Михаил Игнатов – Поля Крови (страница 12)
— Нет. Если мы сделаем так, то никто не даст гарантии, что реольцы не сумеют взять Фулгуран. Проверять, верна ли древняя легенда о разрушении Хранителей, я не собираюсь. Не при моём правлении. Реольцы хотят использовать нашу кровь, чтобы сделать сильней своих древних? Чем я хуже? Я использую их древних, чтобы сделать сильней наших. Пусть они сами несут свою кровь в мою ловушку. А там мы уже поглядим, правда или нет, что слитая кровь позволит перешагнуть предел.
***
— Строиться! Строиться! Строиться!
Я с трудом продрал глаза. Вот тебе и пожертвовал частью сна ради тренировки. За пологом шатра тьма тёмная. Только-только над горизонтом появилась алая полоска приближающегося рассвета.
А рёв Глебола не унимался:
— Живей!
Выстраивались мы на окраине лагеря. Идары впереди, солдаты безликой серой толпой сзади. Если среди них и был порядок, то лишь притворный.
Народу здесь оказалось прилично. Вчера я как-то не успел оценить, сколько людей можно распихать по такому количеству шатров. Теперь, когда они все носились между шатрами, сумел. Много.
И наш Глебол здесь не более чем мелкий идар на побегушках. Пусть и Великий паладин меча, но лишь побочная ветвь Великого дома. Не владетель и не наследник.
Всего лишь гаэкуджа, второй из рангов, в лагере, которым командовал даже не хоу, как я ожидал, а гонган, пятый из шести существующих в королевстве.
Правда он учёл тот спор с Адалио и заставил всех нас, бывших птенцов Кузни, принести клятву королю и принять бляхи хённамов. Позор, конечно. Но противиться указу короля желающих не нашлось.
Я оказался последним, кто, спасая детей крестьян, оставался свободным идаром, призванным под знамёна короля, как заявлял Адалио. И едва добрался до лагеря, как Глебол потащил меня к алтарю.
Сейчас сам Глебол замер с десятком таких же гаэкуджа с зелёной бляхой на поясе чуть в стороне от тех, кто, похоже, считался главными в нашем лагере.
Вперёд шагнул идар в запылённом халате, поднял над головой свиток, демонстрируя в лучах рассветного солнца королевскую печать. А затем принялся зычно орать:
— Король наш Лавой сообщает верным идарам Скеро и солдатам, которых они ведут за собой, что в ночь с седьмого на восьмое королевство Реол перевело через граничную реку ещё одну армию. Снова повторяется старая история. Семьсот лет назад королевство Андамо пыталось взять Грандор и разрушить Хранителя севера. Пятьсот лет назад королевство Лано пыталось разрушить Хранителя запада. Двести лет назад Реол уже пытался взять Фулгуран. И сегодня они снова решились на это.
Я нахмурился. Не семьсот лет назад, а семьсот пятьдесят. А про двести лет назад и нападение на Фулгуран вообще первый раз слышу. Сабио Атриос ничего об этом не говорил. Только о небольших стычках с Реолом за спорные земли, а никак не об осаде главного города юга.
— И король Лавой говорит вам — никогда и ни за что им не удастся разрушить Хранителей, что были оставлены нам Предком!
Но, похоже, простолюдинам не рассказывают такие тонкости. Крик гонца поддержали сотни глоток солдат. Да и некоторые идары вопили не хуже.
Во всех королевствах есть четыре главных города на каждой стороне света. Именно там перед своим уходом Предки оставили Хранителей: огромные статуи идаров с мечами, на одеянии которых высечены изначальные движения пути меча и шагов. Именно изменяя их и созданы умения всех Домов. Только королевский дом сохранил эти изначальные движения, все остальные же что-то, но внесли своего.
Когда Предки ушли, идары сумели восстановить путь меча по записям Хранителей, а дары Хранители давали на посвящении и так. Но спустя лет двести возникла ересь, которая гласила, что силу Предки разделили на все статуи Хранителей. И что если уничтожить Хранителей чужого королевства, то можно сделать своих сильней.
Первыми попытались выполнить это Андамо, затем Лано. Теперь вот Реол. Глупцы. Я, честно говоря, вообще сомневаюсь, что каменные изваяния, созданные самими Предками, можно вообще разрушить.
Я помню Хранителя севера в Грандоре. На нём нет ни следа минувшей тысячи лет.
А вестник продолжал орать, надрывая горло так, чтобы его слышали даже на дальнем краю нашего строя:
— Небольшой отряд реольцев, пользуясь замешательством и неразберихой, посмел двинуться к центральным землям нашего королевства. Король Лавой приказывает хоу Учлуну выдвинуться вслед за ними и наказать их за дерзость.
Какой-то молодой идар, вряд ли намного старше меня, годящийся мне в старшие братья, никак не в отцы, но с алой бляхой на поясе, шагнул вперёд:
— Слушаюсь приказа короля.
Я хмыкнул. Так вот ты какой, Учлун. Надо же, уже хоу. Сколько десятков солдат в твоём подчинении? Десять, двадцать?
Улыбка сползла с моего лица, когда к этому хоу Учлуну шагнули гаэкуджи. Один, второй, третий... И Глебол.
Но спустя несколько мгновений я снова улыбнулся и пожал плечами. Так, значит так. Путь к центральным районам королевства это путь на север. Жаль конечно, что не увижу осаду Фулгурана, но пока у моих солдат нет даже самых простых доспехов, что мне там делать?
Глава 5
Такое ощущение, что я проклят. И я сейчас не о тенях, которые все так же раздражают, едва заходит солнце. Честно говоря, я настолько к ним уже привык, что забываю о них. Даже не вздрагиваю, когда они сгущаются в сумерках и начинают скользить вокруг.
Нет, сейчас меня беспокоит другое. Реольцы, чтоб они позабыли, что штаны в кустах снимать нужно.
Когда я боялся, что они появятся, они появились. Ещё и попробовали моих людей на прочность своими луками.
Как только я решил поживиться за их счёт, ну доспехи, оружие, деньги и прочее, так они словно исчезли, растворившись в густых южных лесах.
Два жалких оборванца, которые решили было напасть на Поварёнка у ручья и то оказались своими же, крестьянами одной из деревень. Хранитель знает, откуда они вылезли, да ещё так не вовремя. Тощий оказался ближе всех и засадил каждому стрелу в бедро. Не мог сначала просто пугнуть их?
Сейчас мы уже неделю преследуем этих шустрых реольцев, что решили пройтись мечом по нашим центральным землям. И ничего, ни единой стычки. Впрочем, это и преследованием сложно назвать, если уж говорить по правде.
Третий день стоим лагерем на землях этого Дома и лишь проверяем, какие из его деревень целы. И похоже, таких здесь просто не осталось. Сколько здесь прошло реольцев, Безымянный их забери?
Кодик негромко спросил:
— Господин, заходить будем?
Не спеша отвечать, я сначала ещё раз оглядел лежащую впереди деревню. Ту самую, которую сегодня Глебол послал проверить именно нас. Как будто на третий день реольцы будут нас здесь ждать.
Ни дымка над домами. Левая и дальняя от нас окраина горела, но уже давно потухла. Только лай собак и протяжное, измученное мычание коров.
Позади кто-то охнул:
— Ах, чтоб тебя Безымянный побрал!
Я обернулся, опуская руку на меч.
И обнаружил позади нас смутно знакомого пацана.
На мгновение я было подумал, что передо мной один из тех, кто спрятался в этой деревне. Но только на миг. Сложно забыть лицо, густую шевелюру, а главное, пронзительные голубые глаза того, кого видел рядом с собой несколько дней подряд.
Кодик опомнился раньше меня:
— Ты чего здесь делаешь, пацан?
А тот, не отводя от меня взгляда, шагнул вперёд, а затем глубоко поклонился:
— Господин! Я решил служить вам, господин!
Я, совершенно такого не ожидая, опешил:
— Да зачем ты мне нужен?
Не разгибаясь, пацан громко выкрикнул:
— Не знаю, господин! Мыть посуду, разжигать костёр, стирать вещи. Что скажете делать, то и буду делать!
Невольно я покосился на Поварёнка, который обычно и занимался всем этим. А в придачу ещё и готовил. Когда у нас находилось из чего готовить.
Вдруг сообразив, я снова глянул на пацана и с изумлением спросил:
— А как ты нас нашёл?
— Так я с отцом с семи лет по нашему краю мотаюсь. С ним и дядькой Макелом. Чего ж я, не соображу, куда вы двинули, да не сумею выспросить, куда пошли? Вы очень приметный идар, господин, пусть даже и сменили одеяние и герб, я всё равно вас нашёл.
Я было кивнул, проведя рукой по волосам, но следом в голове возник ещё более серьёзный вопрос:
— А как ты нас догнал?
Пацан выпрямился, пожал плечами:
— Тяжело было, господин. Да только, раз уж я здесь, то справился. Повезло правда, что вы с того большого лагеря на север двинулись, да ещё и таким крюком.
Кодик хмыкнул. Я удержался. Лишь покачал головой. Ладно я бежал обратно к Глеболу не в полную силу. Но я считал, что за время в Кузне мои люди превратились в отличных младших воинов Дома. И он сумел нас всё же догнать? Поневоле задашься вопросом, а сколько в его жилах ихора? И чьего ихора больше, Амании или Дисокола?
Мой внимательный взгляд пацан выдержал, не опуская взгляда пронзительных голубых глаз.
Кодик негромко вмешался в наши гляделки: