Михаил Гундарин – Рискованная прогулка (страница 50)
возвращаясь ночью в ничейный дом
ковыляя по улицам наугад
вспоминая себя с трудом)
ВЛАДИМИР БУЕВ
показалось, что снег —
и засунул в рот.
но опасность отсутствует — это мел
это ж надо нажраться так будто кот
впрочем кот в этом случае не у дел
(я об этом и раньше слыхал от тех
кто как живность домашняя вдрызг пивал
на утеху себе впадая в грех
а потом по традиции ковылял).
МИХАИЛ ГУНДАРИН
Осень под знаком «Орландины»,
Игры в дурака, лимонных корок.
Предчувствие войны и ангины,
Башмак прохудился и поднят ворот.
Всё обошлось. Изменились лица.
На новых ботинках — новая кожа…
Известно, что молодость повторится:
Разметит, вычислит, подытожит.
ВЛАДИМИР БУЕВ
То Люцифер, то Орландина.
Глаза окосели, ног не чую.
Осенняя слякоть — вот вражина!
Монеты потратил все подчистую.
Не в чем ходить на работу нынче.
Босой — и в обутке новой нуждаюсь.
Старик — и поэтому стал я гибче:
Как сделал дело, уже не каюсь.
МИХАИЛ ГУНДАРИН
Дактилически длиться / ямбически биться о
Повсеместное небо, рёбра его и грани,
Во Времена Империй было Большой Игрой,
А сегодня я просто иду в ларёк без названия,
Чтобы взять там бутылку белого, как снега
Той далёкой зимы, плюс золотые шпроты.
Это Солнце Атлантики, мёртвые берега,
Передышка во время Большой Работы!
ВЛАДИМИР БУЕВ
Амфибрахий, хорей и анапест таят тоску,
Что имперское небо было для них закрыто.
Дактиль и ямб истерик ждали, а их к ларьку
Я сегодня отправил в отместку как фаворитов
Тех далёких времён, что растворились в прошлом.
Эта двойка теперь под латвийские шпроты
Пусть станцует изысканно, красиво, не пошло:
Исчерпалась на небо у пары квота.
МИХАИЛ ГУНДАРИН
Нелегко уходил — тяжелей вернулся.
Остальное — не повод для разговора.
Облака разбегаются в ритме пульса,
как хорошие люди от прокурора.
Можно стать таксистом, пойти в охрану,
повезёт раскрутиться — открыть «качалку»
Или просто видеть с большого крана
каждый день слева мэрию, справа свалку.
Уходил/увидел: одно и то же.
Даже звёзды в небе и те под током.
Он идёт по проволоке и коже
от моей вины до страны далёкой.
ВЛАДИМИР БУЕВ
Такая сильная любовь
Облака разбегаются в ритме пульса —