Михаил Игнатов – Пробуждение. Пятый пояс (страница 36)

Нора кивнула и продолжила:

— В этот раз ты принёс моей фракции немало славы и денег, и я была очень впечатлена твоими словами, что заработали это, заработаете ещё. Поэтому, надеюсь, удача не оставит тебя, магистр и искатель Леград и ты ещё не раз вернёшься на мой аукцион, чтобы сбыть свою добычу.

Нора протянула ко мне руку, через миг на её узкой, изящной ладони возникло что-то вроде зеленоватой дощечки.

— Это жетон-пропуск. Всего их выдано шестнадцать и твой будет семнадцатым. Когда ты в следующий раз появишься здесь, Леград, покажи его. Даже если меня не будет в городе, ты получишь максимальную скидку в торговом доме и всё уважение, которое может получить уважаемый гость. К порталу тебя проводит стража аукциона, чтобы ни у кого из гостей города не возникло глупых мыслей. На этом я покину тебя Леград и тебя, Клинок. Дела, к сожалению, не ждут.

Я протянул руку, но вместо того, чтобы забрать жетон-пропуск, мягко ухватил её за руку, прижимая большим пальцем жетон к её ладони.

— Подождите, старшая Нора. Возможно, вы уже обсуждали этот вопрос с Аранви, но я всё ещё остаюсь в неведении. Чем я заслужил такую поддержку?

— Ты? — рассмеялась Нора. — Её заслужил неутомимый Клинок Трёх Ночей.

Я заметил, как едва заметно поморщился Седой и покачал головой.

— Не верю. Уж простите, старшая.

— Твоё право, — пожала плечами Нора, перевернула ладонь и мягко, но необоримо высвободила свою руку из моих пальцев, оставив мне лишь жетон. — Я лишь снова пожелаю тебе удачи, попрошу помнить мой совет и повторю, что жду тебя и твою добычу на аукционе моей фракции. До встречи, молодой магистр Леград.

Едва она поднялась, я тоже встал, стоя провожая её уход. Всё очень непонятно, но, возможно, я нашёл тайного союзника. Если не для всего Ордена, так для Седого и себя. А это уже много значит. Интересно, можно ли эту встречу тоже считать за то, что на меня смотрит Небо?

Глава 8

Первым делом я убрал в кольцо жетон-пропуск — не дощечку, как мне сначала показалось, а пластину чуть зеленоватого камня с нанесёнными на него гербом аукционного дома и несколькими нечитаемыми символами. Не современная письменность и не те символы Древних, что я знаю. Вероятно, какие-то особые знаки, чтобы избежать подделки пропуска. Хотя уверен, что как и с медальоном главы Ордена, не всё так просто и с этим жетоном. Хотя, конечно, он попроще, попроще.

— Молодой магистр, это единственное лицо, которое ты приготовил?

— Не нравится?

— Мне? — переспросил Седой и качнул головой. — Я лишь предлагаю подумать, какое лицо станет лицом основателя фракции.

— Это, — ткнул я на себя.

— Тогда нужно сменить, молодой магистр. Обязательно нужно сменить.

Пришлось заняться.

Уже шагая к порталу, слегка кривым и страшным, я спросил Седого:

— То, что случилось за эти три дня, меняет планы?

— Нет. Это удача отсекла не только самых неосторожных и самых глупых, но ещё и самых ленивых. К тому же я сам попросил, чтобы слуги аукционного дома не отказывались от взяток, так что часть духовных камней и предметов несёт на себе метки, по которым нас найдут самые терпеливые, упорные и глупые.

Я лишь кивнул, не став пока ничего спрашивать. Суть ясна — когда-то из-за подобной метки я получил немало неприятностей на Поле Битвы возле Приюта во Втором поясе.

Меня сейчас больше интересовало кое-что другое.

Но этот вопрос я задал лишь тогда, когда мы прошли порталом и оказались совсем в другом городе, совсем другой фракции, переместившись едва ли не на четверть Пояса.

— Говорил ли ты с ней об этом?

— О чём, молодой магистр?

Я терпеливо пояснил:

— О том, чем я заслужил такую поддержку.

— Вы же слышали…

Я оборвал его:

— Аранви. Ты снова излишне вежлив, что подсказывает мне — что-то не то. И я заметил, как тебе неприятен был её ответ.

Седой криво ухмыльнулся. Одной этой улыбки хватило, чтобы с нашей дороги, бледнея, отступил какой-то идущий. То ли зазывала лавки, то ли вербовщик местного союза, то ли задира, который не в то время и не с теми людьми, хотел себя показать.

— Вы наблюдательны, молодой магистр. Но это не та тема, которую я бы хотел обсуждать.

— Так что, мне просто оставить это без объяснения? — изумился я неожиданному ответу. — Помогла просто так?

— Ах это, — Седой потёр лицо, замолчал.

Я тем временем, как и договаривались, пересёк местную площадь наискось и занял место в первой попавшейся харчевне.

Седой тем временем собрался и признался:

— Я пытался обсудить это с ней, но тоже не получил внятного ответа. Если вам…

Мне это надоело, и я снова оборвал его.

— Тебе.

— Ох… Если тебе интересно моё мнение.

— Разумеется. Ты сомневаешься, даже услышав от меня прямой вопрос?

— Прости, молодой магистр. По моему мнению, она считает себя чем-то обязанной Ордену. Я могу предположить, что она либо дитя орденца, либо выходец из орденской семьи, либо обучалась в Школе Ордена, либо лечилась у нас, либо получила помощь с прорывом на одном из этапов. Возможно даже, с первым Небесным Испытанием. В пору расцвета Орден организовывал и общие экспедиции. Честно говоря, именно благодаря таким благодарным, которые не забыли добро, что получили от Ордена, мы и можем свободно, в плащах с гербом Ордена путешествовать по землям Пятого и Шестого пояса.

Я вспомнил, как буквально два дня назад думал о сомневающихся и разочарованных. Покачал головой и сказал:

— Сочувствующие и помнящие.

— Хорошо сказано, молодой магистр, — кивнул Седой. — В своё время Орден щедро использовал своё могущество, чтобы оставить о себе добрую память. Как вы сделали это с тем обрётшим облик Зверем.

— Ха! — я не сумел удержаться от ухмылки. — А по мне, я лишь испортил отношения с добрым десятком сильных идущих тех мест и заставил их затаить ко мне ненависть.

— Уважаемые, вы, вообще, заказывать что-то будете? — не вовремя влез в интересный разговор местный слуга, который устал крутиться возле нас.

— Нет, — буркнул Седой. — Дорого у вас, — и встал.

Я встал следом. Никто нас не попробовал схватить в этой беззвёздной фракции, а значит…

Седой, вместо того, чтобы двинуть обратно через площадь к порталу, повернул на улочку, которая уводила нас прочь отсюда.

Ухмылка невольно скользнула у меня по губам. Это значит, что Седой уловил восприятием Властелина Духа больше, чем я — Предводитель. Это значит, что несколько вышедших из портала после нас — появились здесь из-за нас.

Я молча следовал за Седым, который тоже не обронил за это время ни одного слова. Лишь быстро, словно не задумываясь, а следуя хорошо известной дорогой, всё углублялся и углублялся в город.

Наконец, он тихо сообщил:

— Готовься. Действуй сам, я не буду поднимать лишнего шума.

Я и сам понял, что вот-вот. И нет, Прозрение молчало, но у меня ведь есть не только оно.

Всё это время, что мы петляли по городу, проходя мимо домов, я слышал за заборами голоса и быт тех, кто остался дома: жён, детей, стариков.

Так почему же на этой улочке так тихо? Что за странное ощущение в воздухе?

Восприятие Предводителя, которое до этого расслабленно скользило по крышам и стенам домов, сгустилось, соткалось за одним из заборов, позволяя мне увидеть сам двор.

Двор как двор. Чисто выметенная утоптанная земля, узкая, но обильно зеленеющая грядка вдоль задней стены, кривое дерево, в тени которого дремлет старик.

Следующий двор.

Пусто.

Восприятие Предводителя тут же перенесло меня в дом. Молодая женщина сидит полулёжа, прижимая к груди младенца. Оба спят. На полу расколотая миска с какой-то жижей.

Я остановился, опуская руку к поясу и напоминая себе — копьё, не Пронзатель.