Михаил Капелькин – Барон Дубов 9 (страница 18)

Маска всё это время молчал.

— Так мне начинать? — робко поинтересовалась Лиза. — С самого начала?

— Да. С того момента, как я покинул аукцион.

— Хорошо, но… ты можешь не защищать меня сейчас. — Она вышла из-за моей спины и встала рядом. — Эти люди спасли меня и тебя. Я думаю, им можно доверять. Иначе какой им смысл нас спасать?..

— Я сам решу, доверять им или нет, — резко ответил я. — Рассказывай, как всё было.

— Ладно, — покорилась Лиза и начала свой рассказ: — Когда ты ушёл, аукцион ещё продолжался. Мы с Вероникой пошли прогуляться в сад, хотя она почему-то не хотела. В дальней части сада на нас напали. Неожиданно. Вероника ничего не успела сделать, а на меня напал какой-то ступор…

— Ступор? — приподнял я бровь.

Я видел Лизу в бою. И что-то не замечал, чтобы она впадала в ступор. Даже когда её Инсект был слабо развит, она не трусила, а сражалась как могла. А тут вдруг… ступор.

— Ну… да, — замялась пепельная блондинка. — Сама не знаю почему. И пока я была в ступоре, меня связали и запихнули в машину. А дальше ты знаешь. Меня привезли сюда, потом пришёл ты, и тебя… Я испугалась, что убили. После этого пришёл он, — девушка показала на парня в маске, который так и не шелохнулся, — и спас меня. Потом графиня Вдовина притащила тебя и приготовила зелье. Ты так страшно кричал, когда его пил.

— Наверно, потому, что кипяток, — нахмурился, взглянув на Вдовину. — Это всё?

— Кажется…

— Ясно… — Меня смущало в её истории несколько моментов, которые лучше бы прояснить. Начну с самого простого: — Так значит, вы, графиня Вдовина, затащили меня с улицы сюда, верно?

— Можете называть меня Екатерина, барон Дубов, — задрала подбородок рыжая девушка.

Она к тому моменту подняла фляжку и спрятала своё алхимическое оборудование в пространственном кольце.

— Я вешу два центнера, Екатерина. Как же вы меня затащили?

Рыжая прищурилась, её тёмные глаза недобро блеснули.

— Джентльмены подобные вопросы дамам не задают.

Я хмыкнул. Чего-то такого и ожидал. Но ладно, к ней ещё вернёмся. Вопросов ко Вдовиной у меня целый бронепоезд.

— Лиза, — снова взглянул на пепельную блондинку. Она виновато гладила свою косу. — Зачем ты пошла в сад?

— В сад? — не сразу поняла она. — Я… я не знаю.

— Её заманили в сад с помощью вот этого артефакта, — ответили хриплым голосом. Парень в маске кинул на покрытый цементной пылью пол небольшую фигурку. Фиолетовая жаба. — Это гипножаба. Достаточно редкий артефакт. Заставляет жертву выполнять все указания обладателя. Для этого достаточно коснуться человека артефактом.

Я подошёл и поднял с пола артефакт, похожий на детскую игрушку из шоколадного яйца. Вместо глаз у жабы вились маленькие спиральки. От одного взгляда в них мне стало муторно.

— Ох, — взволновалась Лиза, — когда ты упал во время аукциона и поднялась суматоха, меня кто-то коснулся, но я не поняла кто. Да и, если честно, значения этому не придала…

Неудивительно в такой-то толчее. Значит, нас вели ещё до аукциона, иначе откуда им узнать, что мы придём в особняк Десятниковых.

Я бросил артефакт на землю и растоптал его.

— Ясно… — пробормотал.

В данный момент от этих двоих я не чувствовал угрозы. Кто они и зачем помогли — важные вопросы. Но сперва я хотел знать, какого хрена ублюдки похитили Лизу.

Подошёл к троице. Стоявший за пленниками Маска сделал несколько шагов назад, приблизившись спиной к большой установке, от которой растекались волны жара. Мне даже жарко стало.

Двух бандитов я не знал. Видел, но не придал им значения. Оба выглядели примерно одинаково невзрачно: скуластые лица, неприметная одежда, короткие стрижки. А вот третьего я запомнил. Тот, с прокуренным голосом, золотой фиксой на зубе и артефактным кольцом.

Вспомнив об ударе, от которого затрещали кости, потёр грудь. Кажется, пару рёбер ублюдок всё-таки умудрился мне сломать. Глубокие вдохи отзывались тупой болью.

Да, закрутились дела в Москве. Почти, как в Питере. Ублюдки посмели поднять руку на моих подруг. Я им этого не спущу, но сперва нужно побольше узнать о них и понять, не придёт ли следом ещё кто.

— Лиза, — мягко произнёс, не оборачиваясь, — ты знаешь, зачем они похитили тебя?

— Догадываюсь, — послышался вздох. — Розен — кредитор моего отца.

— Ага, чувствую здесь историю, которую ты не договариваешь, Лиза. А я не люблю, когда меня водят за нос, — собственный голос показался холодным даже для меня самого.

И голос Лизы дрогнул.

— Я… я соврала насчёт фонтана с обогревом в нашем имении. По правде сказать, дела у моего отца шли довольно плохо последнее время. Мы погрязли в долгах, и отец взял у этого Розена деньги в долг. Несколько сотен тысяч, чтобы поправить дела.

— И как? Поправил?

— Да! И нет… Отец собрал часть долга, затем ему помогла я, добавив свой выигрыш с турнира. Так мы смогли собрать сумму, но вдруг оказалось, что за это время набежали проценты.

— Проценты?

— Да, — кивнула Лиза, но тут же спрятала свой взгляд, когда я обернулся к ней. — Розен крупный криминальный авторитет в Сибири. Я всегда ему нравилась. И в качестве процентов он захотел…

Девушка замолчала, не в силах закончить. Но я уже понял, чего хотел долбаный Розен. Есть такой тип людей, которые не понимают отказов. И идут на любые подлости и мерзости, лишь бы получить желаемое, не считаясь с желаниями других людей. Деньги? Можно отобрать. Власть? Можно забрать. Женщина? Можно заставить… Я таких людей всегда ненавидел и презирал.

Короче, с Розеном надо разобраться. Он уже закусил удила и так просто от Лизы не отстанет.

Я снял кляп с толстяка. Он разразился целой чередой проклятий и оскорблений в мою и Лизину стороны. Коротким ударом выбил ему несколько зубов и расплющил губу, потом спросил:

— Где мне найти Розена?

Пуская кровавые слюни, толстяк сказал:

— Тебе меня не сломать, полукровка драный! Мы своих не сдаём!

— Просто так они не заговорят, Дубов, — произнёс Маска.

Чёрт, голова от этого всего уже пухнет. Я вытащил из кольца зелье регенерации и залпом осушил склянку. Кровь забурлила в жилах, сразу стало легче. И почему я раньше этого не сделал?

Не люблю тайны, а здесь их собралось сразу несколько.

— А ты кто такой? — хмуро спросил я Маску.

Вот чувствую, что знаю его, а вспомнить не могу.

— Сейчас куда важнее для твоего дела другой вопрос. Где мы?

Похоже, парень за белой маской хочет поиграть в загадки. Ладно, пусть. Возможно, это будет интересно. На худой конец, я постепенно смогу понять, кто он такой.

— Будь по-твоему. И где же мы? — спросил я.

— Вы чё, думаете, что вас не достанут⁈ — напомнил о себе толстяк с фиксой. — Да вас всех тут в лепёшку раскатают. Вы хоть знаете, с кем связались? Долбаные аристократишки, ваши сраные дары вам не помо… м-м-мбргл-гл-гл!

Нет, толстяк не перешёл вдруг на язык племени полулюдей-полурыб, живущих где-то в джунглях Амазонки. Вовсе нет. Это я ему снова кляп в рот сунул. Достал.

— Если бы нас могли достать твои дружки, то они уже были бы здесь, дурачок. — Я дал ему успокоительного леща и вновь взглянул на Маску. — Говори.

Парень отвернулся и подошёл к горячей громадине позади себя. Взобрался по приставной железной лесенке.

— Этот старый сталелитейный завод, — говорил он, гремя замками, — раньше принадлежал роду Рудниковых, но несколько лет назад род разорили дети графа Рудникова. Проиграли в карты, заложили в банки или просто продали земли по кускам. Этот завод в том числе.

— Очень интересная история, — буркнула графиня Вдовина. Она со скучающим видом сидела на холодном полу, прислонившись к металлической балке. — А можно её в другом месте послушать? В ресторане, например. Я жутко голодна, благодаря одному барону. Высосал из меня всю энергию — духовную и физическую.

— А не надо было мне мешать выкупать Слёзы подземного вепря, — возразил я, но согласился с графиней в другом: — Но есть и правда хочется. Может, пиццу закажем?

— Сегодня не привезут пиццу! — взбеленился Маска.

— Откуда знаешь? Заказывал уже? — сощурилась Вдовина.

Глаза за белой маской полыхнули огнём.

— Ладно-ладно, Екатерина, — я поднял руки вверх, — давайте послушаем историю. Всё-таки человек готовился, речь разучивал. Чую, сейчас будет интересная метафора. Ну… может, не очень интересная. Жги глаголом, парень!