Михаил Гужаковский – Песнь о расколотом небе (страница 43)
Была уже не мёртвой, а живой —
В ней пели птицы, что из ничего
Возникли, тронутые той молвой
О мире яви. И для одного
Мальчишки-бога этот сон стал домом.
[Verse 2] [Strings]
«Спасибо вам, – промолвил он, – за сказки.
Я думал, мир – лишь пепел и тоска.
Я думал, в нём лишь боль и злые маски,
И одиночества глухая река.
Теперь я вижу – он другой. Он дышит.
Он пахнет травами и звоном стали.
И даже в тишине молитвы слышит
Тот, кто устал от горя и печали.
Но как же вам вернуться в мир живой?»
[Verse 3] [Questioning tone]
Герои наши молча оглянулись.
Вокруг был луг, и лес, и синий плёс.
Места, что в их рассказах промелькнули,
Теперь стояли здесь вполне всерьёз.
И не было ни выхода, ни входа.
Лишь красота, рождённая мечтой.
«Мы пленники, – сказал Горазд, – у брода
Реки забвенья. Слишком уж простой
И сладкий этот мир, чтоб нас пустить».
[Verse 4] [Piano] [Thoughtful]
«Ты – бог, – промолвил Дамиан устало, —
Ты этот мир из ничего соткал.
Тебе ли не найти его начало?
Ту дверь, что ты когда-то запирал,
Спасаясь от себя и от людей.
Ты должен помнить, как вошёл сюда.
Не силою ума, не блеском идей,
А чем-то, что вело тебя тогда.
Что было первым чувством в этом сне?»
[Verse 5] [Sad] [Whisper]
Всеслав нахмурил брови. «Я не помню…
Я помню только холод… пустоту…
И страх… что я один в каменоломне
Вселенной… и что я не обрету
Ни рук, ни голоса… что я – ошибка.
И я бежал от этого суда
Без судей. И любая здесь улыбка —
Лишь способ спрятаться от никуда.
Я просто… закрыл глаза и провалился».
[Verse 6] [Hopeful] [Growing sound]
«Так отвори их! – крикнула княжна. —
Не здесь, в своём прекрасном сне, а там!
В той пустоте, где стынет тишина!
Ты больше не один! Не веришь нам?
Возьми нас за руки! Мы пойдём вместе!
Туда, где страшно. Где и свет, и тьма.
Мы будем рядом! Клянусь тебе честью,
Что не оставит ни одна душа
Тебя, пока ты сам не пустишь нас!»
[Verse 7] [Powerful] [Chorus-like]
И мальчик-бог, что вечность был один,
Смотрел на семь протянутых ладоней.
Он видел в них не слуг, не господин
Был нужен им. Он видел на ладони
У Ратибора шрам, у Крота – землю.
Он видел веру, хитрость и отвагу.
И, голосам их искренним внемля,
Он сделал шаг, доверившись бродягам,
Что в душу забрели к нему случайно.