Михаил Гужаковский – Песнь о расколотом небе (страница 13)
[Песнь XV: Гнев Земли]
Небесный бог, от боли обезумев,
Направил взор, что был чернее угля,
На дерзкого героя. «Смертный прах!
Ты пожалеешь, что развеял страх!»
И с неба хлынул не огонь, не лёд —
Поток забвенья, что саму суть сотрёт
Из бытия. Пульсирующая тьма
Спускалась, чтоб свести весь мир с ума.
Но руна, что пылала на земле,
Не собиралась оставаться в мгле.
Она раскинула незримый щит,
Прозрачный купол, что собой хранит
Весь город. И поток небытия
Ударил в купол, злобу затая,
И растекался, как вода по глади,
Не в силах причинить урон преграде.
И Всеслав чувствовал, как меч в руке
Стал продолжением его в реке
Земных энергий. Он не просто стал
Сильнее – он с землёю одним стал.
Он видел нити, что от каждого
Живого существа тянулись важные
К нему, к мечу, и к руне под ногами,
Сплетаясь в обережное пламя.
«Ты прячешься за старые щиты!» —
Ревел из бездны бог из пустоты. —
«Но я разрушу эту колыбель!»
И он ударил. И дневная трель
Всех птиц умолкла. Содрогнулся мир,
Как будто бог устроил адский пир.
Удар пришёлся не по городу, а мимо —
По дальним скалам, недвижимым,
Что пали в пыль. И враг готовил новый,
Ещё мощней, удар, уже готовый
Стереть всё с карты. Но герой не ждал.
Он поднял меч, что золотом сиял,
И сделал шаг. Но не по мостовой —
Он сделал шаг по воздуху. Собой
Он управлял, как будто бы ступал
По лестнице, что дух земли создал.
Он шёл наверх, навстречу злому оку,
Влекомый одному ему известному року.
И с каждым шагом меч его вбирал
Всю силу руны, весь её запал.
Он поднимался выше крыш и шпилей,
Покинув мир земных, привычных стилей
Движенья. Он летел, чтоб бой принять
Там, в небесах, и чтоб не опоздать.
И люди, что от страха ниц лежали,
Подняли взоры. И они видали,
Как их защитник, их земной герой,
Один пошёл на бога в смертный бой.
И в их сердцах, где поселился лёд,
Проклюнулся надежды разворот.
Их тихий шёпот, их молитвы все
Слились в одну поддерживающую песнь.
И Всеслав слышал их. Он не был одинок.
За ним стоял не город, а исток
Всего живого. И клинок в руке
Был тяжелее в этой синеве.
Он замахнулся, целясь прямо в глаз,
Чтоб положить конец всему сейчас.
И бог, увидев дерзость молодую,
Направил на него всю мощь слепую.