глаза смотрел на Полину, и не узнавал в ней ту скромную и немногословную любовницу, которая ушла от него десять лет назад. Сейчас перед ним была самоуверенная и циничная женщина.

– Я никогда не был скрягой, – проговорил Рудаков. – Если для тебя главное деньги – возьми.

Он извлёк из бумажника две стодолларовые купюры и протянул Полине.

– Это вместе со штрафом, – сказал он. – Устроит? Или добавить за моральные издержки?

Полина презрительно посмотрела на Рудакова и плюхнулась в кресло, забросила ногу на ногу.

– Как ты меня нашёл? – спросила она.

– Это важно?

– В моём положении – да, – сказала Полина. – Я должна знать, кто сливает информацию.

Рудаков молча положил перед ней визитку, которую выторговал в отеле за две тысячи рублей.

– Не пытайся вводить меня в заблуждение, Рудаков, – укорила она Алексея. – Эта бумажка безымянная, в ней нет сведений о Полине Гребер.

– А вот о том, почему ты стала вдруг Паулой, я хочу услышать, когда мы будем наедине, – повелительным тоном произнёс Рудаков. – В твоём кармане есть мой номер мобильника. Когда освободишься от лишних глаз и ушей – позвони.

Алексей приблизился к Полине, приподнял её за локоть, положил американскую валюту в тот же карман, где находилась его записка, и повёл к двери.

– А если я не пожелаю этой встречи, продолжишь преследовать меня? – с сарказмом поинтересовалась Полина. – Будешь читать нотации за аморальный образ жизни?

– Я знаю, что ты влипла в скверную историю и тебе требуется помощь, – огорошил Алексей женщину своей осведомлённостью о ней и увидел, как дрогнули уголки губ и от удивления взлетели вверх её брови.

Полина хотела спросить о чём-то, но после секундного замешательства опустила голову вниз и направилась к выходу.

Прежде чем за нею захлопнулась дверь, Алексей проговорил вдогонку:

– Не вздумай скрываться от меня и обязательно позвони. Иначе я действительно буду тебя преследовать и добьюсь своего.

Глава 4

Полина позвонила ему через час.

Рудаков не без волнения приложил к уху мобильник.

– Слушаю, – сказал он бодрым голосом, стараясь скрыть охватившую его взволнованность.

– К тебе я приехать не могу, – раздалось в трубке. – Если хочешь встретиться – приезжай сам.

И Полина продиктовала адрес в загородном посёлке.

– Это же у чёрта на куличках, – вырвалось у Рудакова. – Неужели не нашлось места поближе?

– Предстоящий разговор, как мне представляется, не очень удобно вести в общественном месте, – проговорила Полина.

– Резонно. Значит, мы будем вдвоём? – спросил Рудаков.

– Нет, втроём. Мой муж будет готовить для нас ужин, – съязвила она. – Бери такси и приезжай, а то могу передумать.

Через час Алексей, отпустив такси, стоял напротив невзрачного дома, расположенного в стороне от главной улицы небольшого дачного посёлка.

Дом был окружён со всех сторон могучими соснами и казался среди них этаким скворечником.

Прошагав по дорожке из тротуарной плитки до хвойных великанов, он поднялся на крыльцо и поискал взглядом кнопку звонка. Её не оказалось, Рудаков несколько раз постучал в дверь костяшками пальцев.

Через полминуты перед ним в длиннополом махровом халате, наброшенном на спортивную футболку, с прежним макияжем предстала Полина.

Заглянув в глаза Полины, Рудаков смущённо и тихо проговорил:

– Ну, здравствуй, любимая…

– Здравствуй, Лешак, – так же тихо ответила Полина.

У Алексея ёкнуло сердце, когда он услышал своё тайное имя, которым его никто и никогда не называл, кроме Полины. Это она придумала для него такое необычное имя. Однажды он поведал ей, что в детстве несколько лет провёл на таёжном кордоне, где строгий отец за непослушание пугал сына Лешим, прозванным в народе Лешаком.

– Можно я тебя буду называть Лешаком? – спросила Полина однажды, когда они нежились в постели. – Алексей, Лёша, Лешак. Прикольно, правда?

– Зови, как тебе хочется, – ответил тогда он. – В любом слове из твоих уст я буду слышать лишь мелодичные звуки.

Неловко потоптавшись у дверей, сдерживая себя от непреодолимого желания обнять Полину, Алексей обречённо выдавил из себя:

– Можно пройти в твои хоромы?

– Можно. Только это не хоромы, а моё тайное убежище, – проговорила Полина, закрывая за ним дверь. – Проходи в комнату, располагайся, где тебе будет удобнее.

Комната была небольших размеров, без современных прибамбасов. Диван-кровать, старенький облезлый шифоньер, круглый стол посредине и два старинных венских стула. Правда, телевизор был современный, плазменный «Самсунг» с экраном средних размеров. Чуть в стороне красовалось большое удобное кресло с журнальным столиком перед ним. На полу по всему периметру было уложено ковровое покрытие вишнёвого цвета.