Михаил Капелькин – Барон Дубов. Том 5 (страница 13)

Мария подошла к лежащей оркессе и положила руку на её грудь. Затем сказала то, что я и так знал:

— Она жива, но повреждения сильные. Её будто деревом придавило. — Она вопросительно взглянула на меня и девушек.

Голос у неё был сильный, ровный и приятный. Почти бархатный, как мягкий шелест опавших листьев.

— Почти, — кивнул я, начав доставать из кольца походную алхимическую лабораторию. — Птица Рукх. Агнес, — я повернулся к гоблинше, — мне понадобится твоя помощь.

Я поместил несколько аппаратов на журнальный столик, потом подумал, что он весьма ветхий, как будто пережил уже не один десяток зим, и переставил перегонный куб, змеевик и колбы на дощатый пол. Сам сел рядом, скрестив ноги, и выложил необходимые ингредиенты.

— Да-да, чувствуйте себя как дома, — буркнула дриада, скрестив на груди руки.

— Разве ты не за этим нас позвала? — спросил я, не отвлекаясь от дела и параллельно командуя ловкой гоблиншей. Решил сразу перейти на «ты». Немного грубо, но поможет быстрее растопить лёд. — Чтобы помочь спасти её.

— Если что-нибудь не предпринять, то она и двух дней не протянет. А до ближайшей больницы отсюда ой как не близко.

Я промолчал. К чему вступать в ненужную полемику, когда надо дело делать?

— Без мощного целительного зелья ей не помочь, — продолжила нудеть над ухом дриада. — Нужно зелье Полной Луны или настой из корней Златоцвета и лепестков гималайского женьшеня.

Я украдкой взглянул на девушку, чей возраст не мог определить. Как будто не больше двадцати, но чувствовалось, что она гораздо… гораздо старше. Какое-то подспудное ощущение, вроде звериного чутья, подсказывало мне это.

— У тебя есть?

— А эти места похожи на Гималаи? — вместо ответа Мария задала вопрос.

Понятно. Полагаю, это значит «нет». Вариант остаётся один.

— Я готовлю зелье Берсерка, — произнёс, не отвлекаясь от очистки золотых жемчужин. Агнес складывала их в маленькую ступку и размалывала в порошок.

— Т-ты с-сумасшедший… — схватилась за голову дриада и села в кресло рядом с диваном.

Я бросил взгляд на Веронику, которая так и стояла посреди комнаты.

— Вероника? — позвал её, включая горелку под перегонным кубом.

— Я никогда не видела дриад, — едва смогла вымолвить та.

— У тебя получается вкусный чай, — сказал, уворачиваясь от дымной вспышки.

— А? — синеглазка обратила на меня взор. — Г-господин?

— Дом мне не разнеси, — снова буркнула дриада, но я не обратил на неё внимания.

— Я хочу чай, Вероника, — строго сказал я, отчего девушка дёрнулась и будто ожила. — Мария, покажи ей, где у тебя что. Зелье готовить где-то час, так что чай не помешает…

Вдруг Лакросса застонала, открыла глаза, попыталась оторвать голову от маленькой подушки и тут же потеряла сознание обратно. Рефлекторно дёрнулся к ней, как и Агнес с Вероникой, но удержался. Ещё не хватало тут алхимию везде разлить. Дриада резко встала с кресла и позвала Веронику.

— Пойдём, поможешь мне. Приготовим кое-что получше, чем чай. А с тебя, Дубов, потом история, как вы тут оказались и зачем убили птицу Рукх.

Я рассеянно кивнул, полностью сосредотачивая внимание на приготовлении зелья. Странное совпадение, что и для Берсерка, и для входа в Дубовую рощу нужны золотые жемчужины. Впрочем, чего только в жизни ни бывает. В такие моменты можно и в провидение поверить. От последней мысли я отмахнулся, как от назойливой мухи. Провидение или нет, с ним ты ничего не поделаешь, а вот здесь и сейчас нужны и важны насущные дела. Например, спасение подруги.

Чёртова птица…

Рецепт зелья я узнал не так давно. Что-то похожее содержалось в дневнике отца, но после знакомства с зельем Огненного Берсерка решил узнать больше об этой алхимии. К счастью, рецепт не требовал каких-то сложных манипуляций и точных приборов, только дорогие и редкие ингредиенты. И сейчас я превращал в маленькую бутылочку целую гору бумажных ассигнаций. Пожалуй, простотой приготовления объяснялась популярность зелья у скандинавов. Ну, тех, которые выжили после нашествия Саранчи или заперлись в Исландии.

Волчонок лежал сбоку и переводил жёлтые обеспокоенные глаза с меня на оркессу и обратно.

Я тем временем мельком осмотрел жильё дриады.

Честно говоря, я сам их никогда не встречал. Существа это почти мифические, как Йети. Правда, существование последнего давно доказали, а в Америке их даже приручили. А вот толковых доказательств существования дриад доселе не было. Только слухи, побасенки и сказки деревенского люда. Но им обычно значения придают немного. Мало ли что привидится по пьяни в какой-нибудь глухой деревне?

Но реальность этой дриады не вызывала сомнений. Как и лук со стрелами, которые она нацелила на нас при первой встрече.

Жильё у неё было небольшое, но уютно обставленное. Кухня, ванная и одна комната, что и гостиная, и спальня одновременно. Мебель простая, старая, но подобранная со вкусом. Думаю, Мария собирала её по руинам. Но, насколько я успел заметить, поросший лесом и мхом город мало что сохранил в первозданном виде. Особенно мебель. Так что каким образом дриада собрала такую коллекцию музейных экспонатов — вопрос открытый.

Руки сами собой выполняли действия, позволяя погрузиться в свои мысли. Тех немногих уроков алхимии у Евгения Андреевича хватило, чтобы поднять мой навык зельеварения выше нуля. От мысли об академии вдруг защемило в груди. Будто в другой жизни ходил на уроки и раздавал лещей аристократам. Никогда не думал, что однажды скажу это, но я соскучился по учёбе.

Взглянул на Лакроссу. На её посветлевшем лбу выступили капельки пота, губы шевелились, неся бессвязный бред. Вернулись Мария с Вероникой. Дриада села на корточки возле изголовья дивана, приподняла голову оркессы и поднесла к её губам глиняную чашку с густым варевом отвратительного зелёного цвета. Пах отвар так же дурно. У меня аж в глазах защипало. Маша осторожно влила вонючую жидкость в рот Лакроссе, заставив её проглотить.

— Это немного облегчит ей ожидание, — сказала она, обернувшись ко мне.

А я чисто машинально отметил ложбинку между её ягодицами. Штаны отогнулись, а кофта слегка задралась от того, как девушка сидела на корточках.

— Это куда ты смотришь? — прищурилась дриада.

— На твою задницу, — нисколько не смутившись, ответил ей, а затем напомнил: — Чай.

— Пф, — фыркнула она, но встала и снова пошла с Вероникой на кухню.

Меня потянули за рукав. Я оглянулся и увидел влажные глаза Агнес.

— С ней всё будет в порядке? — едва слышно спросила гоблинша.

Она сидела рядом со мной на коленях, смешивая в ступке ингредиенты. Но сейчас прервалась и упёрлась в пол руками, пытаясь совладать с тревогой.

— А ты сомневаешься? — ухмыльнулся я.

Агнес промолчала, но я увидел, как она сглотнула.

— Скоро будет скакать здесь как новенькая, — почти не соврал я.

Да, будет, пытаясь убить нас под действием Берсерка.

Строго посмотрел на раскисшую зелёную мелочь.

— Веришь мне?

Агнес глубоко вдохнула и выпалила на выдохе:

— Да!

— Вот и отлично. Готово? Тогда давай сюда.

Я забрал у неё миску и вернулся к зелью. Начиналась самая сложная часть: смешивание получившихся ингредиентов в маленьком котелке. Здесь нельзя ошибаться с дозировкой и порядком добавления компонентов.

— Бахнет? — почти нырнула носом в котелок Агнес.

— Не должно, — аккуратно отодвинул её подальше.

Через час зелье было готово, и я смог отхлебнуть уже остывший чай, который принесли полчаса назад. Всё это время девушки сидели молча и наблюдали за мной. Встрепенулись, когда я поднялся с пола, разминая затёкшие ноги.

— Ты прямо здесь собираешься её поить? — спросила дриада.

Лицо у неё было красивое. Хоть и зелёное. Но меня цвет кожи никогда не беспокоил. Сам полукровка.

— А если она в лес побежит, ты её ловить побежишь?

— Берсерка? Я, конечно, долго на свете живу, но с ума ещё не сошла. Как некоторые…

— Тогда не мешай.

— Мебель мне всю расколотит, — упёрла руки в боки Маша и насупила брови.

— Не успеет. — Я подошёл к лежащей Лакроссе. Выглядела она ещё хуже. Глаза запали, появились тёмные круги, лицо осунулось, губы пересохли и потрескались. — Если хочешь, можешь остаться и защищать свою драгоценную мебель грудью. А остальным рекомендую выйти.

— И зачем я вас позвала… — простонала дриада, закатив глаза. — Ладно, я останусь, но не ради мебели, а чтобы ты с бедняжкой ничего не сделал.

— Как бы она со мной ничего не сделала, — хмыкнул в ответ.