Михаил Гужаковский – Песнь о расколотом небе (страница 46)
Он в пустоту, – и папа… где они?»
Он больше не творил и не ломал
Миры. Он просто был один, в тени
Реальности, что била посильней.
[Verse 5] [Warm, gentle tone]
К нему бесшумно подошла княжна.
Не как к владыке, а как к сироте.
«Они вернутся, – молвила она, —
Они искали мира в суете
Для твоего спасенья. Не кори
Их за любовь, что стала их тюрьмой».
Она присела рядом. «Посмотри,
Ты не один. Теперь мы все с тобой».
И положила руку на плечо.
[Verse 6] [Hopeful shift]
И мальчик вздрогнул. Но не отшатнулся.
Он поднял взгляд, заплаканный и чистый.
И в нём Горазд увидел, как проснулся
Не бог, а человек. Душой лучистой
Он был похож на тысячи других
Детей, что ждут родителей с дороги.
И в этот миг из всех чудес благих,
Что видели герои, эти крохи
Тепла простого были всех ценней.
[Verse 7] [Realization]
«Он потерял всю силу», – понял Крот.
«Нет, – Дамиан ему ответил мыслью, —
Он не терял. Он сделал поворот
К себе. Он выбрал жизнь с простою мыслью,
Что лучше быть любимым, чем большим.
Он выбрал слабость, что дарует близость.
И этим шагом он нерасторжим
Теперь с людьми. И в этом его милость
К себе и к миру, что он чуть не рушил».
[Verse 8] [Quiet, peaceful outro]
И семеро усталых пилигримов
Стояли молча в сумраке сыром.
Их путь был кончен. Средь руин незримых
Они нашли не славу, не паром
В бессмертие, а плачущего бога,
Что захотел стать просто человеком.
И эта ноша стоила порога
Любой войны. И в этом новом веке
Им предстояло научить его смеяться.
[22.06, 10:06] brainxd555: Сказание о мире под расколотым небом
[Песнь XXXVIII: Гнев паствы]
[Verse 1] [Tense] [Distant shouting]
Не успел ещё воздух согреться
От простого людского тепла,
Как снаружи раздался не сердца
Стук, а гул, что несла кабала
Слепой веры. За дверью подвала
Нарастал недовольный ропот.
Толпа, что божество своё звала,
Услышала не громы, а шёпот
Тишины. И пришла за ответом.
[Verse 2] [Heavy footsteps] [Angry mob sounds]
«Отворяйте! – кричали снаружи, —
Что вы сделали с нашим Всеславом?
Вы, еретики, предали души
Наши! Вы отравили отравой
Святыню! Мы вас выведем к свету!»
И тяжёлый удар в дверь раздался.
«Они думают, мы по обету
Молчанья его в жертву отдали»,