Михаил Харитонов – Золотой ключ, или Похождения Буратины. Несколько историй, имеющих касательство до похождений Буратины и других героев (страница 10)

Пунктум одиннадцатый и двенадцатый. И опять то же!

Наша неистощимая на выдумки г-жа Флокс пишет:

«Не пытайтесь использовать седло, стек, удар плетью, шпоры и другие инструменты, ограничивающие движения животного и причиняющие боль! Попытка взнуздать медведя может вернуться Вам нетрудоспособностью, травмой или даже смертью, если только медведь не боевой и не приучен к удилам».

Во-первых, как я уже многажды повторял ранее, никакие действия с медведем никому ничем не грозят! Разумеется, медведь, не приученный к узде, не даст себя взнуздать, но и только. Кстати, хотелось бы спросить г-жу Флокс, что она знает о так называемых «боевых медведях» и видела ли она хоть одного. Уверен, что ответ будет отрицательным, поскольку «московитские боевые медведи» – не более чем противумосковитский миф.

Возмутителен также список «популярных мест» московитских городов, приводимый ниже. «Исторический памятник, популярный ресторан, концертный холл, ночной клуб и т. д.» — то ли очередное проявление низкого нрава этой безстыжей особы, то ли сознательное глумление над нашими ценностями. Разумеется, в наших городах есть рестораны и ночные клубы, как, впрочем, и везде. Однако самыми популярными местами они никоим образом не являются! Правильный ряд выглядит так: «Храм Дочки-Матери, семейное кладбище, присутственное место, поминальная, кабак». Это и есть те места, кои московиты посещают чаще всего – посещают с чувством, посещают с толком, посещают с должною разстановкою истинных приоритетов!

Хотя – в душу мою закрадывается страшное подозрение: что, если г-жа Флокс под странным и кощунственным термином «исторические памятники» разумела именно наши храмы? Полноте, да верующая ли она, ведомы ли ей Святые Понятия? И коли вправду так – что это говорит о вас, милостивые государи публикаторы?!

Не хочу, впрочем, развивать эту тему, прежде чем не посоветуюсь со своим духовным наставником, педобиром о. Ниобием Лимфатиком. Надо ли добавлять, что сей воистину святой муж окормляет, помимо меня, многих влиятельных существ, включая г-на Пипищенко, ныне обременённого заботой о личных финансах нашей возлюбленной врио-гидры Морры?

Пунктум тринадцатый. Возможно ли, что г-же Флокс неведомо вот что: горячо рекомендуемое ею развлечение «до упаду» запрещено законом в Архангельске, а в Нижгороде считается допустимым только при юридически оформленном согласии владельца медведей? Медведь, танцующий и пляшущий несколько часов подряд и потом падающий без сил от переутомления, может погибнуть или потерять здоровье. Опять же – sapienti sat!

Пунктум четырнадцатый. Вначале я хотел его вовсе пропустить, так как, по уже сказанному, публичное обсуждение половой тематики – в особенности так, как это принято в наше время, то есть буквально, буквально на каждом углу и в самых откровенных выражениях! – я считаю безстыдным, вульгарным и неблаготворным. Однако и здесь я вижу ложь, умолчания, передёргивания и, наконец, очернение, смириться с которым мне не позволяет совесть. Поэтому, дабы избежать её язвящих сердце упрёков, я скажу буквально несколько слов и по этому поводу.

Итак, наша всё испытавшая г-жа Флокс утверждает:

«Заняться сексом с медведями в принимающей роли, если Ваш вес не превышает 350 килограммов – плохая идея».

Насколько можно разуметь, под «принимающей» ролью – о, этот гнусный жаргон! – г-жа Флокс разумеет то, что в Русском языке именуется ролью пассивной или женственной. Так вот, выраженное мнение, что близость с медведем в таковой роли невозможна для существ не весьма массивных, является не чем иным, как предрассудком. Медведи очень осторожны, к тому же существует множество остроумных приспособлений, позволяющих наслаждаться близостью с медведем, не испытывая неудобств от его веса. Проблему может представлять apertura, в особенности если в роли принимающего отверстия выступает – выразимся поэтически, иносказательно – diverticulum. Но такая проблема возникает всегда при попытке принять слишком многое и сразу, без должной подготовки, в особенности же – способом, не предусмотренным Натурою. Надеюсь, я выразился достаточно ясно? Sapienti sat.

Что касается медвежьего языка, то я, сам не будучи знатоком такого рода удовольствий, сошлюсь на мемуары Мизюлиной, на этот раз на том девятый, где эти вопросы разбираются самым обстоятельным образом (сразу после знаменитой главы об оральном сношении с дятлом).

Относительно же «специфического запаха» и «сильных сокращений», упоминаемых ниже. Это тот самый случай, когда всякие слова пресекаются и деликатностью, и крайним негодованием. Отмечу лишь, что если г-жа Флокс и в самом деле та, за кого себя выдаёт, то не ей говорить про «сокращения». Если же она та, кем я её вижу, то ей лучше всего даже не заикаться о запахе – ибо существа некоей печально известной основы известны крайней нечистоплотностью во всех отношениях, включая и физическую нечистоту!

Пунктум пятнадцатый, об отводе глаз медведями. Вот тут всё верно и по словам, и по сути, за исключением того, что архангельское и нижгородское выражения перепутаны. Скажу более: это единственный (sic!) пунктум, относительно которого у меня сложилось мнение, что г-жа Флокс и в самом деле знает, о чём говорит.

Но в таком случае стоит посочувствовать г-же Флокс, которая, лихо отписывая свой непритязательный опус, не подумала о том, как он может отразиться на её собственной репутации. Будучи уважаемым заводчиком, давшим жизнь не одному поколению медведей, я уже отправил в Московию все необходимые указания. В результате г-жа Флокс может остаться без помощи тех, кого она дерзновенно поименовала «видом транспорта».

Покончив с этим, перейдём, наконец, к последнему – но не по важности! – вопросу: а кто такая г-жа Сюзи Флокс и чем сия сомнительная особа заслужила право публиковаться в таком издательстве, как ваше?

Во-первых. Я навёл справки и легко выяснил, что утверждение «я торговый представитель сети „Дрэк Анлимитед“ в Московии и на Севере в целом уже более десяти лет» является очередной ложью, и на сей раз самой прямой, фактической ложью! Правдой тут является лишь то, что г-жа Флокс последние десять лет и в самом деле работала в нескольких доменах C.-Д., которые с натяжкой можно отнести к «Северу». Однако в «Дрэк Анлимитед» она работает менее двух лет, а в Московию была отправлена всего полгода назад. Это объясняет её крайне слабое и поверхностное знакомство с нашими реалиями – но и в той же самой мере является образчиком мошенства и интриги, жертвой которой стали доверчивые читатели.

И во-вторых. С некоторого момента меня посетило настоятельнейшее желание взглянуть на мордашку этой ловкой, пронырливой особы.

С обложки вашей брошюры на нас смотрит молодая, не лишённая обаяния хемулька – правда, с неестественно узким грызлом. Меня, как знатока породных отличий и опытного фенотиписта, это сразу насторожило. Я затребовал несколько изображений Сюзи Флокс и получил их, но все они несли следы некоей внутренней нечестности художника.

Наконец, мне добыли портрет г-жи Флокс, сделанный на судебном заседании – на котором она, кстати, была ответчиком и обвинялась в оскорблении чувств. Портрет, как и все судебные зарисовки, был сделан с должного расстояния, рукой профессионала, и весьма точен. Так что я без труда разглядел на нём искомое.

Я готов прозакладывать сто соверенов против пустой яичной скорлупы, что г-жа Флокс не является истинным хемулем. Это самая обыкновенная филифёнка с подрезанными ушами и в тёмных очках, скрывающих характерно выпуклые глаза. Остальное делает печально известная способность этих существ отводить глаза и притворяться не тем, что они суть.

Нет, судари мои! – я никоим образом не являюсь видистом и не подразделяю существ на «добрых» и «дурных» в природном или высшем смысле. Что касается дел Природы, то sol lucet omnibus, то бишь – солнце светит на всех. А с точки зрения Вечности, для пресвятой Дочки-Матери все мы лишь несовершенные подобия истинно-совершенных существ – однако же подобия, достойные жалости и снисхождения, но не отвержения и презрения. Не будем же строже Природы и Дочки-Матери судить о ближних.

Однако есть ценностей незыблемая скала и есть моральный закон, оставленный нам! И вот, обращаясь к этим мерилам, я и выношу свой приговор. Я считаю филифёнок дурным племенем, прежде всего потому, что эти существа постоянно пытаются занять чужое место. В данном случае очередная особь, щедро являя врождённое нахальство, вертлявую пронырливость, нечистоплотность и лживость, сумела втереться в доверие не только менеджерам «Дрэк Анлимитед» (деф бы с ними!), но и другим вполне достойным существам, о коих я доселе был гораздо лучшего мнения.

Впрочем, уж если быть честным, так до конца. Не только сами филифёнки виновны в своём незаслуженном успехе и фаворе. Их дар отводить глаза на самом деле весьма слаб и может кого-то обмануть лишь a prima facie, но не при сколь-нибудь длительном общении. Главным их оружием является наша собственная мягкотелая уступчивость, неготовность противостоять нахальству и напору, а также наша податливость на грубую лесть, искательство и всякие низости, кои филифёнки предлагают с безстыдною готовностью. В случае же разоблачения всегда можно отговориться тем, что филифёнка, дескать, обманула и отвела взгляд. Не то ли произошло и на сей раз? Каким таким путём эта Флокс проникла в число авторов вашего издательства? И какого рожна её безграмотная писанина была допущена к печати? Да ещё в серии «Для чайников», обыкновенно вызывающей доверие новициев?