Михаил Француз – Том Марволо Гонт (страница 66)

– Как в самом себе, – вставил трубочку в коктейль и поднес её к губам я.

– Только, если ты докажешь мне свою силу. В противном случае, извини, я устрою Сенклоду проблемы с властями, и он вынужден будет покинуть Париж, – пригубил свой бокал Хортон.

– Это несколько некрасиво с твоей стороны. Тебе так не кажется? – немного нахмурился я.

– Возможно, – не стал возражать парень и, положив на стол листочек бумаги, подвинул его ко мне.

– Иван Кристов? – удивился я, прочитав имя и адрес на этой бумажке.

– Убийца, наркоторговец, иногда промышляет “живым товаром” для подпольных борделей, – пояснил Хортон.

– Он тебе чем-то лично насолил или это из идейных соображений? – хмыкнул я, припомнив лысого глистообразного “художника” с “оригинальным стилем живописи” из сериала, которого зарубил Ричи.

– Один из Наблюдателей… Луиза Шартр… Мы с огромным трудом смогли найти её и вытащить из борделя, в который этот подонок её продал, – отвел взгляд Хортон.

– Ну и к чему были такие сложности с “докажи силу, Том”? Мог просто попросить, – пожал плечами я, вынимая трубочку и зонтик из стакана. – Поехали, – залпом допил свой заказ и опустил стакан на столик.

– Сейчас? – уточнил Джеймс.

– Так: я отпрашивался у жены на два - два с половиной часа, “пропустить стаканчик” с другом. Прошло сорок пять минут. Должны успеть, – прикинул я, глядя на свои наручные часы. – Ты со мной или своим ходом?

– Своим ходом, – ответил Хортон, тоже поднимаясь из-за стола. – В Ордене не знают о нашем знакомстве. Пусть так остаётся и дальше.

– Хорошо, – кивнул я. – Увидимся, – махнул рукой и первым вышел из заведения.

***

Мой белый Порше (так-то жены, но она редко за руль садится) подъехал к ограде особняка, адрес которого дал мне Хортон. Ограда была высокая, выше двух метров, из частых металлических прутьев, оканчивающихся декоративными остриями сверху, и тянулась вдоль дороги. Особняк находился в пригороде и стоял на отшибе, на берегу живописного озерка. Да и за самим участком явно следили: аккуратный зеленый газон, подстриженные кусты и деревья. Люди с огнестрельным оружием в руках, прогуливающиеся по территории.

Меня поджимало время. Так-то всё можно было сделать тихо и незаметно, но… в оставшийся час я бы точно не уложился. Поэтому, скинув плащ и бросив его в машину, я легко перемахнул через ограду и прямо, не скрываясь, пошёл к особняку.

Меня заметили. Раздались встревоженные предупреждающие крики, почему-то на русском языке. А вслед за криками и выстрелы. Портить одежду не хотелось, поэтому я достал пистолет, приготовленный для Хортона и прямо на ходу принялся сокращать число стреляющих в меня. “Глок-17” – хорошая вещь: легкий, удобный, надежный, разброс пуль небольшой, семнадцать девятимиллиметровых патронов в двухрядном магазине… А сила Кэпа и опыт Виктора – убойное сочетание. Убойное в прямом смысле. Один выстрел – один труп, не снижая скорости ходьбы.

Цели кончились быстрее, чем патроны.

Сам Кристов появился, когда я уже подошёл почти к порогу здания – пафосно спустился по ступенькам. Был он в свободных светлых полотняных штанах, кедах, тщедушный торс его был обнажён, лысина блестела на ненадолго выглянувшем из-за туч солнце, как и лезвие небрежно закинутой на плечо сабли.

– Я – Иван Кристов, – сказал он. – Назовись перед тем, как я тебя обезглавлю.

– На х** политесы. Спешу я, – ответил ему по-русски, снова взглянув на наручные часы. После чего подбрасыванием перехватил пистолет за всё ещё тёплый ствол и двинулся к противнику. Тот мои действия понял правильно и атаковал своей саблей, нанося размашистый удар наискось, долженствующий меня располовинить. Я чуть подшагнул, сокращая расстояние, захватил гарду сабли рукоятью пистолета, развернулся параллельно линии атаки Кристова, продолжил его движение, провалил и снова резко развернулся на сто восемьдесят градусов, но уже почти вплотную к нему, рукой с пистолетом отпустил гарду и захватил шею противника в “гильотину”, полшага назад и резкий хруст ломаемых шейных позвонков. Потом отпустил шею, одновременно левой рукой перехватывая рукоять сабли из ослабевших пальцев мертвого тела Бессмертного и на обратном движении, с разрывом дистанции, снес саблей голову, постаравшись сделать это так, чтобы ни одна капля крови не угодила мне на одежду.

Голова скатилась, тело упало. Я отошел и воткнув саблю в землю, присел на чистый участок ступеней, готовясь принимать буйство вырвавшейся “животворной силы”.

В этот раз всё было слабее. Гораздо слабее, чем с Ормом. И силы было меньше и “душ”. Всего девять штук. Не пришлось даже много времени тратить на очистку разума после ухода девяти искорок в светлый круг.

Когда буйство силы со спецэффектами закончилось, я, пошатываясь, встал на ноги, достал платок и старательно вытер рукоять сабли. Затем рукоять и ствол пистолета, после чего бросил оружие на спину обезглавленного трупа.

Ограду перепрыгнул в том же самом месте, что до этого, после чего и там протёр платочком все участки, где могли остаться мои отпечатки.

За следы на гильзах и внутренних частях пистолета не беспокоился, поскольку создавал я его магией, сразу со снаряженным магазином и после ни разу не разбирал. Неоткуда там было взяться следам. Да и сам он через пару часов исчезнет, вернувшись к прежнему своему виду – воздуху. Как и гильзы, как и пули в телах.

Минут десять расслабленно, прикрыв глаза, я полулежал в удобном водительском кресле своего Порше, окончательно приходя в себя. Потом повернул ключ зажигания и уехал.

***

Из придорожных кустов вышли два Наблюдателя с “длинноствольными” профессиональными фотокамерами.

– Этот твой подопечный – это просто что-то невероятное, Джеймс, – сказал тот, что повыше и с тёмным цветом волос. – Кристов, конечно, в силачах никогда не числился, но всё же, чтобы вот так… Быстро и с равнодушной жестокой эффективностью машины… Без эмоций, без сомнений, без ошибок… он у тебя вообще человек?

– Не знаю, Мартин. О Гонте вообще очень мало известно: родился в Ирландии, много путешествовал, стал Бессмертным где-то в горах Шотландии меньше месяца назад. Дружит с Маклаудом-младшим. Во Франции проводит “медовый месяц” с молодой смертной беременной женой и ребенком. От кого дети – неизвестно. Сегодня вот утром зарезал Сенклода при ограблении тем ювелирки. Тот теперь злой, как чёрт, гоняется по городу, ищет его…

– Смерть он свою ищет, этот Сенклод, – фыркнул высокий Наблюдатель. – Видел бы он вот это, – обвел рукой лужайку с лежащими на ней телами мужчина. – Уже улепетывал бы из Парижа со всех ног. И надеялся, что бы его самого искать не стали…

– Но он не видел, – хищно усмехнулся Джеймс. – И не увидит.

– Земля ему гвоздями, этому уроду, – сплюнул высокий Наблюдатель.

– Которому? Кристову или Ксавье?

– Обоим!

***

Когда я вернулся к церкви Дария, Лили выбежала меня встречать. За несколько метров до меня, она перешла с бега на шаг и, подойдя, принюхалась.

– Ты где был, Том? – нахмурившись, спросила она.

– С другом в баре сидел, – недоуменно ответил я. – А что?

– А то, что от тебя порохом пахнет, а не вином. Вот что, – пояснила она.

– Ну… у друга моего друга были неприятности. Он попросил меня разобраться…

– Разобрался?

– Разобрался.

– И как звали друга?

– Которого? С котором в баре сидел или у которого неприятности были? – уточнил я. В это время к нам как раз подошёл Дарий, ведя за ручку маленького Гарри.

– Того, у которого неприятности.

– Луиза Шартр, – пожал плечами я. – Один урод похитил её и продал в бордель. Девушку уже спасли, а с уродом…

– Попросили разобраться тебя? – понятливо кивнула Лили. – Конечно, кого же ещё просить, как не Того-кого-нельзя-называть? – сарказм и недовольство буквально сочились из её слов. – Том! Ты же хотел измениться! Ты же говорил, что устал от крови и убийств!

– Урод был Бессмертный, Лили, – посмотрел ей в глаза я.

– Как его звали? – нахмурился Дарий.

– Иван Кристов, – ответил я, поворачиваясь к новому собеседнику.

– Неприятный паренёк, жестокий, – вздохнул он. – Убийца. Наркоторговля, похищения людей, вымогательство, грабежи… Не так давно обосновался в Париже. Лет тридцать всего, наверное. Возглавил одну из банд выходцев из России и Союза. Они с Маклаудом почти ровесники. Около четырехсот лет ему… было, – я только пожал плечами.

– Том… – жалобно посмотрела мне в глаза Лили. – Не становись снова чудовищем… пожа-а-алуйста! Очень тебя прошу! Давай вернёмся в Америку? А? Будешь рисовать картины, заниматься своими боевыми искусствами, учить Гарри, тренировать Маклауда… а хочешь, к Лукасу этому сходим! Помнишь, ты мне о нём говорил? “Звездные Войны”, кажется… Ну их, эти путешествия! Улетим, а?

– Конечно, – улыбнулся я. – Если ты так хочешь.

– Хочу! Поехали быстрее в аэропорт!

– Завтра. Я должен ещё деньги за “Слезу” забрать у Дени. Вечером, – у Лили в отчаянии опустились руки. – Дарий, мы можем у тебя сегодня переночевать?

– Конечно, Том, – улыбнулся монах.

– А то злющий, как черт, Ксавье уже прознал, в какой гостинице мы остановились. Как бы он нам ночью в номер газ не пустил. С него станется.

– Откуда ты знаешь? – удивился Дарий.

– У меня хорошие друзья. Информированные, – пожал плечами я.

– Тот самый Джеймс? – уточнил он.

– Не совсем, – уклонился я от ответа. – Друзья в полиции и Интерполе, – и даже не совсем соврал. На самом деле я обработал легилименцией несколько детективов в Нью-Йорке. Специально на случай необходимости поиска информации. Они теперь считают меня своим самым лучшим другом, которому готовы оказать любую услугу. Но и меня об услуге попросить могут. Мне ведь не рабство и подчинение от них нужно, а сотрудничество.