Михаил Игнатов – Осознание. Пятый пояс (страница 16)

И снова я промолчал.

Едва мы покинули поместье Пиатрия, как за ближайшим поворотом Седой опустил меня на землю, криво усмехнулся:

— Ну что, малец, момент истины?

Я, погруженный в свои мысли, не понял его, переспросил:

— Что?

— Как что? Я к Кулакам. Один. Ты тоже остаёшься один. Если надумал расстаться со мной и не присоединиться к Ордену, то самое время тебе уйти прочь, пока я не могу приставать с невестами.

Я, только что представлявший, как буду вести разговор с Кулаками, обдумал и слова Седого. Пройти напрямую к порталу, прокрасться вплотную или вырубить всю охрану, проверить, наконец, возможности кольца с драконом, и даже если ничего не получится, то просто воспользоваться самим порталом и уйти отсюда. В любое другое место Пятого пояса, тем более что время с Седым не прошло даром и я неплохо уже представлял, где получше, чем в землях Ян.

Я всё это обдумал, представил, вспомнил кое-что прошлое и тряхнул головой:

— Я чую в твоих словах страх Седой, — скривил губы в ухмылке. — Что, чуешь, что слабоват и только на меня рассчитываешь в возвращении своих вещей? Так, может, и не мне нужно присоединяться к Ордену, а тебе пойти со мной в один из десяти кланов?

— Страх? Малец, ты ври-ври, да не завирайся. Я не боялся даже тогда, когда Дамзор сообщил мне, что тащит меня к Алым Пикам, чтоб у этих ублюдков сектанты в родне нашлись. Десять кланов, десять кланов, — Седой явно передразнил меня, а затем вдруг начал сыпать ругательствами. — Да чтобы Беург подавился и помер на глазах всех своих любовниц, да чтобы Проут глаза, наконец, открыл и обнаружил, что половина детей не от него, да убился от злости, да чтобы гарховым Уш кинули, наконец, кость и дали право действительно десятым кланом именоваться и чтобы им тут же в горло вцепились Маурт.

Я нахмурился, пытаясь сообразить, кто все эти люди и к чему Седой их приплёл, и вдруг сообразил. С усмешкой сообщил:

— А всё же я был прав. Ты и сам очень и очень скользкий, Седой. Не нужно даже брата Галума, можно брать уроки у тебя самого. Видно, придётся этим заняться в пути.

Седой прищурился:

— Это обещание? Будешь брать уроки?

Я отмахнулся:

— Иди.

— Малец, ответь.

— Иди, Седой, иди, а то всё без нас решится и кто тогда твои вещи вернёт?

— Ты, малец?

— Тогда это будет тебе стоить очень и очень дорого, Седой. У тебя стольких знаний-то и нет.

— Я у Ян займу.

Я первый закончил этот странный разговор, молча уставился на Седого, и он, вздохнув, развернулся и умчался прочь.

К Кулакам. Предлагать свою помощь.

Я тоже неспешным шагом, невидимый, двинулся в ту же сторону. Мне нужно прийти попозже и с другой стороны. И нет, я не пойду к Пепельным или к порталу. Мало оставить печать на управляющем, нужно позаботиться и о том, чтобы хозяин города, кто бы им ни остался или ни стал, позволил мастерской и дальше работать на семью Пиатрия. А ещё есть Лая, Бессердечная Сука, к которой у меня тоже есть пара вопросов. Вопрос первый — кто мешал протянуть руку помощи Пиатрию. Вопрос второй — как на этот раз ты будешь оправдываться?

Проверил на ходу, как выгляжу. Свежий красно-чёрный халат не из моих запасов, волосы выцветшие, кожа на руках и шее стянутая и покрытая сеткой морщин, отвар Седого действует. Но этого мало. Нужно ещё имя и оружие. Наконец-то, пригодились копья, что я купил в торговом доме Ян. Они, правда, слишком неказисты для пикового Предводителя, за которого я себя выдаю, но если действовать по уму, то мне вообще не придётся их доставать — моим оружием будут Указы и техники.

Нужно только выбрать имя. Или не нужно? Устал я как-то от всех этих имен, чужих лиц и чужой жизни. Если я не могу быть Леградом или Римило, то не буду вообще никем.

Мне оставалось пройти половину квартала, когда в голове буквально прогремел голос:

— Кто идёт к резиденции Кулаков, скрываясь под невидимостью? Назовись или я буду считать тебя врагом!

Я остановился, постарался вспомнить ощущение чужого голоса и толкнул обратную мысль точно в его сторону. Как мне казалось.

— Я гость в городе, который ищет ответы на вопросы и надеется получить их у вас, старший.

Ответ показал, что мне всё удалось:

— Сними невидимость и выходи на площадь.

Я сдёрнул с шеи амулет, убрал его в кольцо. К хорошему привыкаешь быстро, уже даже и рука не тянется к поясу.

Неожиданно вспомнились дни в городе Морозная Гряда, когда я впервые начал зарабатывать на искательстве, хорошо оделся и принялся задирать нос. С тех пор прошло немало лет, я вырос, стал сильней, а сейчас и вовсе выгляжу как старик.

Хмыкнув, заложил руки за спину, расправил плечи и так, словно был главой пусть и мелкого, но союза, двинулся дальше.

Там и правда обнаружилась небольшая площадь перед высоким зданием, на стене которого красовался знакомый мне герб. Резиденция Кулаков.

В воздухе висело восемь Властелинов. И Седой. С краю.

Под ними толпились другие идущие, слабее, я думаю. Все они сейчас пялились на меня, иногда даже сжимая в руке оружие.

Не обращая на них внимания, я прошёл ещё пять шагов и только тогда остановился, вытащил руки из-за спины и неспешно, и не очень глубоко согнулся в приветствии идущих, глядя при этом на парящих в воздухе Властелинов:

— Старшие, рад приветствовать вас. Я гость в вашем городе, прибыл из города Плачущих Ив и ищу у вас помощи.

В голове тут же взорвался смехом голос Седого:

— Ха-ха! Отлично, малец, отлично! Вот это мне нравится гораздо больше, чем образ бедолаги-искателя, что перебивается от выхода к выходу и даже со слугами в харчевнях держится как с равными. Мир идущих уважает только силу. Вот так и держись с ними и дальше. Помни, это ты им нужен, а не они тебе.

Я даже не покосился в его сторону. Нашёл представление. Да ещё и как-то очень быстро забыл свои страхи, что я мог и не прийти, а уйти прочь.

Мне ответила женщина:

— Гость, ты видел, что творится на улицах нашего города? Ты уверен, что сейчас самое время искать у нас помощи?

Я выпрямился и кивнул:

— Уверен. Могу я объяснить своё дело?

В этот раз я намеренно опустил именование старших. И если на лице женщины, которая и отвечала мне, ничего не отразилось, то лицо одного из мужчин, что висел рядом с ней, дёрнулось.

— Каков наглец. Нашёл же смелость дерзить, когда в этом городе жизнь не стала стоить ничего. Не боится?

— Во-первых, Морт, мы не знаем кто он и кто за ним стоит.

— Лишь бы не Ян.

— Не бросайся громкими словами. Ты ведь не ослеп? Этот человек не из нашего города, значит, он прибыл из другой фракции, из какой, брат Морт?

— Он же сам назвал город. Это город семьи Смалек.

— Он сказал неправду.

— Что⁈

Вторая женщина словно подхватила слова первой:

— Это неважно, обычная мера предосторожности, лучше оцени его силу, Морт, а затем оцени опасность от него.

— Хм, — помедлив, Кулак Морт сообщил результат. — Не очень силён, но опасен? Забавное сочетание.

— Для тебя, с твоим характером, это, возможно, и забавно, мы же видим перед собой очень сильного Предводителя.

— Или слабого Властелина, — вмешался в разговор третий женский голос. — Я ощущаю в нём странный дисбаланс между духовной энергией и стихией.

— А я нет.

— Потому что тебе это никогда и не давалось. Нашёл чем хвалиться, Морт, толстокожестью?

— То мой характер вам не угодил, теперь ещё и толстокожесть приплели. Вы меня в мужья выбираете, что ли? Нашли время.

Подслушивать их было, с одной стороны, интересно, с другой — сколько мне ещё стоять с глупой рожей, делая вид, что я в тишине жду ответа? Ни к кому не обращаясь, выдохнул:

— Похоже, я пришёл искать…