Михаил Гужаковский – Ерëма (страница 12)

Я нёс его сквозь мир смиренный,

Чтоб выполнить твой же наказ.

Ты звал найти "не знаю что",

И я нашёл его, поверь.

Оно таится глубоко,

Открой лишь только эту дверь».

А про себя подумал тихо:

«Ну, автор, вот и твой финал.

Сейчас начнётся неразбериха,

Скандал, какого двор не знал.

Ведь я принёс ему зерцало

Его души, где пустота.

Чтоб эго царское упало

С высокого сего моста».

[Строфа 4]

Царь подозрительно и косо

На ржавый ящик посмотрел.

«А что одет ты так белёсо?

Как будто вовсе не имел

Одежды? Что за дыры, право?

Ни шёлк, ни бархат, ни сатин!»

«Так это ж, царь, твоя забава! —

Ответил наш простолюдин. —

Ты сам велел надеть "не знаю",

Во что одеться мне к тебе.

Вот я и выбрал, полагаю,

Наряд по собственной судьбе.

Он есть, и нет его как будто,

Он скроет то, что хочешь скрыть.

И в этом вся его причуда,

Его таинственная нить».

[Строфа 5]

Агей задумался. «Ну, ладно.

С одеждой, может, угадал.

Хотя и выглядит прохладно,

И для приёма —сущий скандал.

Но что в ларце? Давай, колись!

Не то велю тебя пытать!»

Министры хором: «Ну, делись!

Не заставляй царя страдать!»

Ерёма крышку приподнял,

И заглянуть царю даёт.

Агей свой взор туда вонзил,

И вдруг меняется в лице.

Он ждал сокровищ, чуда, власти,

А увидал лишь темноту.

И в этой первобытной пасти —

Свою пустую суету.

[Строфа 6]

Он видит там не бриллианты,

А эхо собственных речей.

Он видит там не аксельбанты,

А тень бессонных злых ночей.

Он видит страх, что кто-то свергнет,

И жадность, что сожгла мосты.

Он видит то, что не померкнет —

Великий символ Пустоты.

И в этой самой Пустоте

Он вдруг себя всего узнал:

Свой трон, стоящий на тщете,

Свой двор, что лестью лишь дышал.

И понял он, что дар Ерёмы —

Не оскорбленье, а намёк.

Что все указы и законы —

Лишь пыль у королевских ног.