Михаил Француз – Виват Император! (страница 34)

— Нормально, — принимаясь за завтрак, пожала плечами она без особого выражения, даже не придав значения этому вопросу, словно бы он не нёс в себе никаких скрытых смыслов, а был дежурной любезностью — не более. — А, чего это ты сегодня такой заботливый? Случилось чего?

— У тебя всё готово к выходу из «петли»? — вопросом на вопрос ответил я, огромным волевым усилием сдержав облегчённый вздох. — Или нужна ещё «итерация»?

— Давно всё готово-переготово, — отозвалась она, опуская стакан от губ обратно на столик, удобно установившийся на кровати перед ней. — Я ж тебе вчера именно об этом и говорила.

— Значит, сегодня «чистовик», — улыбнулся я.

— Ты серьёзно? — округлила глаза она в неверии. — Тебе же… ты же…

— Ну, стремление к совершенству — вещь хорошая, но, пожалуй, нужно уметь вовремя останавливаться, — пожал я плечами.

— А ты… справишься? — уже с серьёзным сомнением посмотрела на меня Алина. — Это ведь Сянь, а ты… только начал учиться?..

— Я, просто, приму его предложение, — улыбнулся я.

— Предложение? — нахмурилась она. — О переносе боя?

— Да, — легко подтвердил я. — Зря, что ли, он его с первой «итерации» повторяет? Уважу старика.

— А завтра? Что будешь делать завтра? — не спешила убирать хмурое выражение со своего лица Алина. — Опять «петля»? Ты так решил совместить продолжение своих тренировок с тем, что я… тебе наговорила?

— Ну, в целом, это было бы, пожалуй, не таким уж и плохим способом, — отведя взгляд и почесав кончик носа, сказал я. — Но — нет. Ты права — пора заканчивать. Завтра я его просто убью.

— Как⁈ — снова округлила глаза Алина. — Он же Сянь! Он же тебя раздавит.

— Он — всего лишь, Сянь, — ухмыльнулся я. — Не беспокойся. Завтра сама всё увидишь. Ты, главное, сегодня всё, что нужно сделай. Деньги нам с тобой пригодятся.

— Не переживай, сделаю. Всё уже давно приготовлено. День расписан вплоть до секунды!

— Отлично, — кивнул я. — Кстати… день. А вечер? Чем планируешь заняться после заката?

— Ещё не думала об этом, — немного нахмурила свои очаровательные брови девушка.

— Подумай, — улыбнулся ей. — Сегодня я хочу хорошенько отдохнуть и развеяться.

— Подумаю, — ответно улыбнулась она. Отставила телекинезом в сторону столик с опустевшей посудой и выбралась из-под одеяла. Кстати, за этот год (пусть будет год — не хочу сильно вникать в то, сколько именно «итераций» Алина продержалась, бодрствуя), она значительно укрепила и повысила свои навыки работы с Даром. Ведь путь Культивирования её не сильно привлекал. У Сяня она училась только физическим упражнениям на общее укрепление тела, растяжку, координацию и гибкость. Он и такого знал много. Боевой аспект её практически не интересовал, как и всяческие «секретные» техники. Всё остальное время она тратила развитие своего Телекинеза. И, я бы не сказал, что безуспешно.

По моим прикидкам, тот Экзамен, который мне устраивали на полигоне под Питером, она сейчас способна выдержать легко. Причём, не тот стандартный, который завалила Борятинская, а тот, который, волею Императора и моего отца, обеспечили мне. То есть, Ранг Вой я ей присудил бы с гарантией. Ратник — не наю, там «нормативы» и «критерии» смотреть надо — я же сам на него не сдавал уже, там началась череда «зачётов автоматом», но вот Вой — уверенно.

— Ладно, если сегодня «чистовик», то я побежала! Нельзя терять ни секунды. Увидимся вечером! — поцеловала она меня в щёку и мягко, но уверенно выставила из комнаты.

Может ли «Мудрец» изобразить «Сяня» перед «Сянем» так, чтобы тот поверил? Нет, конечно же. Это даже не смешно. А вот в обратную сторону? Может ли полноценный «Сянь» сыграть «Мудреца» так, чтобы поверил даже другой «Сянь»?

А вот это уже выполнимо. Ну, в том случае, если разрыв в мастерстве и силе этих Сяней не очень велик. Или, велик, но в сторону того, который играет.

Нелегко показать уровень Мастера, если ты только неофит. Правда, нельзя сказать, что для Мастера правдоподобно изобразить уровень ничего не смыслящего новичка гораздо проще — тело, то и дело, само норовит выполнить каждое движение правильным, привычным для него образом. Так, как оно учило долгие-долгие часы тренировок. Сотни и тысячи часов тренировок.

Трудно переламывать себя. Следить за собой. Постоянно контролировать каждый свой шаг, каждый взмах, каждый рывок, блок, удар.

Трудно, но интересно! Необычная, непривычная задачка. Не то, чем занимался годы до этого. Не зря дедушка Ленин утверждал, что отдых — это смена деятельности. Или не Ленин?

В любом случае, это было забавно.

Я выбрал для себя линию поведения «полный ноль». То есть, попытался полностью воссоздать своё поведение самой первой «итерации», той, когда я действительно ещё совершенно ничего не знал и не умел.

Получалось… не во всём. Нет-нет, да и проскакивало где-то движение, взгляд, реакция, которые не до конца соответствовали «нулю». Однако, читов-то ещё никто не отменял! И давление Менталом по нашей с ним «толстенной» связи, установившейся за время обучения, легко нивелировали последствия этих мелких погрешностей.

Нет, может быть, какие-то подозрения у Бингвэна и оставались, но он просто не мог на них сосредоточиться. Лучик его внимания замечательно «отводился» от этих подозрений, не позволяя им вырасти и окрепнуть.

Так мы с ним развлекались весь день. А вечером, ближе к закату, как и обычно, отворились двери зала, до этого крепко запертые. Через них внутрь вошла привычная уже толпа охранников и слуг Ли. И два представителя Шахиншаха с ними.

Почему, только вечером, а не с самого утра? Тут всё просто: Сянь Ли запретил им входить раньше. В конце концов, он тут со мной «секретными» техниками своей Секты делится! Да и то, только потому что в конце обучения убьёт меня, сохранив их в тайне… или умрёт сам, но тогда, потеря этих секретов уже не будет его волновать.

А делиться этими секретами с представителями правителя другого государства — это уже перебор. И они были не в праве требовать от него подобного.

Они и не требовали: терпеливо ждали за пределами изолированного от внешнего мира с использованием сил Сяня Ли спортивного зала.

Но вот сам Поединок игнорировать они уже не могли. Да никто и не заставлял их игнорировать. Наоборот: наличие таких свидетелей легитимизировало этот Поединок, договор и результаты.

В общем, привычным уже порядком ввалилась к нам вся эта толпа. Бингвэн тут же приосанился, преисполнился достоинства, наполнился важностью. Заложил руки за спину и обратился ко мне со своим великодушным предложением, которое я от него слышал уже столько раз, что сбился со счёту:

— Же Юрий, — использовал он обращение «Же», означавшее переиначенное на китайскую систему обозначение моего официального Ранга Витязь. Так-то, он вполне знал русский язык, и мог бы обратиться нормально: Витязь Долгорукий. Мог. Но это было до начала моего обучения. После: было уже совершенно нормальным именовать меня в своей собственной системе. — Твои навыки за сегодня… улучшились, — не преминул выделить интонацией своё отношение к моим нынешним «успехам» он. — Ты, достаточно талантливый парень. Жаль обрывать твою жизнь так скоро.

— Уговор есть уговор, Сянь Ли, — с уважительным поклоном ответил я, изобразив грустный вздох.

— Уговор есть уговор, — важно кивнул он. — Однако, сегодня я великодушен. Я могу позволить тебе купить ещё один день жизни.

— Купить? — дежурно уточнил я, как уже тысячи раз делал.

— Да, — снова кивнул он. — Ещё один твой Артефакт в обмен на ещё один день обучения у меня. Так же, на тех же условиях: от рассвета и до заката. Что скажешь ньянквин Же Юрий?

Я замер, изображая задумчивость. И вот это я уже делал впервые. Обычно, я отвечал резким отказом, после чего, правда, вопрос повторялся ещё трижды в разных вариациях и интонациях, но потом начинался бой. И всегда он начинался с именно моего нападения. Почему-то Бингвэн всегда до последнего тянул. Увиливал, искал уловки, чтобы не убивать меня, не вступать в бой или в конце победить, не убивая. При этом, постоянно поглядывал на хмурых, как грозовое небо представителей Шахиншаха.

Только, все его усилия всегда были тщетны — я не оставлял ему возможности увильнуть. Дожимал всегда. Нападал первым. А уж остановить меня, не убивая — это под силу Катерине, которая знала меня, как облупленного, которая сама учила меня всему, что я умел. Но не Бингвэну, который к Воде не имел отношения.

Он всегда убивал меня. И, чем больше становился мой прогресс в обучении, тем охотнее это делал. В последние «итерации» и вовсе, перед каждой победой он бледнел и обливался холодным потом, настолько близка была его собственная смерть, настолько велик был его собственный страх передо мной. И он, пожалуй, прекрасно понимал, что победа ему доставалась… не по его воле. Что повергало его вовсе в ужас и пучины отчаянья.

Но сейчас… он всего этого не помнил. Для него всех этих лет не существовало. И перед собой он видел действительно всего лишь «юного Мудреца», только-только взявшего в руки меч.

— Ты… действительно щедр, Сянь Ли, — прервав, наконец, своё молчание, впервые ответил я не так. Совсем не так, как обычно. — Я… готов принять твоё предложение и купить ещё один день учёбы.

— Мудрое решение! — радостно-алчно блеснули глаза китайца. И я его понимал: утренний «Духовный меч» ведь уже был у него в руках. И он успел увидеть, оценить, почувствовать качество его изготовления. И оценить очень высоко! Не удивительно, что ему очень хотелось получить ещё один Артефакт подобного качества. А, в идеале, ещё и не один. Ведь завтра вечером можно провернуть тот же трюк, что и сегодня! А потом послезавтра и после послезавтра… Сделать меня своей курицей, несущей золотые яйца. Да ещё и проблем со стороны Шахиншаха избежать — тому-то я нужен живым! Уверен, его представители вполне успели получить от Дария необходимые инструкции.