Михаил Гужаковский – Песнь о расколотом небе (страница 76)
[Verse 2]
«Живые!» – выдохнула Яра. Вмиг
Исчезла сталь из голоса и взгляда.
Она рванулась к князю. Детский крик
Алёнки, что проснулась, был наградой
Для всех. Она тянула ручки к Ратибору,
Не понимая, что за бог войны
Стоит пред ней, но чувствуя опору
И силу в нём. И не было вины
В его душе, когда он брал дитя.
[Verse 3]
Дамиан, жрец, не суетясь, окинул
Взором повозку, полную едой.
«Да сбережёт вас тот, кто не покинул
Вас в этот час. Теперь у нас с тобой,
Мой князь, есть время. Время, чтоб взрастить
Наш замысел. Еда – свобода действий».
Он подошёл к коню, чтоб покормить
Его с руки. Без лишних происшествий
Прошла их вылазка. И это – дар.
[Verse 4]
Пока мужчины разгружали воз,
Снося припасы в скрытую пещеру,
Где не найдёт их ни жара, ни мороз,
Алёнка, позабыв про всяку меру,
Играла с Микулой. Большой добряк,
Что в битве был как разъярённый зверь,
Теперь сидел на корточках, и так
Смешно он корчил рожи, что теперь
Смеялась девочка, забыв про страх.
[Verse 5]
Горазд развёл костёр, но не большой —
В овраге, чтоб не виден был дымок.
И скоро запах каши над душой
Усталой каждого потёк, как сок
Целебный. В этот вечер тихий, мирный,
Они сидели кругом у огня.
И этот ужин, скудный, но обильный
Надеждой, стоил прожитого дня,
Наполненного риском и борьбой.
[Verse 6]
«Что дальше, князь?» – спросил Всеслав, когда
Все утолили голод. – «Снова ждать?»
Князь Ратибор ответил: «Господа,
Теперь мы будем чаще нападать.
Мы знаем их маршруты. Мы, как волки,
Что знают лес. Мы будем рвать обозы,
Сжигать мосты, устраивать уловки.
Мы станем их проклятьем и занозой.
Пусть каждый враг боится шелеста листвы».
[Verse 7]
Он говорил, и в отблесках костра
Его лицо казалось высеченным
Из камня. В нём решимость и остра,
Как бритва, воля. Взглядом отмеченным
Был каждый. «Мы не армия. Мы – месть.
Мы – партизаны. Наша сила в том,
Что нас не видно. Наша цель и честь —
Измором взять их, защищая дом.
И каждый куст нам будет крепостью».
[Verse 8]
И в этот вечер, под покровом звёзд,
Родился новый план. Не обороны,
А дерзких вылазок. Ответ был прост
На их вопрос. Они – не батальоны,