Михаил Гужаковский – Фэнтези на любой вкус. Часть 1 (страница 98)

Хитрее, чем мы думали. Убить

Его нельзя. Он магией ухожен.

Его убийство может пробудить

Такую силу, что снесёт полгорода.

Не трогай зверя! Нужно оборвать

Поток! Смотри на кошек, что у входа

Сидят в трансе. Их нужно разорвать

С источником. Ошейники на них —

Вот ключ к разгадке, вот где слабость их!»

В тот самый миг снаружи гром затих

И начался. Удар! И крик двоих

Сплелись в один. То Бронзовый Страж начал

Свою работу, проломив заслон.

И мир для всех окрестных псов и кляч

Переменился, выйдя из заслон.

[Verse 8]

Снаружи, у подножия гиганта,

Мастиф, как танк, ворвался в строй врагов.

Он рвал и метал, не зная бриллианта

Ценней, чем верность. Десятки котов

Породы мейн-кун, «Тяжёлые Мурлыки»,

Что были стражей, разлетались в прах.

Их мышцы, их звериные улики

Не помогали им. Лишь боль и страх

Царили там, где Бронзовый прошёлся.

А выше, на стальной площадке крыши,

Серебряный Ветер вихрем пронёсся,

И враг его уже почти не дышит.

Сиамский Тесак, быстрый, как комета,

Встречал удар ударом. Когти-шпаги

Свистели в воздухе, лишая света

Пространство. Два бойца, две капли влаги.

[Verse 9]

Антон смотрел на кошек-зомби. Нужно

Сорвать ошейник хоть с одной из них.

Он выбрал ту, что с краю, равнодушно

Смотрела в стену. В мыслях он затих,

Сосредоточился. И сделал шаг.

Но только он приблизился к бедняге,

Как та вскочила, показав оскал,

И все коты, как будто по присяге,

Проснулись разом. Их глаза горели

Недобрым, фиолетовым огнём.

Они шипели, мышцы их твердели,

Готовые покончить с ним живьём.

Они не вышли из гипноза, нет.

Но их инстинкт, усиленный стократ,

Почуял чужака, врага, чей след

Нарушил их священный маскарад.

[Verse 10]

Десятки тел, послушных общей воле,

Что шла от спящего в центре кота,

Рванулись на него. На ратном поле

Он был один. И эта теснота

Подвала стала для него ареной.

Он отскочил, схватив кусок трубы.

«Меня раскрыли! – крикнул он смятенно, —

Я в окружении! Прошу судьбы

Дать мне минуту!» Он махал трубой,

Сбивая первых, самых наглых тварей.

Но их всё больше. И последний бой

Казался близок. Средь ночных пожарищ

Он был один, простой, случайный клерк,

Зажатый в тихом логове врага.

И только мысль, как фейерверк,