Михаил Фоменко – Снежное видение. Большая книга рассказов и повестей о снежном человеке (страница 95)

Голоса, правда, еще слышались. Он пытался следовать за ними. Не удавалось разобрать, что там говорят. Какой-то странный монотонный язык — братья Койчи, что ли, разговаривают между собой по-японски?

— Хобсон? — прохрипел он. Может, с ними его сын.

Потом снова послышался скрежещущий орлиный крик, такой же, как давеча, когда он стрелял в снежного человека. Клинт споткнулся, схватился рукой за сосну, пытаясь удержаться, и вдруг ему привиделась лодчонка на реке и громадный бородатый человек, который целился в него из какого-то старинного пистолета, а сам он словно парил в воздухе. На берегу горел лагерь, люди в меховых одеждах лежали в воде лицами вниз.

Клинт опять споткнулся и повалился в заросли ежевики, одежда на нем порвалась. Теперь бородатый кричал и ругался на непонятном языке, и тогда лодчонка повернулась боком, пистолет полетел в реку, и огромнейший жуткий ястреб, каких никогда не видывал Клинт, медленно взмахивая гигантскими крыльями со звуком тяжкого предсмертного сердцебиения, пал на бородатого и вонзил глубоко в его плечи чудовищные когти.

В плечи, как раз туда, где у Стива тянулись большие зарубцевавшиеся шрамы.

Клинт задыхался, измазанные медвежьим жиром женщины с плоскими лицами резали его сухожилия и суставы заостренными раковинами, потом проснулся, крича в светивший прямо в лицо луч фонаря.

— Приятель, тебе будет лучше в тепле, — сказал Барли Джон. Таким грустным Клинт никогда его не видел.

Кто-то с силой потряс Клинта за плечо. Его голова резко дернулась. Чашка опрокинулась, холодный кофе залил лицо и волосы.

— Я уже проснулся! — чуть не выкрикнул он.

— Вы Клинт Джеральд Амос?

Клинт сел и протер глаза. Высокий человек в плаще, с узким черным галстуком, в темных очках «Рэй-Бэн», смотрел на него сверху вниз. Утреннее солнце било в окна кафе «Фиш-Крик». Клинт прищурился. Незнакомец во всем походил на агента Малдера^{74} из сериала «Секретные материалы».

— А вы кто, к чертям, будете?

Высокий незнакомец нахмурился.

— Я из Бюро паранормальных расследований.

— Пара… — Клинт снова потер глаза. — Какого хрена? Пошел вон от меня, больной!

Высокий наклонился и оказался почти лицом к лицу с Клинтом.

— Мы частная организация сэр, и изучаем паранормальные явления. Как в «Секретных материалах», если хотите. Но только в реальной жизни. Мы также выплачиваем солидное вознаграждение за достоверную информацию.

— А за пропавших детей вы тоже выплачиваете солидное вознаграждение? — ядовито спросил Клинт. С тех пор, как исчез Хобсон, это был первый человек, которому он мог с полным правом врезать по морде.

— Детей? — удивился паранормальный исследователь. — Я здесь по поводу вашего снежного человека.

Клинт вскочил, сжал в руке цилиндрик стеклянной сахарницы и резко замахнулся. Незнакомец уклонился от удара и начал отступать, а из соседних кабинок выбежали несколько человек, собираясь прекратить драку.

Входная дверь распахнулась так резко, что треснуло стекло.

— Клинт Амос, немедленно тащи свою задницу сюда!

Это была Дамероу. С ней вместе вошел еще один заместитель, которого Клинт не знал, здоровенный краснорожий бугай с пухлыми губами. Фрэнки Койчи и Боб Уоткинс уже загнали паранормального исследователя в угол. Клинт вышел на морозный утренний воздух.

Дамероу кончиком пальца ткнула его в грудь.

— Есть у тебя хоть какая-нибудь гребаная идея насчет того, где может сейчас находиться Стейси Камерон?

— Что?

Он знал Стейси Камерон — подросток, дочь директорши почтового отделения.

— Утром мать пришла ее разбудить, а девочки в комнате не оказалось. Окно открыто, на подоконнике следы крови. — Палец снова уперся в грудь Клинта. — Три гребаных ребенка меньше чем за двадцать четыре часа, в моем городе, и каким-то образом ты все это заварил! И Санфайр говорит, что ты, бля, зачем-то выходил из кафе ночью, хотя я тебе, бля, велела сидеть на месте!

— Элиза, — сказал второй заместитель, схватив ее за локоть.

Она убрала палец с груди Клинта.

— Где она, черт подери, Клинт?

— Ты проверяла морозилку?

— Проклятье, Клинт, я сейчас пристрелю тебя прямо тут, если ты, бля…

— Заместитель Дамероу! — рявкнул ее напарник с южным, как кукурузный початок, акцентом. — Достаточно!

— Я тут ни при чем, и ты это знаешь, — негромко и настойчиво проговорил Клинт. — Проверь треклятый холодильник. И заместителя Гавка^{75} прихвати.

Она едва ему не вломила, но сдержалась и заговорила тише.

— Я знаю, что это не ты, говнюк, но теперь ничего не смогу доказать, потому что ты выходил из кафе!

— Так что там в морозилке, Дамероу? — спросил второй заместитель.

— Не поверишь, пока не увидишь, — пробормотала Дамероу. — Но к детям это не имеет никакого отношения.

— Я бы предпочел сам об этом судить.

Дамероу бросила на Клинта острый взгляд, и все трое направились к морозилке номер три.

— На двери твоя визитка, — сказал новый заместитель, Рохан — Клинт наконец разобрал его имя на бейдже.

— Скотч разорван, — упавшим голосом сказала Дамероу и посмотрела на Клинта. — Кто сюда заходил?

— Не знаю, черт побери. Я уснул.

— Тоже мне отец, бля, из тебя…

— Дамероу! — крикнул Рохан. — Хватит!

Дамероу замолчала, вытащила из кармана пальто цифровую камеру и сделала несколько снимков порванного скотча на двери холодильника. Кто бы ни сделал это, он даже не попытался приклеить ленту на место.

Они вошли внутрь и увидели, что на правой руке Сведского Стива вытянуты три пальца.

Дамероу куда-то ушла. Рохан с пристрастием допрашивал Клинта в крошечном кабинете Шелли.

— Послушай-ка меня, — сказал громадный заместитель. — Я знаю, что у тебя есть алиби. Я знаю, что со вчерашнего дня ты был здесь. Но ночью ты выходил, и теперь твоему прикрытию каюк. У тебя в друзьях половина говенного городка, и каждый из них готов рискнуть своей задницей и солгать ради тебя, а я никогда не узнаю. Но слушай сюда, Амос. Когда они поймут, что ты натворил, что ты на самом деле за человек, они перестанут тебя покрывать. Лучше сознайся сейчас, и весь этот кошмар, надеюсь, быстрее закончится. Потому что я тебе обещаю: так или иначе, конец настанет.

Клинт уставился на Рохана красными глазами, окруженными, как песком, воспаленной каемкой.

— Можете продолжать задавать мне вопросы, но от этого правда не изменится. Исчез мой гребаный пацан, заместитель. Что я прячу? Какого черта мне что-то скрывать?

— Это ты мне скажи, Амос. Ведь ты зачем-то прячешь от нас детей.

Клинт вскочил, ударился головой о полку, и вокруг разлетелись компьютерные пособия и кулинарные книги.

— Как я мог, бля, похитить Стэйси Камерон, умник ты эдакий? Я что, два близнеца? Я что, бля, весь город загипнотизировал? Да, я выходил из кафе на некоторое время, но вернулся. Я спал в кабинке, пока этот паранормальный дебил меня не разбудил. Прямо на виду у всех.

Рохан схватил Клинта за рубашку, в его поросячьих глазках загорелась жажда убийства, но тут дверь кабинета распахнулась.

— Нужно поговорить, заместитель, — сказала высокая латиноамериканка в штатском. Она положила руку на пред-пречье Рохана, в другой руке блеснул жетон.

Рохан отпустил Клинта и направился к выходу. Его лицо обещало неминуемую расправу. В комнату вошел еще один человек в штатском, невысокий чернокожий в пидер-ском свитерке с вышитыми оленями.

— Агент Моран, ФБР, портлендское отделение, — сказал он.

— Спасибо, что избавили меня от этого маньяка.

— Заместитель Рохан, я уверен, действовал в интересах следствия, — сказал Моран.

Клинт внезапно почувствовал смертельную усталость. Его душа была опустошена.

— И каковы эти интересы?

— Давайте пройдемся, мистер Амос, если не возражаете.

Клинт проследовал за агентом, прошел мимо заместителя Рохана, которого отчитывала напарница Морана, и ступил в холодное утро мира, где не было его сына.