Михаил Игнатов – Перековка. Малый Орден (страница 109)

Дутый Предводитель не продержался и трёх ударов в спину, а Тордак уже спешил в другое место битвы, сжимая запасной меч.

Туда, где женский голос требовал:

— Силус! Силус! Где ты?

Небо не простит, если он не поможет этой женщине найти этого самого Силуса и прикончить его. Не ей, Мастеру, выходить против Предводителя, но сегодня он станет её мечом.

Звуки лопнувших струн, отдающиеся болезненной дрожью внутри тела.

Огонь, падающий с неба?

Ломающие деревья порывы ветра?

Мелочи, когда на расстоянии меча враг.

Враг, к которому столько вопросов.

Тола ударил раз, другой, добавил стихией, отшвыривая Далана в сторону.

Не этот враг, другой. Что этот может знать о главном?

Через миг Тола уже был в двух шагах от своего магистра. От своего старого магистра — и присоединил свой меч к его мечу.

— Трусливые ублюдки! — выдохнул Болайн, оказавшись один против двух. — Справедливость?

— Кто разрушил Ущелье в Академии? — яростно потребовал Тола.

— Ха! — оскалился Болайн и отскочил, бросая взгляд в небо.

Хорит тоже посмотрел туда, спросил:

— Что? Твоя ставка проигрывает?

Не дожидаясь ответа, прыгнул вперёд, окружённый вихрем коротких узких клинков. Тола поспешил следом, разя всем, чему научился после возвращения из бездны безразличия.

— Без меня⁈ — яростно закричал вырвавшийся из круговерти схватки Ксанрос. Длинные волосы давно растрепались, были покрыты кровью и волочились по земле, но ему было мало, и он добавил третий меч к схватке.

Пять вдохов — и Болайн рухнул на землю, оскалился окровавленным ртом:

— Ублюдки!

Хорит молча вскинул руку, выбрасывая по кругу пять Флагов.

Не только магистр Леград заглянул в тайный раздел знаний Ордена, но и он, Хорит, освежил его в памяти.

Орден Небесного Меча умел не только убивать сектантов, но и ловить их, не давая убить себя.

Ничуть не хуже, чем сами сектанты ловили имперцев, не давая умереть уже им.

И лучше не задумываться над тем, кто первым начал создавать эти способы.

Страж Иликан выглядел не очень. Гирон то и дело ловил себя на том, что пытается отвести взгляд. И упорно заставлял себя глядеть на лишившегося половины волос Стража, на его лицо с чёрным ожогом в половину щеки.

Хорошо, что халат прикрывал остальное.

Но отводить взгляд было нельзя.

Не сейчас.

Гирон постарался не сглатывать, не облизывать губы, ни единым другим жестом не выдавать своих истинных чувств и вообще выглядеть словно статуя. Ни единого лишнего движения. И дышать. Глубоко и спокойно. И говорить так же.

— Уважаемый Страж, не поймите меня неправильно, но меня… — Гирон постарался, чтобы голос звучал бесстрастно, — … беспокоит случившееся и беспокоят прозвучавшие слова.

Так же бесстрастно прозвучал и ответ:

— Не думаю, что вас должно волновать то, что не имеет к вам ни малейшего отношения, младший.

— Вы полностью правы, старший, — склонил голову Гирон. — Но… Неправы одновременно. Недопонимание между кланом Эрзум и Стражами может сильно сказаться на всём Втором Поясе. Уже сказывается. Сначала один странный, невероятно сильный идущий в городе Рассвета, затем странные события у Кавиот, теперь… Теперь вот это.

— Хм, — нахмурился Иликан. — Ладно северные земли, но Кавиот? У вас везде есть свои глаза? Это хорошо.

Гирон обещал себе быть бесстрастным, но невольно поджал губы, спохватился, снова расслабил лицо и чуть повёл руками:

— Вы же знаете наше прошлое. Мы всегда приглядываем за Кавиот.

— Только приглядываете, Тириот? Тц-тц-тц… — покачал головой Иликан и резко сменил тон. — Неудивительно, что другим приходится делать больше и у Стражей столько лишней работы. Я повторю снова, только другими словами, — взгляд Иликана окончательно затвердел. — К моему несчастью, вы стали свидетелями противоречий между фракциями Империи. Даже к моему стыду… Но… Так вы сказали? Но? Но это ничего не меняет для вас, Гирон, — жёстко сказал Иликан, — и ничего не меняет для вашего клана. Император назначил Стражей Границ присматривать за Поясами Отсева. И беспокоиться вам нужно будет лишь тогда, когда о смене Стражей объявят на все Пояса Отсева и Нулевой круг, не ранее.

Гирон скривился. Про себя. Да, конечно, не раньше. Беспокоиться нужно было ещё тогда, когда пришло это странное предложение.

А вот Иликан усмехнулся открыто:

— Но как только на Вратах вы смените людей Гарой на своих, то можете отправить человека с докладом напрямую в Империю, в обход всех Стражей Второго пояса. И даже не к Стражам Империи или клану Вилор, а, например, к самому клану Эрзум. Рассказать им, как на ваших глазах убивали их человека. Или рассказать об этом не им, а клану Мадов, клану Зверей, которые сейчас в Империи считаются сильнейшей фракцией, затмившей не только Эрзум, но и ставшей плечом к плечу с самим кланом Вилор. Или рассказать всем сразу. Вы можете это сделать, Гирон, — улыбка Иликана стала ледяной, — разве я смогу вам — первому клану Поясе — это запретить?

Гирон сглотнул, отлично понимая вложенные в слова Иликана смыслы. Клан Зверей, да? И клан Вилор? Зверь, который участвовал в схватке, Зверь этапа Властелина и юноша, что без особых усилий убил эрзумца. А ещё цена. Никогда ещё ни его самого, ни его клан Тириот не покупали так откровенно. Все эти осторожные переговоры ранее? Бессмыслица, чепуха. Истинный товар и его цена прозвучали только сейчас. Клан Тириот получал право стать голосом Стражей Второго пояса и доступ к Вратам. Что Первого, что Третьего пояса. Цена проста — молчать. Забыть, что он сегодня видел.

Клан Дизир потерпел ряд поражений в битвах за Пределы, а затем развалился из-за внутренних противоречий и исчез, став семьёй Молд. Клан Гарой погряз в нарушениях и был наказан. Коротко и просто. Если не считать деталей.

Гирон склонил голову и приложил кулак к ладони:

— Клан Тириот не посмеет совершить такой глупый поступок. Во всём Втором поясе не найдётся более верных Императору Раму Вилору людей, чем идущие нашего клана.

— Значит, Стражи Границ обрели верного союзника, — Иликан тоже приложил кулак к ладони, подтверждая союз и договорённости. Подтверждая цену.

Осталось только обсудить эти самые детали.

Гирон скосил глаза на лагерь в лесу, сглотнул снова и осторожно заметил:

— Старший, столько глаз.

— Они не ваша забота, или вы не знаете, что такое Указы в три цвета от Стражей? Ваша задача, как старшего клана Пояса, заткнуть рты от слухов и глупостей и направить их в нужное русло.

Гирон кивнул. Говорить на весь Пояс то, что желают рассказать Стражи, затыкать чужие рты и заботиться, чтобы везде звучало то, что нужно. Два десятка странствующих болтунов о нужном… Нет. Лучше пять десятков.

— Я услышал вас, старший. Что с Кунг, с этими Кунг? — Гирон вновь скосил глаза на лагерь внизу.

— Они пытались вмешаться в междуусобицу, остановить нарушения и пали от руки обезумевшего от горя Далана Дизир. Завтра.

— Понял, старший, — склонил голову Гирон. — Теперь…

— Заместитель главы, — достигла Виликор мыслеречь Рагедона. — Здесь у меня…

Его мыслеречь полностью забил другой голос:

— Все мои посланники возвращаются впустую, их даже не пускают за порог. Посмеешь ли ты отказать лично мне?

Перехватить чужую тропу для мыслеречи может только более сильный. В случае с опытным Рагедоном это мог бы быть только пиковый Властелин или…

Догадываясь, кого слышит, Виликор выпрямилась в кресле и всё же спросила:

— Старший, кто вы?

— Отличное начало, — процедили в ответ. — Я старейшина Кунг и твой отец. Отир, если ты забыла не только голос, но и имя, дочь.

— Я с радостью встречусь с вами, старший Отир, — ответила Виликор, поднимаясь из-за стола.

Спустя всего сотню вдохов она склонилась перед вошедшим в зал идущим:

— Старший Отир, приветствую вас.