Михаил Капелькин – Барон Дубов 8 (страница 23)

Лиза поднялась до нашей парты и села справа от княжны.

— А ты здесь какими судьбами? — спросил её.

— Я же говорила, что подумываю перевестись в вашу академию. Я тогда не шутила, — довольно улыбнулась она и подмигнула.

— Могла бы и предупредить, — обиженно набросилась на неё оркесса, сидевшая слева от меня.

— Письмо прислать, например, — поддакнул я.

— А я знала, — подбоченилась княжна. — Перед расставанием на Симферопольском вокзале Лиза мне это по секрету рассказал. Хотела устроить сюрприз. Вы разве не рады?

Если честно, я был рад. Очень. Поэтому тепло улыбнулся девушке и через княжну потянулся к ней рукой, чтобы обменяться рукопожатием.

— Ох уж эти дворянки, — беззлобно покачала головой Лакросса. — Неудивительно, что спелись.

Я хмыкнул, переглянувшись с ней.

Дальше учебный день пошёл заметно веселее. На уроках по оружейному мастерству наш факультет пересёкся с факультетом Агнес и Вероники. Там они и познакомились с Лизой. И пятёрка проблемных девушек мгновенно скрасила остатки дня.

Лиза пришлась по вкусу всем. Вот что значит профессиональный читатель статей о психологии.

— Сегодня у нас пополнение, — сказал я, первым входя на арену академии для тренировки с Сергеем Михайловичем.

Он хмыкнул, окинув взглядом девушку.

— Вам же хуже, — сказал он наконец, скептически улыбаясь. — Будете ещё больше мешать друг другу.

Через два часа его лицо и тело покрывали ожоги от шаровых молний Лизы. От злости у Сергея Михайловича аж шрам побелел. Выглядело это так потешно, что я не мог сдержать смеха.

Сегодня мы впервые его побили, так что настроение стало просто замечательным.

— Ладно, сегодня можете радоваться победе в битве, — пафосно заявил он. В это же время в его взгляде проскользнули озорные искры. Впервые на моей памяти. — Но победа в войне будет за мной!

И он со стуком вогнал свой меч в ножны. А затем, громко хлопнув, закрыл тяжёлую шлюзовую дверь арены, которую мы сегодня превратили в поле боя. Когда переодевались в раздевалке, ко мне подскочила блондинка и чмокнула в щёку.

— Весь день терпела! — заявила она. — А ещё у вас намного веселее, чем в нашей Омской.

— Да? А ты в следующий раз, когда надумаешь переводиться, переводись пораньше, — хмыкнула Агнес, стоя в одном нижнем белье и очищая щёткой от грязи снятый комбинезон. — Попадёшь на ещё одну тренировку.

— Не обращай на неё внимания, Лиз, — пожала плечом синеглазка. — Просто кое-кто сегодня всё утро никак не мог сосредоточиться на тренировке.

— Ой, чья бы корова мычала! — огрызнулась гоблинша.

Вероника тут же сжала локтями свою аппетитную грудь четвёртого размера и показала зелёной мелочи язык. Что ж, с уверенностью дела у Вероники идут на лад. Меня это радует. А ещё радует её грудь, которая только что едва из ажурного лифчика не вывалилась.

— И мне тоже надо звать тебя господином? — толкнула меня голым плечом пепельная блондинка. Она переодевалась рядом.

— Только на тренировках, — подмигнул я ей. — Кстати, если повезёт, сейчас будет ещё одна.

Лиза тут же попыталась умереть от шока, но я ей этого сделать не дал, шлёпнув по заднице, когда она начала падать якобы в обморок.

— Ай! — подскочила она, чем вызвала взрыв хохота у остальных девчонок.

Громче всех смеялась Лакросса, большая любительница любых тренировок. За что тут же получила от блондинки полотенцем по спортивным ягодичкам.

Так, перешучиваясь и смеясь, мы вернулись в мои комнаты на последнем этаже академии.

— Ого! — широко раскрыла рот Лиза, — А у меня тоже будут такие хоромы?

— Если заведёшь Лютоволка, с которым сможет играть директор академии, тогда да, — нашла новый повод съязвить Агнес.

— А я думаю, всё дело в исключительных спортивных качествах Дубова, — подмигнула мне Лакросса.

— Скорее, в искусстве дипломатии, — ехидно заметила княжна.

— Долгая история, — отмахнулся я в ответ на вопросительный взгляд Лизы.

Затем познакомил её с дриадой.

— Её тоже тренировать? — шёпотом спросила та, когда они с пепельной блондинкой обменялись приветствиями.

Я кивнул. Лиза девушка во всех смыслах находчивая и способная. Думаю, проблем не будет. А пока я охочусь на осман, у них будет достаточно времени, чтобы улучшить духовные навыки.

Полковник Дрёмин, посланник Тарасова, должен был прибыть поздним вечером. Значит, у меня есть примерно часов пять. Я решил заняться ещё одним очень важным делом.

На время этой вылазки директор освободил меня от занятий. Хотя его разрешение мне не требовалось. Всё равно экзамены автоматом, потому что благодаря мне и девушкам о нашей академии теперь знала вся Империя. Скоро дойдёт и до того, что её будут ставить в один ряд с такими элитными, как Преображенская или Семёновская.

Гнедой был накормлен и вымыт. После охоты за головой Хрустального Черепа конь уже успел отдохнуть. Я быстро заседлал его и отправился в Пятигорск.

Вечерний город припорошило лёгким снежком. Разбрызгивая снежную кашу, по улицам города ездили конные экипажи и машины. Летние веранды кафе были закрыты, солнечные зонтики сложены, а стулья рогами ножек торчали вверх. В свете жёлтых фонарей дорога под копытами коня блестела и искрилась, а из пасти Гнедого вырывались клубы пара. В вечер понедельника людей на улицах было немного. А те, что осмелились выйти, закрывали лица от снега и промозглого ветра.

Я слез с коня возле лавки кузнецов Торвальда и Генриха, гнома и гоблина, сделавших для моего молота новую рукоять.

В кузнице горн дышал жаром. Едва я зашёл внутрь лавки, как с меня градом покатил пот.

— О, какие люди! — радостно приветствовал меня бородатый гном, выходя из-за прилавка. Он на ходу вытер руки о передник.

— Если вы сами что-то сломали, то гарантия не действует! — тут же донёсся звонкий голос гоблина из самой кузницы. Затем кожаный полог отдёрнулся, и показался сам зелёный обладатель голоса. Вместе с новой порцией кузнечного жара. — А, это вы, Ваше Благородие! Как поживает ваш молот? Опробовали рукоять в бою? Прелесть, правда? Но если что-то сломалось, кузница ответственности не несёт!

— Успокойся, Генрих, — вытер я пот со лба и сразу перешёл на «ты» с кузнецами. — Молот выше всяких похвал, можешь не беспокоиться. Я по другому вопросу. К тебе, Торвальд.

— Ко мне? — Гоблин и гном, что был ниже коллеги раза в два, переглянулись. — Ну, говори тогда, чего резину тянешь?

— Что ты знаешь о старых крепостях гномов?

— Ой, всё… — простонал Генрих и шлёпнул по лбу ладонью. — Дальше без меня, Дубов! Этот любитель истории мне все уши уже прожужжал рассказами о великих копях гномов! Я пошёл. У меня там заготовка стынет…

С этими словами слегка чумазый гоблин напялил на глаза защитные очки и вернулся в кузницу. Я же сел перед лавкой, скрестив ноги, чтобы быть глаз к глазу с гномом. Почти получилось. Всё равно я оказался несколько выше.

— Выходит, я по адресу, — хмыкнул, устраиваясь поудобнее. Чувствую, разговор будет долгим. — Что ты знаешь о гномских крепостях на территории османов?

Торвальд нахмурил свой высокий лоб и поджал губы, глядя мне в глаза. Я знал, о чём он думает. Больная тема для любого гнома. Но спросить всё же должен был.

В конце концов, Торвальд отвёл взгляд, повернулся к прилавку и взял с него хороший нож. Проверил балансировку на ладони, а затем метнул в стену. Нож ушёл в старое дерево на половину лезвия.

— Только то, что они пусты последние шесть веков, — зло сказал кузнец. — Хочешь спросить почему?

— Я знаю почему, — отвечал я. — Это ещё в средней школе проходят на уроках истории.

Но мой ответ Торвальду уже был не нужен.

— Все города и крепости гномов в Османской Империи опустели ровно с тех пор, как ублюдки устроили геноцид моего народа.

— Это было давно.

— У вас, людей, короткая память. И век ваш тоже короток. Но мы, гномы, живём дольше и помним лучше.

Кузнец стоял ко мне боком и сжимал в кулаках края передника.

— Ты нацелился на османов, ведь так? Иначе бы не спрашивал про них.

— Скажем так, это они нацелились на нас. А моя задача их прицел сбить. А лучше сломать.

— Кто-нибудь пострадает?

Я пожал плечами.

— Не стоит исключать такую возможность.