Михаил Ильин – Москва (страница 8)

Мастера наделили завершающие части Троицкой церкви особой декоративностью, что было обусловлено необходимостью выделить ее среди окружающих деревянных строений города. Особенно живописен верх основного храма с его сложно-скомпонованным венчающим антаблементом. Хороши ярусы почти что скульптурных кокошников, украшенных в тимпанах муравлеными - зелеными изразцами.

Заказчика, видимо, привлекало все то новое, что он видел в только что отстроенном кремлевском Теремном дворце. Именно этим можно объяснить наличие изящной белокаменной резьбы, покрывающей наличники окон главного южного фасада здания и его внутренние порталы. Некогда эта резьба была раскрашена, отвечая красочной гамме фресок, украшающих внутренние стены храма. Такая роспись уже редкий пример для рядового московского приходского храма XVII века. Фрески полосами обходят основное помещение храма. Их относительно небольшой масштаб (по сравнению с фресками XV - XVI веков) и пестрота красочной гаммы соответствуют узорности наружных декоративных форм. Иконы сохранившегося иконостаса были выполнены Симоном Ушаковым - основоположником светотеневой живописи в русском искусстве. Особенно хороша икона Благовещения (ныне в Историческом музее), выполненная Я Казанцевым и Г. Кондратьевым при участии С. Ушакова. Она обращает на себя внимание детально выписанным архитектурным пейзажем. По колориту, насыщенному золотом, она несколько напоминает живопись по финифти (эмали).

Церковь Троицы в Никитниках так богата архитектурными деталями, что может считаться как бы энциклопедией - собранием архитектурных приемов и деталей, которые не раз применялись в позднейших памятниках Москвы XVII века. Она оказала заметное влияние на архитектуру ряда храмов, возведенных в Муроме, Устюге, Галиче и других городах.

39. Церковь Троицы в Никитниках. 1635 - 1653

В центре Китай-города (в Куйбышевском проезде) высится одно из примечательных зданий Москвы конца XVII столетия - собор Богоявленского монастыря (илл. 42). Он был возведен в 1693 - 1696 годах. По своей общей композиции и убранству это здание принадлежит к стилю, который обычно называют „московским барокко", хотя собственно барочных черт западноевропейской архитектуры в нем уже не так-то много.

Этот стиль возник в конце XVII века и получил широкое распространение. Его отличает многообъемная композиция. Особенно часто применяются восьмигранные формы, умело сопоставленные друг с другом и хорошо подчеркивающие центральную часть сооружения. Необычайно типичны декоративные оконные наличники и порталы. Обычно они состоят из двух колонок по сторонам проемов, несущих фигурные фронтоны с пальметками или иными узорными деталями. Многочисленные карнизы отличаются мелким профилем своих форм, а над спуском кровель нередко поднимаются фигурные гребни причудливого очертания.

Кубический объем самого храма Богоявленского монастыря поставлен на высокий арочный подклет, почти лишенный архитектурных деталей. К нему примыкает одноэтажная трапезная. Верх храма выполнен в виде огромного светового восьмерика, на котором стояла восьмигранная глава. По установившейся традиции, чем выше была расположена та или иная часть здания, тем богаче, тем затейливее был ее декоративный убор. Особенностью новых форм убранства собора следует считать не столько полюбившиеся в эти годы ордерные формы сколько сильно увеличенные детали прежнего, так называемого „штучного набора" в виде балясин, кронштейнов и других форм. Составленные вместе, они образуют узорные тяги, карнизы и т.п. Из-за их угловатости и известной резкости очертаний убранство в целом носит несколько „графический" характер. Лишь в наличниках окон и порталах применены колонки, почти теряющиеся среди контрастного светотеневого узорочья, столь обильно покрывающего стены храма.

В XVIII веке к собору с запада пристроили почти что гражданское здание с небольшим шпилем - характерной деталью архитектуры петровского времени. У его северо-западного угла в систему арочного подклета было встроено небольшое одноэтажное здание в стиле барокко середины XVIII века. Несмотря на самостоятельность архитектуры этой постройки, неизвестный автор связал ее с основным храмом. Он применил здесь для стен здания и архитектурных деталей ту же расцветку - красного и белого.

Внутри собора сохранились фрагменты скульптурного убранства конца XVII века, отличающиеся хорошим рисунком и тонкой пластикой. В стены вставлены надгробные плиты, среди которых выделяются погребения рода князей Голицыных, считавших храм своей усыпальницей. (Здесь в свое время стояли две надгробные статуи, выполненные Гудоном; ныне в Музее архитектуры в Донском монастыре.)

Напротив выхода Куйбышевского проезда на улицу 25-го Октрября (бывш. Никольская) стоит оригинальное бело-зеленое здание, привлекающее внимание своим необычным фасадом, богато орнаментированным растительными мотивами. Оно было выстроено в 1814 году архитекторами А. Бакаревым и И. Мироновским для

Синодальной типографии, разместившейся на территории древнего Печатного двора, где зародилось в XVI веке русское книгопечатание.

Из старых зданий Печатного двора в настоящее время сохранилась лишь одна палата, вошедшая в корпус, построенный в „древнерусском стиле" в 1879 году. Подражание древним зданиям XVII века здесь настолько умело, что даже опытный глаз может быть введен в заблуждение эффектным крыльцом, занимающим центральное место по отношению к палатам, поставленным по его сторонам. Большие наличники, увенчанные многолопастными кокошниками, украшают небольшие оконца. Лишь некоторая сухость их мелких профилировок выдает время их создания. Общая же композиция здания соответствует тому, что было обычным в XVII веке. В то время еще не выработались характерные черты архитектуры промышленных зданий, и зодчие, возводя такого рода сооружения, исходили из форм жилых построек.

40. Башня Китайгородской стены. 1534 - 1538

Печатный двор непосредственно примыкает к крепостным стенам Китай-города (илл. 40). Они сохранились на протяжении от площади Свердлова и до Третьяковского проезда, где возвышается угловая башня. Стены Китай-города были построены в 1534 - 1538 годах зодчим Петроком Малым. Они уступают кремлевским по высоте, но зато превосходят их своей толщиной. Последнее было вызвано все увеличивающейся силой артиллерийского огня. В свое время Китайгородские укрепления мощным полукольцом примыкали к Кремлю с севера и востока. Стены с их приземистыми башнями сменили зубцы в форме „ласточкиного хвоста" на сплошные каменные парапеты с прорезанными узкими щелями бойниц. Сохранившийся фрагмент древних оборонительных укреплений Китай-города дает возможность судить о фортификационном искусстве зодчих XVI века.

От зданий Печатного двора направимся к Красной площади и завернем направо по Историческому проезду; напротив Исторического музея наше внимание привлечет сравнительно невысокое здание (№ 5/1), фасад которого выполнен в типичных для середины XVIII века барочных формах, - это здание бывшего Губернского правления построено в 1737 - 1740 годах архитектором И. Гейденом. Во дворе этого дома расположено одно из общественно-промышленных сооружений Москвы конца XVII века - Монетный двор. Реставрационные работы последних лет позволили не только открыть целый ряд превосходных деталей, но и многое восстановить в его внешнем облике. Здание построено в 1697 году, что видно из надписи, высеченной на плите, вмурованной в стену. Оно, по существу, состоит из двух этажей. Некогда нижний этаж был лишен окон, так как здесь, в его палатах-каморах, хранились деньги, которые чеканились в верхних помещениях. Справа эту нижнюю, глухую часть здания прорезает торжественная арка. По ее сторонам поставлены большие колонны с превосходными по рисунку капителями, пожалуй, лучшими в зодчестве того времени. Белокаменные резные картуши (в одном из них расположена надпись о закладке здания) над этой аркой отчетливо рисуются на гладком фоне стены.

41. Церковь Знамения на Шереметевой дворе. 1704

Все эти детали, как и характер самой арки, свидетельствуют, что в свое время она служила парадным въездом в Монетный двор.

В противоположность нижнему этажу верхний ярус-этаж почти сплошь прорезан окнами, что придает ему характер общественного сооружения. Окна очень близко поставлены друг к другу. Благодаря этому украшающие их богатейшие декоративные формы - колонки, поставленные по их сторонам, раскрепованный над ними антаблемент, своеобразные фронтоны наличников в виде резных в камне пальметок-„елочек" и изразцовый многоцветный фриз под карнизом - сливаются в своего рода орнаментальный широкий пояс. На примере архитектуры Монетного двора видно, как в конце XVII века постепенно стал складываться тип общественного здания с присущими ему характерными формами. Их мы уже не найдем в архитектуре ни жилого дома, ни храма.

Второй маршрут мы начнем с середины улицы Волхонки. В одном из ее переулков - Антипьевском (справа от Музея изобразительных искусств им. А.С. Пушкина) - на углу улицы Маркса и Энгельса стоит церковь Антипия, „что на Колымажном дворе" (илл. 43). Уже само название памятника указывает на его связь со двором, на котором находились кареты и возки, обслуживающие нужды царского двора. Построенные во второй половине XVIII века придел, небольшая трапезная-притвор и колокольня скрыли основное ядро сооружения, относящееся к первой половине XVI столетия. Церковь Антипия интересна не столько типичными для своего времени формами архитектуры, сколько теми отклонениями, которые выделяют ее среди других одновременных памятников. Так, вместо одной апсиды-алтаря здесь две, причем они асимметричны; вместо карниза они заканчиваются маленькими декоративными кокошниками, словно фестончиками. Собственно храм завершается двумя рядами кокошников и имеет внутри крещатый свод без внутренних опор-столбов. Все эти детали можно рассмотреть, зайдя во двор со стороны алтарной части храма. Позднейшие пристройки, выполненные одаренным архитектором, также по-своему интересны. В особенности это относится к приделу, стоящему на углу двух сходящихся переулков, сохранившему красивые классические детали.