Михаил Игнатов – Гардар. Книга первая (страница 8)

И Динис, чья мать получила в награду особняк в серебряном круге столицы, где он провёл всё детство и часть юности, жизнерадостно заржал. До драки, правда, академики не опустились. Или не снизошли?

Так что Рино, владеющий только первой ступенью силы, заслуживает уважения. Он, в отличие от тех студентов, эмоции ничем, кроме вскинутых бровей, не выдал. Как и интендант. Но тот уже в возрасте: небось и не таких мнительных, как я, видел. Так что даже и бровью не повёл. Надо потом поинтересоваться невзначай, почему ему за сорок уже, а из лейтенантов не вырос.

«Всё хорошее когда-нибудь кончается, – с грустью подумал я, глядя на пустые тарелки. – И начинается плохое», – добавил, поднимаясь из-за стола. Плохое ждало меня в башне, а именно гордый потомок родового имени ра Редок. Надеюсь, долго приставку к имени он не проносит и будет зарабатывать её лично, а это ой как тяжело оступившимся. Так вот, он тоже не лучился радостью при виде меня. Ну, ещё бы: выходец из простых работяг, за два года пробежавший галопом по основам магии, сорвал куш благородному ему, шесть лет изучавшему искусство магии. «Вот только, – злорадно подумал я, – у меня не за горами подчинение плетений мастера, а ты всё ещё бакалавр». А вообще, разительный контраст с Динисом ра Чалом. Может, его предки из тех, кого приставка делала дворянином, когда они все были пожизненные и титул не могли отобрать? Вот и воспитывали наследничка по своему пониманию?

Долго терпеть его общество было выше моих сил. И я на полную мощь пользовался доступной мне силой. Нырял в магический план в трансе Сах и, протянув щупальца силы, за секунды реального времени проверял содержимое шкафов. Возвращался и сверялся с реестром. Несколько раз Дорку пришлось писать мне рапорты о причинах списания того-то и того-то. Я их аккуратно вкладывал в папочку. Таким способом мы ещё до обеда прошерстили всю башню по реестру. Так как я дела принимал в первый раз, то решил, что на этом всё – если какие-то тонкости в этом процессе упустил, то уже ничего не сделаешь. Это мне наука на будущее. Но уж самые дорогие вещи точно вернулись на место.

Так что действия переместились в канцелярию. Я отдал реестр со всеми бумажками, мы понаставили своих росписей и отпечатков ауры, и я официально принял должность мага крепости Дальний Рог. Армейская жизнь началась.

– Мы ещё встретимся, – уже стоя у своих лошадей, бросает мне ра Редок.

А я, глядя ему в глаза, отчётливо понимаю, что он ничего не понял и, к сожалению, никогда не поменяется. Он действительно считает себя выше всех вокруг. И у многих, кто окружает его, возникнут проблемы. А у меня они появятся обязательно. Дорк не оценил, что я оградил его от серьёзных разбирательств со службой безопасности Империи. И что дал ему вчера шанс сохранить приставку, которую шесть поколений его предков добывали служением стране.

– Зачем откладывать на потом? – я слышу себя словно со стороны. – Все наши разногласия можно решить сейчас. Так будет лучше. Ты перестанешь позорить свою семью, а твои родные вздохнут с облегчением, что паршивая овца больше не портит честь рода.

Лейтенант Маралат за моей спиной давится очередным вздохом. А мы с ра Редоком смотрим глаза в глаза.

– Ты! – Дорк буквально шипит. Вот же, действительно, гадёныш. Но затем зло ухмыляется. – Повторяю: мы ещё встретимся.

Я смотрел ему вслед и ругал себя последними словами. Нужно было вчера брать его за шкирку и волочь к Маралату. Факты должностного преступления налицо, и даже если сам Рам как-то в этом замешан, то игнорировать меня он бы не смог. Куда ж деваться, если дело закрутилось. Но я вчера пожалел коллегу, дал шанс подумать над своим поступком. Вот он и думал всю ночь. Судя по ненависти в глазах, он решил, что я его личный враг, личный Отступник. Их имена, правда, история не сохранила, а вот ра Редок моё не забудет. И на провокацию он не поддался, не вызвал меня за оскорбление. Я хотел решить всё здесь и сейчас, но он сдержался, проглотил мои слова. Не хватает мне опыта, чтобы парой фраз смертельно обидеть, я не ра Чалом. А мне вызывать его нет повода и смысла. Вчера он меня оскорблял, но свидетелей нет. Даже если он примет вызов по надуманному предлогу, то в ответ выберет условие до крови и всё останется на своих местах.

– Рам, мне нужна гербовая бумага и чернила, – спокойно, скрывая бурю в душе, говорю я.

Это всё, что мне остаётся. Опишу события беспристрастно – может, поверят… Хотя бы пусть в Райте за ним проследят. Надеюсь, он не станет осторожнее и на чём-нибудь попадётся. Так для всех будет лучше.

– Что между вами случилось, Аор? Вы знакомы едва день, а ты искал возможность его убить.

Рам внимательно на меня смотрит, но вот выражение его лица мне непонятно. Опасается чего-то?

– А ты лучше скажи мне, лейтенант, как служилось вам тут с бакалавром ра Редоком? – чернила тонкой нитью потянулись из чернильницы к листу бумаги, ложась на него ровными строчками.

– Ну… Не очень, если честно. Ни хрена он тут не делал. Заметил, что у нас в крепости даже шаров освещения кот наплакал? Да и они древние – держатся на честном слове. Его из башни вытащить невозможно было. Как ещё Источник работает?

– А какого тёмного ты тут сидишь? На тебе же не только канцелярия, ты же ещё и представитель Третьего министерства в этой крепости, – я удивлен: он же имеет немалую власть как раз в подобных вопросах.

– Умник, – дёрнул щекой Рам. – Я писал рапорт о его халатном отношении. Мне из Райта, из канцелярии наместника, пришел ответ, что нечего влезать в дела магов. Мол, не в моей компетенции оценивать его действия. Там его кто-то прикрывает, и мой рапорт завернули в пределах провинции.

– Ясно; ну теперь я, как маг, принимавший у него дела, напишу бумажку, – бравирую, а самому немного тоскливо. И впрямь, связи. Как же обоих этих змеёнышей приструнить? – Пусть мою компетентность оценят. Говоришь, в крепости всё магическое еле дышит?

– Да. И что? Не стыдно писать? Вы же как про нас, безопасников, шепчетесь: доносы, доносы, – Рам даже подался вперед от нетерпения услышать ответ.

– Я лично так никогда не считал. Каждый делает своё дело. Вы боретесь с внутренними врагами. Я бегаю по магической части. Нам ещё одного мятежа не хватало. И свои рапорты не считаю доносами. Вчера в хранилищах самых дорогих вещей недосчитались. Сейчас, конечно, ничего не докажешь – сглупил я вчера.

Я был необычайно многословен для себя и старался максимально точно описать свою позицию и не опускал глаз.

– Но вот если бы всё пошло так, как он хотел, то я сейчас остался бы без кучи нужных вещей. И какой-нибудь солдат мог погибнуть, потому что у меня заживляющего зелья не оказалось в запасе. Это как пример. А он сейчас уехал с повышением и, как ты понял, голосу разума в моем лице не внял. Там из-за него могут пострадать ещё больше людей. Пусть за ним глядят и остановят вовремя, пока он себе на рудники делов не наделал. То, что на меня злобу затаил – это, конечно, неприятно, но если он дурак, то нужно убрать его от дела подальше.

Рам кивнул:

– Ясно. А почему два рапорта пишешь?

– И в свой Пятый департамент отправлю. Пусть приглядят за ним. А то начнёт с пузырька зелья, а закончит Отступником.

«Да и так больше шансов, что не завернут письмо, как у Рама. Надеюсь, в нашем департаменте у него родственника не окажется».

– Типун тебе! – ругнулся Рам на мои слова об Отступнике.

– Ну-ну, ты меня, дипломированного мага, ещё сглазом напугай. А считаю я, что из таких и вырастают враги нашей страны, – убеждённо привёл я главный свой довод.

Глава 6

После канцелярии я направился на склад – вотчину старшего лэр-лейтенанта Таргана. Пора радовать мою хозяйственную жилку. То есть получить всё, что мне положено, и ещё что-нибудь… А вдруг пригодится?

Сначала Динис опешил от наглости и даже бумаги, которые я прихватил из канцелярии, его не убедили. А как стал орать, требуя объяснить, зачем магу в крепости доспехи и оружие… Я терпеливо растолковал, что вечно сидеть за стенами не собираюсь, что учили меня многому, а не только стоять на стене и кидать во врагов каменюки. Потому и побегать по лесу в патруле когда-нибудь придётся. А если в одоспешенном отряде будет человек в мундире, да ещё и при посохе, то кто поймает первые стрелы? А я не архимаг, чтобы выжить с таким довеском.

Он покряхтел, вздохнул жалостливо, возвёл глаза к небу, обозвал психом и сдался. Но проделал это с такой странной улыбкой на лице и всего после пяти минут уговоров, что это меня, в училище дольше выбивавшего себе запасное снаряжение, просто не могло не навести на подозрительные мысли. Это всё неспроста. С чего такая благотворительность и попрание всех известных мне основ поведения человека, отвечающего за материальные блага? А они, как известно, из воздуха не берутся.

Так что я стал обладателем повседневной формы, крепкой горной обуви, бахтерца, бармицы, кольчужных штанов, шлема, двух мечей разной длины, алебарды, стилета, ножей, двух щитов. Элементов дополнительного бронирования – на случай обороны крепости и стояния на стенах – в виде наручей, наплечников, набедренников, наколенников, перчаток. С ними шли средний и малый метатели, обоймы к ним, кучи болтов (Динис сказал, что раньше, чем через три месяца боевых действий, он больше мне не даст), комплект шипов (положен всем владеющим силой). Служебного офицерского амулета-артефакта защиты от магических и ментальных атак (мой выпускной лучше, как и офицерский – третью ступень он легко держит и способен удержать четвёртую, но запас энергии больше). Наборов для ухода за доспехами и оружием, накидки под цвет зелени, плаща от дождя, рюкзака, фляги и прочего, и прочего… Забрал даже зажигательный амулет и походный фильтр, хотя ни с добычей огня, ни с очисткой воды у меня проблем возникнуть не могло. Старший лейтенант молча выдавал всё, что мне положено, но в конце концов сказал, что людей столь жадных до каждой мелочи он ещё не видел. Это он зря клевещет. Я не жадный. Просто мне это действительно пригодится.